Портал функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Знания, нестандартный взгляд... и талант

Виталий Пищенко

Продолжение обсуждения. Начало см. «Наука и жизнь» №№ 3—9, 2016 г.

Журнал «Наука и жизнь» пригласил писателей, критиков и издателей принять участие в обсуждении темы «Что могут фантасты в XXI веке?».

Вот вопросы, которые редакция предложила участникам заочной дискуссии.

1. Существует немало научно-фантастических произведений, в которых высказывались идеи, описывались открытия и изобретения, позднее ставшие реальностью («Гиперболоид инженера Гарина», «Вечный хлеб», «Человек-амфибия», «Голова профессора Доуэля» и т. д.). Могут ли в наши дни фантастические рассказы подтолкнуть учёных к новым открытиям?

2. Может ли сейчас научно-фантастическое произведение претендовать на роль футурологического исследования и стоит ли ждать этого от автора? В чём состоит задача научно-фантастического произведения?

3. Какие проблемы современности и возможного будущего могут стать объектами внимания писателей-фантастов?

Виталий Пищенко — писатель, книгоиздатель, редактор. Председатель международного Совета по фантастической и приключенческой литературе. Лауреат многих литературных и жанровых премий, в том числе в области фантастической литературы (Премия имени И. А. Ефремова, «Лунная радуга» и др.).

Не думаю, что писатели-фантасты были первооткрывателями в полном смысле этого слова. Скорее, они внимательно следили за наукой, за тем, над чем работали находящиеся на передовых её рубежах учёные. Помните, что рассказывал А. Н. Толстой? «Когда писал “Гиперболоид инженера Гарина” <…> пришлось ознакомиться с новейшими теориями молекулярной физики. Много помог мне академик П. П. Лазарев». Уже потом писатели в соответствии со своим талантом находили нестандартные пути развития научного поиска, создавали яркие, запоминающиеся литературные образы, и книги начинали жить собственной жизнью, будоража воображение читателей. Правда, есть один нюанс — для этого книга должна быть по-настоящему талантливой. Недавно попало мне в руки первое, ещё военной поры, издание рассказов Ивана Ефремова. Заинтересовала непривычная структура книги — произведения в ней связаны вставками-переходами. Решил посмотреть и незаметно вчитался в давно, казалось бы, знакомые произведения — они вновь захватили, заставили задуматься, проанализировать систему взглядов и мыслей…

Вообще-то, я с трудом представляю сложившегося учёного, который в азарте перебирает груду фантастических рассказов, разыскивая в них путеводные нити. Точнее — совсем не представляю. А вот «юношу, обдумывающего житьё» над любимой книгой, — вполне. Спустя годы он, придя в науку, которая будет находиться на ином уровне, нежели сегодняшняя, может дерзнуть и попытаться воплотить в жизнь некогда захватившую его воображение мечту. И тогда у людей появится, к примеру, возможность повторить опыт Ихтиандра, но не по необходимости, а по собственной воле…

Все попытки фантастов прошлого описать наш быт, приборы и механизмы, окружающие нас сегодня, зачастую вызывают улыбку.

А вот на магистральные направления они вполне могут оказать влияние. Рискну предположить, что проблемы экологии, медицины, генетики станут в обозримом будущем наиважнейшими для цивилизации.

Но вообще-то основная, на мой взгляд, задача научно-фантастического произведения состоит в том, чтобы подготовить читателя к грядущим изменениям и, уловив потребности общества, способствовать их развитию. НФ долгие годы с этим справлялась отлично. Например, фантастика ближнего прицела, которую в последние годы не ругает только ленивый, в своё время действительно была очень востребована — именно она в значительной степени способствовала возникновению широкого движения изобретателей и рационализаторов. Космическая фантастика не только подготовила людей к проникновению в неземное пространство, но и предупредила, что путь этот не будет лёгкой прогулкой. Поэты писали про караваны ракет и цветущие на Марсе яблони, а герои романа А. Кларка «Лунная пыль» отчаянно боролись за судьбу пассажиров злосчастной «Селены». 

Ещё пример — «Сезон туманов» Евгения Гуляковского. Казалось бы, на страницах романа людям противостоит явное зло, но… как, оказывается, важен нестандартный взгляд на происходящее и непредвзятый подход к проблеме. А можно ли переоценить сатирический вклад в бичевание человеческих пороков талантливейших писателей-фантастов — от классика отечественной литературы Михаила Салтыкова-Щедрина до нашего современника Евгения Лукина?

Конечно, ждать от фантастического произведения точного прогноза будущего не нужно (так ведь и планы на пятилетки корректировались, и не они одни), но задуматься над проблемами, поднятыми многими авторами НФ, безусловно, стоит.

Есть мнение, что сегодняшняя наука бурно развивается. Не соглашусь с этим. Скорее, она усиленно осваивает уже открытые «континенты», расширяет ранее «захваченные территории». Отсюда и непонятность для широкой публики многих вроде бы значимых открытий.

Так что же, научная фантастика исчерпала свои возможности? Три с половиной десятилетия назад я сам задавал этот вопрос Артуру Кларку. Классик улыбнулся и отрицательно покачал головой: нет, он так не думает, прежде всего потому, что очень многое во все времена зависит от умения НФ-писателя рассмотреть в потоке знаний самое важное и от его таланта (опять мы к этому возвращаемся!).

Не будем забывать и о том, что существует ещё и социальная сфера науки.

Каким будет человек будущего? Иван Ефремов дерзко попытался ответить на этот вопрос в «Туманности Андромеды». Его оппоненты считали, что светлое будущее по плечу тем, кому Хрущёв обещал жизнь при коммунизме…

Какое будущее ждёт биологический вид Homo sapiens? Равнодушные к своим предкам людены («Волны гасят ветер», А. и Б. Стругацкие), нашедшие место в человечестве экзоты («Лунная радуга», С. Павлов) или ни те и ни другие? Кто придёт нам на смену? Да и вообще, в каком обществе будут жить наши внуки и правнуки? 

Интереснейшая тема, но её с наскока не осилить. Может быть, поэтому сегодняшние писатели чаще всего осваивают «делянки», застолблённые их предшественниками. К примеру, сусальную монархию описывал в романе «За чертополохом» ещё атаман Краснов в далёком 1922 году. Нынешние же книги о сладостном возврате грядущего к прошлому ничего особенно нового не несут… 

А право, стоило бы фантастам вновь вернуться к произведениям о будущем — принципиально новом, необычном. Очень любопытное исследование Леонида Геллера о советской фантастической литературе называется «Вселенная за пределами догмы». Думается, есть смысл попробовать выйти и за пределы догм и стереотипов, сложившихся в последние годы. Я бы, к примеру, с интересом прочёл произведение об обществе, в котором реализована либеральная идея, но фантасты, похоже, отдали эту тему на откуп политикам и журналистам. А жаль…

В общем, возможности для развития научной фантастики имеются и сегодня (о чём говорит и востребованность этого направления литературы во многих развитых странах). И нужно для этого вроде бы немного: дерзкие и владеющие материалом писатели, ну и издатели, работающие на людей, верящих в то, что человечество ещё не достигло предела своего развития. Фантастика? Может быть. Но согласитесь — очень ближнего прицела.


Случайная статья


Другие статьи из рубрики «Фантастика и реальность»