Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Не жива и не мертва

Николай Романецкий

Журнал «Наука и жизнь» пригласил писателей, критиков и издателей принять участие в обсуждении темы «Что могут фантасты в XXI веке?».

Вот вопросы, которые редакция предложила участникам заочной дискуссии.

1. Существует немало научно-фантастических произведений, в которых высказывались идеи, описывались открытия и изобретения, позднее ставшие реальностью («Гиперболоид инженера Гарина», «Вечный хлеб», «Человек-амфибия», «Голова профессора Доуэля» и т. д.). Могут ли в наши дни фантастические рассказы подтолкнуть учёных к новым открытиям?

Обеспечим библиотеки России научными изданиями!

2. Может ли сейчас научно-фантастическое произведение претендовать на роль футурологического исследования и стоит ли ждать этого от автора? В чём состоит задача научно-фантастического произведения?

3. Какие проблемы современности и возможного будущего могут стать объектами внимания писателей-фантастов?

Николай Романецкий — член Союза российских писателей, лауреат нескольких литературных премий. Более десяти лет был ответственным секретарём журнала Бориса Стругацкого «Полдень, XXI век». Ответственный секретарь оргкомитета Международной премии имени А. и Б. Стругацких («АБС-премии»).

Прежде всего, во избежание терминологических разночтений, замечу, что, на мой взгляд, фантастика — это вид литературы, состоящий из разных жанров: научная фантастика, социальная, фантреализм и т. д.

Если основываться на традиционном определении, что научная фантастика (НФ) — вид литературных произведений, где сюжет основывается на какой-то пусть фантастической, но всё-таки научной идее, то вроде бы с ней всё в порядке. Произведения разных объёмов сочиняются и печатаются.

Что касается традиционного понимания её задач, то тут всё гораздо хуже...

Купить PDF
Журнал добавлен в корзину.
Оформить заказ


Случайная статья


Другие статьи из рубрики «Фантастика и реальность»