Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

ПРИТЯЖЕНИЕ СЕВЕРА

Кандидат технических наук Вячеслав МЕЩЕРЯКОВ, доктор физико-математических наук Олег РАСПОПОВ и кандидат физико-математических наук Эдуард ГОРШКОВ (Санкт-Петербург).

Omne ignotum pro maqnifico est! —
В неведомом таится притягательная сила!

Во время проведения Первого международного полярного года, проходившего с августа 1882-го по август 1883-го, в исследованиях Арктики одновременно приняли участие учёные России, Швеции, Норвегии, Финляндии, Голландии, Дании, Англии, Канады, Германии, Австро-Венгрии, Франции, США. Работы шли по общему плану и единой методике на 15 станциях (две из них принадлежали России — на Новой Земле и в устье Лены). Стоит сказать, что именно Россия сыграла одну из ведущих ролей в организации столь грандиозного проекта. А недавно закончился Четвёртый международный полярный год.

Обеспечим библиотеки России научными изданиями!

Чем не повод перелистать страницы истории освоения Арктики, которые по разным причинам оставались малоизвестными российскому читателю? Вспомнить долгий путь к рекордным достижениям высоких широт, упорство и героизм полярников, идущих к своей цели.

Века. Страны. Народы

КЛИМАТИЧЕСКИЕ КАЧЕЛИ УСТРЕМЛЁННЫЕ К ПОЛЮСУ

Для начала, однако, несколько слов об объективных природных предпосылках, способствующих или препятствующих успеху полярных экспедиций. Прежде всего, это изменения климата — как короткопериодные (годы, десятилетия), так и вековые. Например, историкам хорошо известно, что, когда викинг Флоки Вильгердарсон открыл Исландию, а его последователи осваивали её в 865—930 годах, климат был очень суровый. Льды подступали к самым берегам Исландии — случай для острова исключительный. Ни о каких морских походах на север не могло быть и речи.

Но прошло несколько десятилетий, и климат на планете резко изменился: наступило глобальное потепление, или так называемый средневековый оптимум, растянувшийся затем на IX—XII века. Некоторые климатологи считают, что средние температуры в те времена были выше сегодняшних на 2—4ºС! В этих благоприятных для мореплавания условиях викинг Эрик Рыжий в 985 году добирается до берегов Гренландии, которую он называет Зелёной страной. А в 1000 году викинги доходят до Ньюфаундленда в Северной Америке, который они назвали Vinland (Винная страна) из-за того, что там тогда рос виноград.

Ещё через несколько десятилетий, в 1050—1060-е годы, король Норвегии и Англии Харальд Хардраде вознамерился исследовать «ширь Северного океана». Трудно судить о достоверности летописных сообщений, но королю якобы удалось дойти до паковых льдов на севере Шпицбергена — то есть за 80º с.ш. Несколько позднее, между 1267 и 1333 годами, викинги, предпринимая попытки обогнуть Гренландию с запада, достигали широт около 79º.

Благоприятная климатическая обстановка в Арктике подталкивала не только викингов, но и новгородцев штурмовать северные широты. На острове Вайгач, отделённом от Новой Земли узким проливом Карские ворота (в древности его называли Железными воротами), обнаружены остатки славянского поселения Х века. Сие означает, что в то время новгородцам была известна и Новая Земля, протянувшаяся до широты 77º. Вот как говорит об этом Новгородская третья летопись: «В лето 1032 великий князь Ярослав поча городы ставити на Руси. И тогда же Улеб изыде из Новгорода на Железная Врата и опять мало их приде».

После средневекового климатического оптимума в XIII—XIV веках наступило резкое похолодание. Про Арктику пришлось забыть на несколько сотен лет. И только в Новое время, на новом витке развития цивилизации, освоение северных просторов вновь стало актуальным. Потепление Арктики начали замечать в конце XIX — начале ХХ века, а в 1930-е годы о потеплении как факте публиковались статьи в научных журналах.

К середине XVI века бóльшая часть мира уже поделена между несколькими европейскими морскими державами. Центральной и Южной Америкой владели испанцы и португальцы. Северная Америка практически ещё не была открыта. Московское государство устремилось на восток, в Сибирь, и на юг, к Чёрному морю. А вот Китай и Индия — вожделенная мечта англичан — оставались для них малодоступными: путь вокруг Африки был для английских кораблей чрезвычайно длителен и опасен из-за постоянного военного соперничества между морскими державами.

Но могли ли английские купцы и нарождающаяся буржуазия сидеть сложа руки и смотреть, как «жируют» европейские соседи за счёт своих заморских территорий? И в 1551 году самые предприимчивые из них создают Английскую торговую компанию (позже её стали называть Московской или Русской). Основная её цель: «Открытие стран, земель, островов, государств и владений, неведомых и даже доселе морским путём не посещаемых». Её первым руководителем становится знаменитый английский мореплаватель и авантюрист Себастьян Кабот.

Несколько слов следует сказать об этом незаурядном человеке, фактически открывшем Россию для активной морской торговли с Европой (об этом речь впереди). В 1497 году, будучи ещё совсем молодым человеком, он отправился в экспедицию к берегам Америки, руководимую его отцом, Джоном Каботом. Главной идеей отца и спустя несколько лет после путешествий Христофора Колумба оставалась вера в существование западного морского прохода в Китай и Индию, лежащего гораздо севернее широты Гибралтара. (Эту идею пронёс через всю жизнь и его сын.) Результатом первой английской «высокоширотной» экспедиции фактически стало новое открытие Северной Америки — члены экспедиции первыми среди европейцев высадились на острове Ньюфаундленд.

Через десять лет Себастьян Кабот, руководствуясь идеей отца, организует ещё одну экспедицию: она поднимается в более высокие широты и достигает южных берегов острова, названного впоследствии Баффиновой Землёй. Потом служба у соперницы Англии — Испании, авантюрные приключения в Центральной и Южной Америке. Некоторые историки приписывают ему второе в истории кругосветное плавание. Уже пожилым человеком он создаёт Английскую торговую компанию, которая должна организовывать экспедиции по поиску восточного пути в Китай и Индию.

С. Кабот создаёт её в рамках Лондонской гильдии торговых авантюристов (да, именно так она называлась — Merchant Adventurers), основанной ещё в 1407 году для экспорта английского текстиля по всему миру. На протяжении последующих столетий этой гильдии (а она просуществовала до начала XIX века) суждено было сыграть выдающуюся роль не только в огромных территориальных приобретениях Англии, но и в значительных географических открытиях по всему миру, в частности в северных ледовитых морях.

Итак, первый толчок европейскому проникновению в Северный Ледовитый океан дал английский торговый капитал. Позже за север с Англией стали соперничать купцы Голландии и Дании. Движущей силой здесь были самые что ни на есть меркантильные интересы: найти более безопасный и короткий торговый путь в Китай и Индию по северным морям вокруг Евразии, который получил название Северо-Восточного прохода (в советское время его стали называть Северным морским путём). В конце XVI века на некоторых картах предлагался ещё более короткий путь из Атлантики в Тихий океан, напрямую через Северный полюс. Правда, воображение картографов помещало на полюсе неведомую землю.

Итак, с экспедиций Джона и Себастьяна Каботов в поисках нового морского пути в Китай и Индию началась беспрецедентная по масштабам (сотни полярных экспедиций) и продолжительности (более 400 лет!) гонка в Арктике.

В 1776 году британское правительство объявило огромную по тем временам награду в 10 тысяч фунтов стерлингов — за достижение Северного полюса, либо пересечение 89-й параллели, либо за открытие сквозного морского прохода на восток или на запад от Берингова пролива. Это ещё больше подстегнуло полярных исследователей — появился привкус спортивного азарта.

Невозможно перечислить все экспедиции, устремлявшиеся к полюсу. Многие возвратились, отступив перед суровой полярной природой, многие навечно пропали в ледовом безмолвии. На смену им приходили всё новые и новые смельчаки, одержимые Северным полюсом (см. таблицу с перечнем экспедиций).

«Все полярные экспедиции... в смысле достижения цели были неудачны, но если мы что-нибудь знаем о Ледовитом океане, то благодаря этим неудачным экспедициям», — писал в конце XIX века русский полярный исследователь адмирал С. О. Макаров.

С того момента, как американец Ф. Кук ценой неимоверного напряжения сил наконец достиг Северного полюса, прошло столетие. Изменилось ли что-либо в степени доступности северной макушки земного шара? Да, и кардинально. После Второй мировой войны на полюсе стали регулярно появляться не только группы учёных, но и спортивные — санные или лыжные — экспедиции.

Подлинный скачок в доступности полюса даже для специально не подготовленного человека произошёл в начале 1990-х годов. В те очень сложные для российской экономики времена учёные-полярники, оставшиеся без государственного финансирования арктических исследований, были вынуждены заняться туристическим бизнесом: организовали компании по доставке на полюс туристов со всего света. Любой человек, стремящийся «почувствовать» Северный полюс, может теперь добраться туда в весенне-летний период через Шпицберген и промежуточную ледовую базу на вертолёте или в санной упряжке, на лыжах или на воздушном шаре. Кто-то хочет спрыгнуть на полюс с парашютом, нырнуть здесь в полынью с аквалангом. Особые неженки добираются до полюса в комфортабельных каютах атомного ледокола. Однако не будем забывать, каких усилий и скольких жертв стоила человеческой цивилизации возможность такого фантастического уикенда.

Старые загадки истории

ГИБЕЛЬ ЭКСПЕДИЦИИ — ПОЧТИ ПЯТЬ ВЕКОВ ТАЙНЫ

Ещё столетие назад полярники были куда хуже защищены от экстремальных природных условий, чем в наши дни. Да и жертв было много больше. Например, во время исследований по проекту Первого международного полярного года в 1882—1883 годах в заливе Леди Франклин погибла бóльшая часть американской экспедиции. К счастью, оставшиеся в живых сумели спасти все научные результаты.

В середине XVIII века погибла половина русских зимовщиков, обеспечивавших на Шпицбергене российскую экспедицию Чичагова по поиску северо-западного прохода на Камчатку.

Мы расскажем о трагической судьбе одной из первых английских экспедиций в Арктику. И хотя отважным мореплавателям не удалось пройти северным морским путём в Китай, они сумели решить другую важную задачу: начать морскую торговлю с Россией.

В 1551 году уже упоминавшаяся Английская торговая компания С. Кабота стала готовить полярную экспедицию для поиска северо-восточного прохода в Китай и Индию вокруг России, по её северным морям. Подобная мысль возникла не на пустом месте. В Европе уже давно ходили слухи о возможности такого плавания. Ещё в 1525 году эту идею высказал русский дипломат Д. Герасимов.

10 мая 1553 года флотилия из трёх кораблей, до отказа заполненных продовольствием и топливом, тёплой одеждой и товарами для торговли (в основном тюками с английским текстилем и шерстью), покинула берега Англии. Руководителем экспедиции и капитаном флагманского корабля «Добрая Надежда», водоизмещением 120 тонн, был представитель известной английской семьи сэр Хью Уиллоби по прозвищу Навигатор. В своё время он служил под началом Себастьяна Кабота и участвовал во многих авантюрах своего командира. Самым большим кораблём — «Эдуард Благое предприятие» (160 тонн) — командовал главный штурман экспедиции Ричард Ченслор, третьим — «Доброе Доверие» (90 тонн) — капитан К. Дюрферт.

Почти три месяца флотилия, борясь со штормовым ненастьем, поднималась в высокие широты вдоль берегов Норвегии. 3 августа на широте 69—70 градусов экспедицию застиг жестокий ночной шторм, разметавший корабли. На следующий день нашли друг друга только «Добрая Надежда» и «Доброе Доверие». Х. Уиллоби принял решение на двух судах идти на северо-восток, обогнув северную оконечность Норвегии.

Через десять суток пути моряки увидели землю. 14 августа Уиллоби записал в дневнике, который сохранился до наших дней: «Мы подошли к ней и спустили бот, чтобы посмотреть, что это за земля. Но бот не мог подойти к берегу из-за мелководья и большого количества льда... На берегу не было видно никаких признаков жилья. Земля эта находится на широте 72°».

Ещё три дня суда двигались на север, однако 17 августа в малом корабле обнаружилась течь, и во избежание опасных последствий Уиллоби повернул на юг. Ещё через четыре дня южного хода, 21 августа, корабли снова вышли на мелководье. Пришлось уйти подальше от берега, и Уиллоби принял решение повернуть назад, на запад. Прошло ещё около четырёх недель, пока перед путешественниками не появился островок, за которым виднелся небольшой залив, оказавшийся устьем реки Варзины на мурманском берегу. Здесь экспедиция и пристала к берегу.

«18 сентября мы вошли в гавань и бросили якоря на глубине 6 сажен. Гавань эта вдаётся в материк приблизительно на 2 мили, а в ширину имеет пол-лиги. В ней было много тюленей и других больших рыб, а на материке мы видели медведей, больших оленей и иных странных животных и птиц, как, например, диких лебедей, чаек, а также других, неизвестных нам и возбуждавших наше удивление. Пробыв в этой гавани с неделю и видя, что время года позднее и что погода установилась плохая — с морозами, снегом и градом, как будто дело было в середине зимы, мы решили тут зимовать».

По удивительному стечению обстоятельств здесь же располагался маленький островок с необычным и даже странным для сих мест названием — Китай. Но об этом Уиллоби так и не узнал. Вокруг не было ни жилья, ни каких-либо других признаков присутствия человека. Уиллоби рассылает в разные стороны группы своих людей, в глубину неизвестной территории. Через несколько дней они возвращаются с одним ответом: «Людей нет».

Начались скучные, однако совершенно не предвещавшие беду дни зимовки. На борту — привычный набор продуктов питания: вяленые мясо и рыба, вино и пиво, сухари и мука. Тут же на берегу бродят непуганые животные и птицы, в воде в изобилии свежая рыба. Добротные корпуса судов защищают от стужи, да и лютых морозов в этих местах не бывает. Судя по всему, сэр Уиллоби вёл свой дневник до конца января. Никаких исключительных событий, заслуживающих внимания, не произошло…

…В мае 1554 года первые поморы, вышедшие на промысел рыбы и зверя, обнаружили в устье Варзины «Добрую Надежду» и «Доброе Доверие». Все 66 членов полярной экспедиции оказались мертвы. В Москву из Холмогор полетела депеша: «Нашли-де они на Мурманском море два корабля: стоят на якорях в становищах, а люди на них мертвы; а товаров на них — сказали — много».

Тут же отправленный ответ царя Ивана IV Грозного предписывал выслать из Холмогор лучших людей, переписать и опечатать весь товар и вместе с телами умерших перевезти в Холмогоры. Иван Грозный понял, кого нашли поморские промысловики. К тому времени в Москве уже побывал прибывший по суше из устья Северной Двины главный штурман английской экспедиции, капитан корабля «Эдуард Благое предприятие» Ричард Ченслор. Он оказался в этом опасном морском путешествии удачливее своих партнёров. После злополучного шторма у северных берегов Норвегии, разметавшего английские корабли, штурман сумел обогнуть Кольский полуостров и привести свой корабль в устье Северной Двины.

Не дождавшись прихода судов компаньонов, он повёз российскому государю предложение от Английской торговой компании о взаимовыгодной торговле. Иван Грозный был благосклонен. Получив грамоту на право свободной торговли с Московским государством, Ченслор в марте 1554 года, судя по всему налегке, по суше покинул Москву. В том же году и Английская торговая компания получила от английского правительства права на беспошлинную торговлю с Россией.

В следующем году Ченслор вторично побывал в Москве с торговой экспедицией. Однако злой рок нашёл и его. На обратном пути из Архангельска во время шторма у берегов Шотландии в ноябре 1556 года последний из руководителей первой английской полярной экспедиции погиб.

Но вернёмся к экспедиции Уиллоби. Всё имущество полярной экспедиции, а также останки погибших московское правительство передало английской стороне. После их доставки в Англию венецианский посол в Лондоне в ноябре 1555 года составляет весьма странное донесение: «Некоторые из умерших были найдены сидящими, с пером в руках и бумагой перед ними, другие — сидя за столом с тарелками в руках и ложками во рту, третьи — открывающими шкаф, иные — в других позах, как будто статуи, которые поставили таким образом. Так же выглядели собаки».

В чём причина гибели первых английских полярников? Ни одно из выдвигаемых предположений об одновременной, очень быстрой, почти мгновенной смерти 66 здоровых мужчин не отвечает на вопрос.

Вначале было распространено расхожее в Европе мнение, что во всём виноват российский холод. Но, поразмыслив, от этой гипотезы отказались: каким же образом при наличии тёплых и прочных укрытий в виде корпусов судов, а также топлива и запасов тёплой одежды холод мог убить одновременно несколько десятков человек?

В XIX веке, с развитием химии и пониманием процессов горения, возникла гипотеза об убийственной роли продукта неполного сгорания угля — угарного газа, окиси углерода. (Действительно, такое случалось, случается иногда и сегодня.) Тем более, что на кораблях, весьма вероятно, были запасы угля, ведь семья сэра Уиллоби как раз и занималась угольным бизнесом. Однако и в этой правдоподобной гипотезе есть своё «но».

На судах середины XVI века просто не могло быть отапливаемых кают-компаний, вмещающих одновременно много людей да ещё собак. Подавляющую часть внутреннего объёма судов занимали припасы и товары. Посмотрите на рисунок любого корабля конца XVI века, например, того, на котором голландец Баренц штурмовал Северный Ледовитый океан. На нём нет столь большого помещения.

Другие гипотезы ещё менее правдоподобны. Не располагая детальным описанием места происшествия, вряд ли можно строить какие-либо разумные предположения. А таких описаний, сделанных очевидцами, по-видимому, не существует. Тайне суждено навсегда остаться тайной.

Многое непонятно и в морских перемещениях двух кораблей этой экспедиции. Например, если сэр Уиллоби правильно определил широту обнаруженной им земли к востоку от Скандинавии в 72 градуса, то это мог быть только полуостров Гусиная Земля на Новой Земле, где регулярно бывали беломорские поморы. Смущает и скорость, с которой корабли Уиллоби, обогнув северную оконечность Скандинавского полуострова, достигли Новой Земли. Всего за 10 суток! Напомним, что на преодоление расстояния примерно в три раза большего, от берегов Англии до берегов Норвегии в районе 69-й параллели, экспедиции потребовалось 85 суток. А вот обратно до мурманского берега они добирались 28 дней. И где в районе Гусиной Земли есть такие отмели, что даже на лодке невозможно подойти к берегу?

Все эти вопросы вызывают сомнение: действительно ли сэр Уиллоби достиг Новой Земли? Поэтому английские мореплаватели считали, что экспедиция Уиллоби открыла новый остров, «Землю Уиллоби», где-то на полпути между северной оконечностью Скандинавии и Новой Землёй. И почти полтора века безрезультатно его искали. Мы склоняемся к мнению, высказанному в XIX веке известным полярным исследователем Норденшельдом: «Земля Уиллоби» — это хорошо известный уже в те годы русским мореплавателям остров Колгуев (69 градусов с.ш.)».

Хотя экспедиция и не выполнила своей основной цели — не обнаружила северо-восточный проход в Китай, — руководитель Английской торговой компании Себастьян Кабот был доволен: экспедиция открыла морской путь в Россию. Торговое сотрудничество с Россией (несмотря на краткие перерывы, обусловленные политическими причинами) продолжалось почти столетие. Компания получила даже в монопольное пользование водно-сухопутный путь Архангельск — Волга — Каспийское море с выходом в Персию и Среднюю Азию.

***

Несколько сотен лет полярные экспедиции штурмовали Арктику. Однако только в 1878—1879 годах шведская экспедиция под руководством Норденшельда совершила сквозное плавание по Северо-Восточному проходу — Северному морскому пути — с одной зимовкой. Потребовалось ещё более полувека, чтобы в 1932 году советская экспедиция под руководством академика О. Ю. Шмидта на ледокольном пароходе «А. Сибиряков» (капитан — В. И. Воронин) прошла от Архангельска до Берингова пролива за одну навигацию.


Случайная статья


Другие статьи из рубрики «Человек и природа»

Детальное описание иллюстрации

Представления об Арктике известного картографа из Амстердама Меркатора. По каким-то собственным соображениям (возможно, основанным на древних мифах) Меркатор разместил на Северном полюсе огромный остров. Вместе с тем это, по-видимому, первая карта, на которой указано местоположение Северного магнитного полюса. 1595 год.
Первая в мире карта Арктики, составленная в 1525 году Дмитрием Герасимовым. Он был послом великого князя московского Василия III в Риме. Красным пунктиром обозначен предполагаемый путь из Европы через Северный океан в Китай, белой линией — маршрут, по которому плыл Герасимов из Северной Двины в Рим.