Портал функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Вакцинация: весна тревоги нашей

Может ли вакцинация вызвать перестройку генетического аппарата и сделать нас мутантами? Какими осложнениями она грозит? Может ли в результате вакцинации случиться инфаркт или инсульт? А рак? На эти вопросы отвечает иммунолог, кандидат медицинских наук Николай Александрович Крючков.

Фото: PressReleaseFinder/Flickr.com CC BY-NC-ND 2.0  

– Николай, в стране активно идёт вакцинация от новой коронавирусной инфекции. На этом фоне многие боятся различных тяжёлых осложнений, мутаций, постковидного синдрома. Давайте развеем тревоги и предупредим о реальных опасностях. Итак, вакцины от COVID-19 в России: что они собой представляют?

– Все имеющиеся сегодня вакцины разрабатываются на разных технологических платформах. Это разные лекарственные препараты, направленные на формирование активного специфического иммунитета. В ходе вакцинации мы вводим в организм вещества, вызывающие активный иммунный ответ и тренирующие иммунную систему. Для этого есть разные способы. Либо мы вводим цельный живой вирус, либо убитый, инактивированный, либо мы искусственно синтезируем нужные белки биотехнологическим способом. Это так называемые рекомбинантные вакцины. Есть ДНК, мРНК-вакцины, где нет белка, а есть генетический фрагмент нужного антигена коронавируса, на основе которого организм синтезирует антигены, и развивается иммунитет. Есть и другие типы вакцин.

«Спутник V» – это векторная вакцина на основе человеческого аденовируса двух серотипов. Аденовирус – один из вирусов, вызывающих сезонные ОРВИ, но вакцинные варианты не реплицируются (не размножаются) в организме человека (скорее, не размножаются в клинически значимой степени). Аденовирус, являющийся вектором – компонентом вакцины, генетически модифицируется. Всех это пугает. Но дело в том, что направленная генетическая модификация массово используется сегодня в медицине, в химии, в пищевой промышленности. Здесь важно, как, что именно и с какой целью подвергается модификации.

В данном случае фрагмент генетического материала коронавируса в форме ДНК помещается в аденовирус, который «протаскивает» эту конструкцию в клетки человека, где синтезируются нужные нам белки коронавируса. Организм распознает их как чужеродные и начинает с ними бороться. В результате формируется специфический иммунитет к коронавирусу. По опубликованы данным, краткосрочная эффективность этой вакцины в отношении развития заболевания COVID-19 превышает 90 процентов. Это очень высокое значение.

– А что по поводу безопасности?

– Даже при сокращенных по срокам испытаниях вакцины проводятся все этапы её доклинических исследований. Когда, например, проверяется острая токсичность препарата на животных, им вводится обычная и двойная человеческая дозы без пересчёта на массу тела. То есть, животное получает ультравысокие дозы. И даже при столь высокой нагрузке никакой серьезной токсичности не должно обнаруживаться. То же самое - проверка на подострую / хроническую токсичность, когда тот же препарат вводится многократно через определенные промежутки времени, и учёные наблюдают, какие последуют реакции. Есть исследования на репродуктивную токсичность, когда исследуется влияние препарата на эмбрион, плод, новорождённых и репродуктивную функцию самцов и самок. Причем исследуются животные разных видов – от крыс до обезьян. Проводится целый набор больших исследований, объём которых для антиковидных вакцин практически не урезается.

Объём клинических исследований до момента государственной регистрации препаратов, как мы знаем, в данном случае был сокращен. Однако мы не можем сказать, что они не проводились. Когда препарат поступил на рынок, мы уже знали главное о безопасности этих препаратов. Мы не можем сказать, что у нас о них достаточно информации. Остаются вопросы. Однако мы знаем, что препараты прошли многоэтапный процесс исследований, которые минимизируют вероятность появления на фармрынке сомнительных препаратов.

– Минимизируют, но ведь не исключают полностью?

– Конечно, стопроцентной гарантии нет и быть не может ни у каких препаратов. Какие-то отдалённые осложнения возможны. Могут быть аутоиммунные реакции, но пока массовых, сколько-нибудь частых осложнений мы не видим. Зато мы уже точно видим, что вакцина работает.

– Как долго она работает?

– Этого наверняка сейчас не знает никто. Тут есть две крайности. Одни специалисты говорят, что три-четыре месяца, другие – что всю жизнь. Я склонен относиться к таким прогнозам как к предположениям. Мы не знаем, как долго будет работать вакцина. Но даже если она будет работать девять-десять месяцев или год, получить 95-процентную защиту в условиях пандемии на это время – просто замечательно. Это всё равно что во время пожара получить хороший противогаз с фильтрами – шансов отравиться будет заметно меньше. Хотя бы в течение какого-то значимого промежутка времени. И пусть даже он и не защитит от ожогов при прямом столкновении с огнём.

– На днях прочитала в социальных сетях пост о том, что 70-летний человек вакцинировался, а через некоторое время у него случился инфаркт. Автор поста считает, что это может быть взаимосвязано. А вы как думаете?

– COVID-19 повышает риски развития повышенной свертываемости крови, последствий системной острой воспалительной реакции, и связанными с этим инфарктами, инсультами, тромбозами. Что касается вакцинации, то осложнения в виде тромбозов, действительно, могут вызываться вакцинацией, такие осложнения описаны в научных публикациях, документах регуляторов и широко растиражированы в СМИ. Но, во-первых, частота их очень низкая. Речь идет о тромбоцитопении и инсульте синусов твёрдой мозговой оболочки. Это редкий тип инсульта, составляющий в общей популяции около одного процента от всех инсультов. Есть также проблемы с тромбозами вен нижних конечностей, брюшины и воротной вены печени (для разных типов вакцин описаны неидентичные тромботические нежелательные явления). Об инфарктах никаких сведений пока нет. Все эти крайне редкие осложнения касались вакцин AstraZeneca, J&J, мРНК-вакцин. Сведений о подобных серьёзных нежелательных явлениях у «Спутника V» у нас нет. Хотя Россия пока не относится к числу стран-лидеров в области фармаконадзора.

image0.jpg
Николай Александрович Крючков, эксперт по общественному здоровью и международному здравоохранению, генеральный директор контрактно-исследовательской компании Clinical Excellence Group, иммунолог, кандидат медицинских наук.Фото предоставлено Н.А. Крючковым.

При этом есть позитивный сигнал из Аргентины, где массово применяется «Спутник V» и такие исследования проводились. На 1,5 миллиона введённых доз вакцины у них зарегистрировано лишь два случая тромбоцитопении, – аутоиммунного снижения уровня тромбоцитов крови, что теоретически могло бы привести к тромбозам, но в данных эпизодах не привело. Важно также отметить, что все эти состояния случаются и вне вакцинации, и мы не можем утверждать, что тут прослеживается четкая с ней взаимосвязь. Но даже если она есть, эти риски значительно ниже, чем в случае заболевания COVID-19. Летальность от коронавируса остается высокой и составляет около 1% от всех инфицированных. Для пожилых людей и пациентов с тяжёлыми заболеваниями риски, конечно, гораздо выше, и даже в этих подгруппах недожитие в связи с ковидом составляет многие месяцы и годы.

– Ведётся ли сейчас какая-то работа по минимизации таких негативных последствий вакцинации?

– Да, во всем мире сейчас идёт работа по адаптации вакцинации к разным категориям населения, чтобы серьёзные нежелательные явления практически свести к нулю.

– В каких случаях лучше не вакцинироваться?

– Все противопоказания к вакцинации прописаны в утверждённых инструкциях по применению лекарственных препаратов, размещённых на сайте Минздрава – Государственного реестра лекарственных средств, никаких секретов тут нет. Если мы имеем дело с ослабленным, паллиативным, коморбидным пациентом, то, действительно, лучше посоветоваться с врачом и, возможно, не вакцинироваться. Есть абсолютные противопоказания к вакцинации. Есть и относительные, описанные в разделе «С осторожностью» Инструкций по применению.

– Проверяли ли вакцины на мутагенность? Многих волнует, что фрагменты ДНК коронавируса могут встроиться в их геном, и они станут мутантами.

– Недавно опубликованное исследование показало возможность обратной транскрипции генов коронавирусной РНК в клетках человека. При этом образуется «вирусная» ДНК, которая может длительно оставаться в ядрах клеток, обеспечивая синтез белков коронавируса. Пока непонятно, сколь долго такие генетические фрагменты могут присутствовать в организме, насколько интенсивно они способны встраиваться и сохраняться в ДНК человека. Вряд ли для большинства людей это явление имеет клиническое значение. Однако, по-видимому, у пациентов с дефектами иммунной системы, выраженными иммунодефицитами, коронавирус SARS-CoV-2 может длительное время находиться в организме – заболевание у них приобретает хроническую форму. При этом, интенсивность мутаций и эффективность их отбора значительно возрастают, что может играть важную роль в развитии пандемии.

Что же касается вакцинации, то никаких доказательств «встраивания вакцин» в геном человека нет. Мы не можем на 100% исключать возможности существования такого механизма для некоторых вакцин, содержащих генетический материал коронавируса, но всё же это представляется очень маловероятным. Пока что мы можем констатировать, что доказанного влияния прививок от ковида на генетический аппарат не существует, как, кстати, и нет данных об онкогенности прививок, которой тоже многие боятся. Тем более, что для многих типов вакцин, таких как, к примеру, рекомбинантные, такой механизм исключён, так как эти препараты не содержат генетический материал вируса SARS-CoV-2.

– Многих пугает повышение температуры после вакцинации, боли и отёки в месте введения, ломота в мышцах, как при гриппе.  

– Если мы говорим о «Спутнике V», то этот препарат, действительно, высоко реактогенен. Более половины провакцинированных испытывают как минимум один симптом гриппоподобного синдрома и / или боль, зуд, уплотнение в месте инъекции. Но этих проявлений бояться не следует. Это нормальная реакция, говорящая об активации врождённого иммунитета в ответ на попадание внешних антигенов. Всё это должно благополучно разрешаться в течение одного-трёх дней. Если этого не происходит, надо обращаться к врачу. Таким образом, все эти страхи развеиваются данными научных исследований, которые имеются в широком доступе и не представляют собой никакого секрета. Если взвесить все за и против, становится ясно, что лучше вакцинироваться, чем рисковать заразиться.

– Тем не менее, люди продолжают опасаться вакцинации. Почему?

– Всё дело в том, что далеко не всех вообще убеждают рациональные аргументы, которые мы приводим. Заметная часть людей предпочитает иррациональные доводы и логику. Одни руководствуются аргументами конспирологического толка, другие – религиозного, третьи – индивидуалистического. Последние, к примеру, говорят: зачем я, дескать, буду рисковать и колоть не пойми что, если я всё равно молодой, здоровый и мне ничего не грозит – ну, переболею, так ведь не умру. Многие не хотят внимать разумным доводам, поскольку у них уже сложилась непоколебимая точка зрения, менять которую они просто не хотят. Кто-то обосновывает свою точку зрения «чипированием» или другими теориями заговоров. Таких людей переубеждать очень сложно и, боюсь, малоперспективно.

– А я на днях услышала точку зрения о том, что вакцина – это наркотик, на который нас всех подсаживают. Первая доза бесплатно, а дальше будет всё дороже.

– Что называется, и смех, и грех. Остаётся надеяться на разумное большинство, которое и спасёт человечество от пандемии.

Автор: Наталия Лескова

Источник: «Наука и жизнь» (nkj.ru)






Портал журнала «Наука и жизнь» использует файлы cookie. Продолжая пользоваться порталом, вы соглашаетесь с хранением и использованием порталом и партнёрскими сайтами файлов cookie на вашем устройстве. Подробнее