Новое в работе сознания непременно должно привести к изменениям и структуры, и функций мозга. Конечно же, развивать мозг и функциональные системы лучше в тот период, когда они формируются, т.е. в юности, но разнообразить функциональный репертуар можно в любом возрасте, а пытаться это проделать можно даже в нейродегенеративном состоянии…  Думается, противопоказаний в таких практиках быть не может и лабораторные условия для этого не обязательны. Доступность таких способов модификации мозга и сознания обуславливается их неинвазивностью. Вопрос же о возможности генетических правок при психологических тренингах пока не рассматривается.
Есть большие сомнения, что память можно тренировать как мускулы, но можно тренировать способность улавливать малозаметные отличия в мыслях и тем самым расширять свой семантический диапазон.  Не так важно, какую музыку мы слушаем – важнее, как мы её воспринимаем. Не бывает двух абсолютно одинаковых звучаний какой-либо из музыкальных нот (должно быть, музыканты такую разницу замечают с лёгкостью), как не бывает абсолютно одинаковых повторов одной и той же мысли,  абсолютно одинаковых повторов памяти,  абсолютно одинаковых повторов фрагментов нейродинамики…  Не бывает двух одинаковых мыслей о том, что 2х2=4…  И мозг эту разницу может улавливать, а сознание – далеко не всегда.
Если человеку кажется, что одну и ту же фразу он произносит абсолютно одинаково, это означает, что уровень его мастерства достиг  ограниченности его сознания. Абсолютно одинаково ничего в природе не повторяется и в мозге тоже. Это касается и памяти.


В вышеупомянутой  презентации книги «Мозг и его Я» Анохин обмолвился о какой-то многоуровневости сознания… Хочется думать, что имелась в виду возможность использования мозгом в рамках семантической значимости нейроструктур и нейродинамик иных масштабных уровней, помимо гиперсетевых структур (ког).
Думается, в мозге нет лишних (незадействованных) структурных и функциональных объектов, но не все они выполняют семантические функции. Можно попробовать посредством нестандартного использования мозга через сознание расширить масштабные диапазоны смысловых носителей или, по крайней мере, их разнообразить, т.е. преумножить возможности сознания.

Немало толков вокруг термина «квалиа», но почему-то большинство обсуждений связано с квалиа восприятием (невегетативной рецепцией), в то время как обделённое вниманием квалиа сознание весьма походит на то, что называется человеческой душой. И некоторые учёные, в числе коих был и Джон Сёрль, считают, что сознание и квалиа – это один и тот же феномен.
Квалиа – это чувственный опыт, один из элементов композита сознания. Если сознание подвергнуть абстрактной дисперсии, разложить на составляющие (в радугу сознания), то складывается впечатление, что «монохроматическое» представление сознания действительно «одноцветно», т.е. то, что мы разделяем на чувства и мысли принципиально есть одно и то же. Природа человеческой мысли едина, решаем ли мы логическую задачу или слушаем музыку. Нейродинамика опосредующая мысли и чувства, вполне, может оказаться принципиально одна и та же. А семантическая (смысловая) локализация даёт основание для семантического картирования. Хотя нельзя исключить вариант, где семантическая дифференциация на мысли и чувства предопределяется принципиально различными нейродинамическими объектами.
Бытует мнение, что человек мыслит посредством речевого языка… Лично для меня очевидно, что вербально (посредством речевого языка) мы лишь выражаем готовые мысли, а сознание может самовыражаться помимо вербальной и другими своими формами: языком звуков, образов и пр. Но, если мы ничего не говорим, не пишем, не издаём никаких звуков, ничего не рисуем, не машем руками и никому не подмигиваем, это не означает, что мы находимся без сознания, ничего не помним и ни о чём не думаем… Когда бодрствуем, мы всегда находимся, как минимум, в квалиа сознании. Подобное сознание есть и у животных, и быть может, некоторые из них способны воспринимать чужие чувства ещё более тонко, нежели человек. Конечно же, животные, умеющие считывать наши чувства, интерпретируют наше квалиа состояние на свой лад, но то, что они (животные) способны в какой-то мере это делать, не вызывает сомнений. Даже акулы могут улавливать электромагнитную активность нашего организма, а следовательно, и мозга… Что же говорить о дельфинах, собаках, слонах и многих других умненьких животных?.. Возможно, что уровень их квалиа сознания в чём-то превосходит даже наш.

[QUOTE]dyk пишет:
Думается общую картину даст понимание эволюционного назначения сознания и человеческого мозга.[/QUOTE]

Пожалуй, уже пришло время говорить об эволюционном назначении не только в сельхоз селекции, но и при совершенствовании биологических, небиологических и комбинированных носителей сознания.
При этом, чтобы «все яйца не оказались в одной корзине», есть смысл в дивергенции по нескольким возможным эволюционным направлениям. Но стремление уподобить программную составляющую искусственного интеллекта человеческому сознанию представляется направлением сомнительным для исполнения и малоперспективным для применения.
Если когнитивным продуктом биологического мозга является сознание, то у микросхем - это программа… У каждого объекта свои физические свойства, свои функциональные возможности, своё место в эволюции. Уподобление одного другому при любом исходе будет содержать в себе когнитивную мимикрию.
Пытаясь из одного сделать другое, можно потерять и то и то – каждое может утратить свою аутентичность.
Может так же оказаться, что, пытаясь сблизить ИИ и сознание функционально, в случае успеха мы разведём их антагонизмом. Функциональное подражание, дублирование сделает их самодостаточными, независимыми друг от друга и друг другу ненужными, правда, лишь в условиях среды пригодной для существования обоих. В такой ситуации они могут оказаться конкурентами.

[QUOTE]dyk пишет:
Когнитом же характеризует познавательные способности, то есть имеет дело с информацией. Которая в свою очередь связана с энергией. У физиков, в некоторых моделях, совокупность энергетических процессов - это «шкала», ортогональная «плоскости» четырёх привычных и любимых измерений[/QUOTE]

Что касается энергии, то одними энергетическими параметрами работу мозга не описать и не объяснить, так же как не объяснить её только коннектомикой, только гиперсетевой когнитомикой, только квантовой теорией и прочими парадигмами, абстрагированными друг от друга и от общей картины.
Мозг – очень необычный физический объект, и в нём могут быть обнаружены весьма нетривиальные свойства материи, имеющие отношение к сознанию… Однако, чтобы разглядеть реальность, исходить все же следует от известных и общепризнанных физических законов, и учитывать их надобно не избирательно, произвольно отдавая предпочтение некоторым.
При этом определённые механизмы селективирования и абстрагирования мозгом всё же используются. Должно быть, есть масштабный предел семиотической и семантической значимости нейродинамических элементов… Это обусловлено структурой мозга, которая фрактальностью не обладает, и следовательно, сознание опосредуется нейродинамикой определённого масштабного уровня. Можно допустить, что элементарные информационные единицы обуславливаются совокупной динамикой многих нейронов. Но даже самые малые, казалось бы, незначительные динамические и структурные детали отдельных нейронов имеют свою, если не смысловую, то функциональную значимость.
Могут ли гиперсетевые коги считаться элементарными носителями информации или же смысловая значимость этих объектов более ёмкая – это вопрос для выяснения… С одной стороны, мыслей в поле зрения сознания гораздо меньше, чем нейронов в головном мозге… А с другой стороны, есть много детальных особенностей в структуре нейроцитов животных с разным когнитивным уровнем: https://www.nkj.ru/news/42469/ .
Вот цитата из этой статьи: «…мозг человека… отличается от мозга других млекопитающих на уровне отдельных нейронов, и это отличие должно сказываться на каких-то особенностях функционирования мозга в целом». И это весьма похоже на действительность!.. Правда, толковать эти факты можно и более широко… Например, меньшую плотность ионных каналов у человека можно объяснить не только экономией энергии для открытия новых синапсов, но и возможностью более лёгкой синхронизации нейродинамических фрагментов. Также обращает на себя внимание относительное (у человеческих нейронов) удлинение аксонов и терминальных рукавов, что способствует более длительному и сложному индукционному взаимодействию между соседними нейронами и между нейронными отростками в пределах одного нейрона.
Так или иначе, но значимость мелкомасштабных деталей представляется очевидной – и не только функциональная значимость, но возможно, и смысловая. Если всё же окажется, что элементарными носителями смысла (простейшими элементами сознания) являются только гиперсетевые структурные звенья, то модификация современного мозга может  расширить его когнитивные возможности за счёт структурных и функциональных изменёний нейродинамики на микроуровне.