Портал функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Страницы: Пред. 1 ... 18 19 20 21 22 ... 66 След.
RSS
Ошибка фантаста Альтова или для задач., Найти ошибки и ложности в теории решения задач писателя - фантаста Альтшуллера Г.С.
Когда спрашиваешь, «знаете ли Вы что такое изобретательство ?» в 100 случаях из 100 вам наверняка ответят: «а, знает это триз!». Господа, «триз»  не является технической или научной дисциплиной по изобретательству, хотя её везде так и представляют, даже умудрённые наукой научные работники. «Триз» это всего лишь личные представления фантаста о технологии изобретательства, изложенные в художественной форме, это его вера в то, что он «раскрыл секрет изобретательства», нашёл «крылья, поднимающие человека ввысь». Однако, вера не может заменить знания, а художественный вымысел, даже фантастический, - образовательный продукт. Доказательства изложены здесь. И то, что мне как правило указывают: "Вы добавлены в чёрный список этого сообщества. Окончание блокировки: 7 апр 2014 в 9:51" говорит само за себя. Сложно же признаться в том, что ловко обманут из - за собственной неразборчивости.  :)
Изменено: Владимир - 04.04.2014 23:10:50
Есть возможность посмотреть и здесь: http://vk.com/topic-22345_1928425?offset=360    :)
Вконтакте Петрозаводского гос. университета материалы этой темы пришлось размещать в "Объявлениях" вместе с со специалистами "медвежьих услуг". Поэтому получаются разрывы составленные из рекламных услуг разного рода "помощи" студентам. Все материалы предлагаю смотреть здесь.
Уважаемые студенты и школьники. Приёмы и стандарты из списка фантаста Альтшуллера, предлагаемые Вам в университетской «школе СИТ» в качестве «красивых», «дерзких» или «диких» идей «решения изобретательских задач», соответствуют по сути легендарной идеи Левши и его братьев «подковать аглицкую Блоху». В прошлом году побили все рекорды тризологизма известная школьникам задача «о магните, случайно припудренном стальным порошком» и, в связи с этим, «идея» Миши Гордеева нагреть «50 – метровый плоский магнит в физической установке» до «магнитного бесчувствия». Насколько же это надо было «активизировать творческое воображение», чтобы выйти на такую «идею», сложно представить. Жаль только, что этой «активизации» не хватило на то, чтобы вообразить, как это осуществить в натуре: может, например, развести костёр в физической установке или устроить пожар? Перед слушателями «школы СИТ» её руководители ставят некие «проблемы для размышлений» в точности так же как подносили Левше с братьями аглицкую Блоху и говорили: нужно «подвергнуть Блоху русским пересмотрам и выяснить смогут ли наши мастера это превзойти, чтобы англичане над русскими не возвышались». Здесь слушатели «школы СИТ» и Левша с братьями оказались в одинаковом положении. Правда, Левша и его братья, в отличие от слушателей «школы СИТ», оружейники и мастера, сведущие в металлическом деле. Они знали, как пишется картина «вечерний звон», но совсем не знали «мозгового штурма», «активизации творческого воображения». Они всего лишь, поклонившись святому Николаю – символу одоления, «нощию принялись за дело в ужасном секрете», ибо честно полагали: «Мы слово государево чувствуем, но не знаем, что учиним, авось в постыжении его слово не будет, что – нибудь достойное государеву великолепию представим». Государь итоговую работу оружейников посмотрел и радостно заключил: «мои русские меня не обманут - ведь они, шельмы, аглицкую блоху на подковы подковали»! В свою очередь англичане её тоже посмотрели и изумились к чему это Блохе подковы. Спрашивают у Левши: «чему он учился, знает ли арифметику». «Наука наша проста», отвечает он, «Псалтирь да Полусонник, а арифметику мы не знаем». «Жаль», говорят англичане, «лучше б вы арифметику знали, это пользительней, чем весь Полусонник. Тогда вы бы могли сообразить, что в каждой машине расчёт силы есть, а то, вот вы очень в руках искусны, но не сообразили, что такая малая машинка – нимфозория на самую аккуратную точность рассчитана и подковок она несть не может. Теперь она не прыгает и не танцует». Как Левшу на подковывание Блохи нацеливали Псалтырь и Полусонник, так «подковывать всего и вся» нацеливают положения теории Альтшуллера. А это дело безнадёжное - оно не есть изобретательство.
В университетской «школе СИТ» изобретением считается «дикая идея», которая выжимается из мыслительного органа с помощью «мозгового штурма» или в результате «активизации творческого воображения» (если оно у Вас есть). На самом деле, изобретение вовсе не идея (пусть даже и «дикая»), а продукт, представленный в виде принципиальной конструктивной или технологической схемы. Изобретение состоит функциональной и материальной частей. Функциональным ядром изобретения является выполненное техническим способом решение задачи в любой области человеческой деятельности, примененное в конкретном продукте. Материальной основой изобретения является сам продукт, представляющим собой объект изобретения (устройство, способ, живое или неживое вещество и применение известного объекта по новому назначению). Техническое решение образует интеллектуальную ценность изобретения, а продукт – материальную. Совокупность материальной и интеллектуальной ценностей образует интеллектуальную собственность автора изобретения, который обладает исключительными правами на такую собственность. Объекты изобретения образуют техническую сферу обитания современного человека, а технические решения – продукт его интеллектуальной и созидательной деятельности. Техническое решение представляет собой определенную технику осуществления изобретения. Все действия по осуществлению изобретения всегда направлены на достижение определённого технического результата, на получение определённого объёма практической пользы. Получение большей практической пользы, чем у прототипа, и есть цель всякого изобретения. Без неё изобретение не представляет никакой ценности. Осуществление технического решения есть обращение причин несовершенства прежнего продукта в причины совершенства у нового продукта. Отсюда, для рождения изобретения необходимы и достаточны объект изобретения, производящий известный объём практической пользы, и действия по противоположению причин его несовершенства в получении большего объёма практической пользы.
Утверждение руководителей университетской «школы СИТ» о том, что изобретательство это «секрет, который раскрыл фантаст Альтшуллер» и оно тождественно «изобретательскому решательству по теории Альтшуллера » - всего лишь фантастика. Такое мнение от элементарного незнания принципов изобретательской деятельности, если не больше. Те самые «дикие идеи», ради которых Альтшуллер придумал «способ изобретать», всего лишь некие мысли, «догадки», которые не признаются патентоспособными. Изобретательское дело – дело относительно простое, практическое и основано на одном единственном принципе: на обращении несовершенств прототипа в совершенства изобретения. В этом принципе нет никаких «тайн» и «секретов»: ни технических, ни технологических, ни конструкторских, ни инженерных секретов. Изобретательство основано на «принципе противоположения» (в философии его называют «отрицание», «отрицание отрицания»). Именно этот принцип и является тем самым «техническим способом решения задачи в любой области человеческой деятельности» (это и есть определение понятия «изобретения»). Всякий выбранный Вами прототип объекта изобретения (устройство, способ, вещество) содержит определённую и вполне определяемую причину ограниченности (несовершенства) технических возможностей в получении большей практической пользы, для производства которой он создан. Причину выявляют не «мозговым штурмом» или «активизацией творческого воображения», а в результате хозяйственного применения объекта, при эксплуатации, испытаниях, при научно исследовательских и опытно – конструкторских работах (НИОКР). Ещё Г. Галилей утверждал: «Истинное знание – есть знание причин». Выявленную причину ограниченности (несовершенства) прототипа с помощью действия противоположения обращают в её противоположность – причину совершенства, способствующую получению большей практической пользы. Изменения объекта, реализующие такую причину совершенства, и есть то новшество, новация в объекте, которой не было ранее. Изобретатель конструктивно складывает выбранный объект с изменениями от результатов противоположения и создаёт потенциальное изобретение, на которое необходимо получить признание и правовую охрану патентного ведомства. Только признанное изобретение обладает тремя качествами: новизной, изобретательским уровнем и возможностью промышленного применения.
Известно, и якобы со слов самого Альтова, что он очень любил разыгрывать. Подтвердить или опровергнуть это никто сейчас уже не может, но утверждается, что первыми объектами его розыгрышей и мистификаций были моряки – сослуживцы по Каспийской флотилии. Это увлечение ему впоследствии очень пригодилось и выручало в трагических ситуациях, оказавшись незаслуженно в ГУЛАГе. Дурачить надзирателей и следователей было крайне необходимо, чтобы выжить. Жизненный опыт в такой деятельности и стал тем существенным вкладом в профессию, которую ему пришлось выбрать - профессию писателя – фантаста, на чём затем и стала строиться его теория (так утверждают его биографы и вполне возможно здесь много мифов). У фантаста такая специальность выдавать гипотетическое за реально возможное художественными средствами. Любители и нелюбители этого жанра точно понимают, с чем имеют дело. Это позволяет им оценивать уровень достоверности гипотетического и мастерства писателя. Никто из фантастов, от первого и до последнего, никогда не претендовал и не претендует на то, чтобы нечто своё сфантазированное в гипотетическом сюжете считать доказанным по всем правилам науки. Это противоречит принципам жанра. Например, Ж. Верн очень реалистично описывал несуществующие на тот момент времени аппараты для подводного плавания или для полёта на луну. Но, он не считал свои писания точной наукой пригодной для строительства подлодок или космических аппаратов. Альтшуллеру Г. С. такое положение дел в фантастике показалось неприемлемым - роль слишком мелка, а есть всё же честолюбивые амбиции. Да и подходящая тема есть – изобретательство - очень близкое по сути (как он видимо считал) к фантазированию, ведь тема совсем не проработана и есть где приложить свои творческие силы фантаста. Вольно или нечаянно, но ему своим творчеством удалось создать новые направления в фантастике: фантастикологию (наука воображать) и фентези наук (фантазирование инструментов, алгоритмов, методов, теорий, наук, учений) на основе допущений, не имеющих реального или научного подтверждения. Эти допущения составили авторский, «альтшуллеровский» элемент – альтшуллерство - способ доверчивой подмены понятий тщательно замаскированный высокими и благородными целями, наукообразный обман, создающий у читателя или слушателя твёрдое убеждение (неподверженное критике), иллюзию, мираж сокровенного приобщения к настоящей науке, но которая фактически таковой не является.Однако именно это сыграло злую шутку с фантастом: у него самого появилась иллюзия в истинности им изобретённого с блестящим будущим в планетарном масштабе, которая проявлялась в виде цели донести и внедрить это знание новой эры повсеместно. И его учение действительно получило всемирную известность. Этому способствовали и созданные им новые направления в фантастике, особенность которых в том, что никто из профессиональных фантастов пока ими не воспользовался - они для них являются чуждыми. Зато приверженцы этой теории воспользовались этими направлениями сполна. Для его учеников, соратников, исследователей, разработчиков его учения и просто получивших о нём сведения альтшуллерство стало удобным и единственным средством их почти тоталитарного единения, позволяющим повторить многократно и во многих местах дело учителя и автора направлений. Квалификация в этом деле подтверждается соответствующим сертификатом о неком уровне мастерства в этой науке с правом нести теорию в массы. Даром такие права получают только почётные члены ассоциации. Худшим в этом деле оказалось то, что любой дилетант, только пересказав ту или иную профессиональную деятельность в свете положений теории Альтова, мог посчитать себя классным профессионалом в этой области, не затратив ни сил, ни средств на обучение и освоение этой профессии. В результате, накопленные человечеством знания потеряют свою значимость, если вполне можно обойтись более простыми, просто сказочными, знаниями, предлагаемые теорией Альтова. А по поводу новой эры можно сказать вполне определённо - она уже состоялась. В ней главным действующим лицом стал дилетант - принципиальный дилетант, ссформированный теорией неуч. Весёлая перспектива у этой эры, не имеющей конца! И это не мираж, а реальность. Новой эрой охвачены те, кто несёт теорию в массы, не разобравшись в её сути, те, кому теорию преподают, те, кого с ней знакомят, и те, кто познаёт её в интернете самостоятельно, ориентируясь на обещания апостолов теории на скорый и непременный успех в любом деле. Однако, не всё то, ценность, что блестит и манит. А потому никогда не поздно призадуматься.
«Простейшие эвристические приёмы изобретательства», изучаемые в «школе СИТ», типа «расчленение и редукция», «аналогия», «инверсия», «объединение», «дробление» и т. п. (у А. И. Половинкина в состав списка входят 258 приемов и 600 процедур по их применению) никакой практической силой не обладают. Они пригодны лишь для создания химер (что и показано на фото сайта). Поиск «идеи» с помощью таких приёмов приводит только к абсурдам, а не к новизне. Идея не изобретение, это всего лишь дельная мысль о возможности использования обнаруженной пользы. Она возникает при обнаружении «подсказки» в процессе производственной деятельности. Никакая другая деятельность её не формирует. Практика и принципы создания объекта изобретения основаны не на идеях «слома навязчивого образа прототипа» с помощью эвристических приёмов, а на бережном отношении к его достоинствам, что имеют логику, цель и выгоду. Теория Альтова подчинена логике эвристических (основанных на догадке) принципов. «Изобретательская ситуация», «изобретательская задача» как понятия в этой теории представляют собой разные уровни толкования некоторой исходной ситуации, условия и описание которой последовательно на каждом уровне толкования обогащаются информацией. Объяснение причин возникновения ситуаций представляется в виде рутинного возникновения производственных или технологических сбоев, несоответствий. То есть, если есть сбой в чем – то, то это задача, которую необходимо решить, причем изобретательским способом. Под «изобретательским способом» понимается принятие решения творчески или алогично, неожиданно, по – новому. Но решение равноправно может оказаться и не творческим и не новым. Одной эмоциональной оценки новизны недостаточно для признания решения изобретением. Разрешив ситуацию «изобретательским способом», находчиво, совсем не значит, что примененное решение есть изобретение. До него длинный путь. Предполагаемое изобретение должно быть признано Патентным ведомством патентоспособным и тогда оно становится действительно изобретением. Остальные предложения им не признаются как патентоспособные изобретения – они не требуют патентной защиты. Настоящее изобретение, прежде всего, конкретный продукт (устройство, способ, вещество), имеющий практическую ценность в удовлетворении потребностей человека. Это совсем не аварийные, спонтанные действия по разрешению ситуации какими бы они изобретательскими и находчивыми не казались. Теория Альтшуллера исходит из того, что изобретательность человек проявляет исключительно в сложных ситуациях. Сбои в технике, чрезвычайная ситуация, опасность, заставляют человека проявлять чудеса изобретательности, а значит изобретать. Однако это совсем не так.
Человек достаточно инертное существо, да и у изобретательства совсем другие причины. В сложных сложившихся обстоятельствах человек ищет выход из них, действует сообразно ситуации, руководствуется ситуативной логикой. Сломалась техника – он ее ремонтирует, начался пожар – он его тушит, на горизонте появился лев – он убегает. Изобретает только тогда, когда есть жизненная потребность получить в больших размерах остро необходимую полезность, которая обеспечена
средствами ее производства. Вся теоретическая база «теории» построена именно на придании (приписывании) ситуации особых свойств, благодаря которым непременно возникают способности, изобретательность, выдумка, находчивость и мотив их проявлять. То есть, ситуация стабильно и гарантированно плодовита на проявление человеком спонтанности, алогичности, вытекающей из ничего, на принятие решений, не основанных на прежнем опыте. И это считается изобретательством. Но это обыденное представление и этой точки зрения для действительно научной основы изобретательского дела недостаточно. Наука как раз предназначена компенсировать недостатки способностей, изобретательности, мышления и показать пути создания изобретений. Развитие способностей дело, конечно, полезное, как, например, спорт. Спорт позволяет сохранять хорошую физическую форму необходимую для работы, но спорт не решает технических проблем производства на этой работе. Согласно «теории» получается, что каждая «изобретательская» задача это совершенно новый, неизвестный способ или прием ее решения. Но как это можно определить до решения задачи, по каким признакам? Неизвестно. Но, были найдены некие приёмы, их свыше 40 (с подвидами 125), решения «изобретательских» задач и 76 стандарта на их решение. И, оказалось, что для решения «изобретательских» задач вовсе не нужны находчивость, изобретательность и парадоксальность. Достаточно знать эти эвристические приёмы. Тогда в чём «новизна» и «неизвестность» способа решения? На установленные 1250 типичных «технических» противоречия приходятся именно эти 125 типовых приема, причем на каждое «техническое» противоречие предлагается до 4х разных типовых приема. Беда оказалось в том, что ни причинно – следственной, ни эвристической связи между ними не существует. Получилось как на складе готового платья: каждый ищет платье по своей фигуре. В результате, практическая ценность разработанной Альтовым таблицы устранения «технических» противоречий оказалась нулевой. «Высота решения» определяется признаками «дерзости», «дикости», «красоты» и «алогичности» решения. Назначение «теории» состоит исключительно в реконструкции «красивых», «парадоксальных», «алогичных» ответов, имеющих «очевидный» вид. Все ее инструменты, в том числе оператор РВС (размер – время – стоимость), метод маленьких человечков (ММЧ), развитие творческого воображения (РТВ), направлены на это. О практическом создании изобретений в ней нет и речи. Одним словом, как сетовал Альтов, «склад снарядов – и ни одной пушки». Истинность теоретических положений проверяется практикой, практикой создания изобретений, а не производством «красивых» «очевидных» ответов на собственноручно поставленную ситуационную задачу. Способность фантазировать, придумывать, воображать, творить нечто «дико» красивое, дерзкое и парадоксальное в неограниченном количестве относится к универсальному средству работы фантаста. Превращение этого средства в формулу, с помощью которой все возникающие проблемы можно обращать в заветный плод «сильного мышления», является алхимическим принципом. Специальность изобретателя это создавать уникальность. Эвристическая основа для этого не пригодна, так как исчерпала все свои возможности. Причины известны. Они кроятся в несостоятельности исходных теоретических положений «теории» и невозможности решить главную задачу изобретательства – создавать изобретения. Преодолеть это самостоятельно «науке о сильном мышлении» (так называют эту «теорию») не в состоянии. И чтобы оставаться на достигнутом уровне своего положения в обществе, используются другие неформальные ресурсы, такие как мимикрия, пиар, модность, распространенность, близость к научным кругам, к образованию, средствам массовой информации, интернету. Если подвергнуть все известные типовые приемы действию противоположения, то можно получить свод описаний причин применения этих приёмов. В этом случае типовой прием и причина его применения подчиняются принципу «ключ – замок» или объединены принципом обратного соответствия. Например, причиной невозможности применения обычных подъемных устройств являются их громоздкость, жесткость, твердость. Противоположение этих свойств указывает на компактность, гибкость, мягкость требуемого подъемного устройства. Ясно, что тогда причина и следствие объединены приемом 29: «Вместо твердых частей использовать надувные части, наполняемые жидкостью».
«Триз» появилась явно не на пустом месте. Как оказалось, на тексты книг Альтшуллера существенное влияние оказал капитальный труд Джонса Дж. К. «Методы проектирования». Если «проектирование» заменить на «способ изобретать», а «задачи проектирования» на «изобретательские задачи»», то становится понятно, откуда появились понятия «исходная ситуация», «преобразование задачи», «выявление конфликта», «алгоритм изобретения», «дикие решения» (см. табл. 6.1 «Методы проектирования», 1986, стр. 106 – 107). В результате, «Методы проектирования» заменены Альтовым на «алгоритм решения изобретательских задач (ариз)», а табл. 6.1 в таблицу «Использования основных приёмов устранения технических противоречий». Если Джонс говорил о методе «ликвидации тупиковых ситуаций», то Альтов говорит о приёмах «устранения технических противоречий (своеобразных тупиков)». Много рассуждений Альтов посвятил так называемой «психологической инерции», которая якобы «руководит перебором вариантов» и «уводит решающего задачи от верного решения. Хотя Джонс говорил о влиянии «спонтанного мышления» на «организованное» и наоборот, о методе «управления стратегией». Здесь надо сказать, что у человека имеется множество разных «инерций»: зрительная инерция, двигательная инерция, слуховая инерция, инерция мышления, речевая инерция, психологическая инерция. И они у всех разного качества. Однако эти «недостатки» оказались благом для людей. Благодаря зрительной инерции (это когда наблюдаемый объект внезапно исчезает, но человек некоторое время продолжает его видеть) человеку стал доступен кинематограф, телевидение, анимация. Благодаря двигательной инерции возможны спортивные состязания, спорт. Слуховая инерция позволяет привыкнуть к шуму, громким звукам. Инерция мышления связана со временем переработки поступающей в мозг информации. Психологическая инерция связана с разного рода ограничениями психики, являющими предохранителями её здоровья. Альтов предлагает бороться с «инерцией» заменой в ситуации терминов, которые «несут заряд психологической инерции» и мешают «талантливо мыслить», ошибочно полагая, что другие названия предметам якобы позволят придти к «диким» решениям или «основной идеи изобретения». На деле его «методы борьбы с инерцией» представляют собой игровые «переборы вариантов» с помощью пространственных и количественных изменений предметов без конкретной цели таких действий. Как известно, простые количественные изменения не приводят к новому соотношению качественных и количественных характеристик в объекте техники, к новому единству качества и количества. Для этого необходим качественный переход, который является причиной технического удовлетворения потребностей человека. И такой переход основан лишь на противоположении исходного состояния технических возможностей объекта предназначенного для этого.
Многие «просветители от триз» жизни положили на «просвещение тёмного в отношении изобретательства» народа. Некоторые «понарешали» тысячи «изобретательских задач», и, как не парадоксально, так и не создав ни одного изобретения. Автор триз, «просвещая», всё же не исключает «права читателя усомниться: неужели так просто решать «изобретательские задачи?» (Крылья для Икара, 1980, стр.6). «Хорошо, рассмотрим ещё несколько задач» предлагает решительно он. Откуда берёт фантаст свои «изобретательские задачи», когда говорит «возьмём изобретательскую задачу»? Обычное дело, фантаст – фантазирует! В предложенной им задаче 2 (там же) описывается «нелёгкая» ситуация со «смешиванием жидкости». «Дело нехитрое: нальём жидкости в один сосуд и размешаем ложечкой, но есть жидкости, которые нельзя держать в открытом сосуде. Приходится смешивать их в бутылке, плотно закрытой стеклянной пробкой. И вот аптекарь встряхивает бутылку до бесконечности, но и сооружать машину для встряхивания бутылок, как и трясти их долго, решение плохое. Как быть?» Далее следует другая ситуация: уже с «решением» этой задачи. «Все ученики ПТУ предложили в качестве «ответов» идеи «мешалки» (ведь предлагается «смешивать жидкости») сообщает почти радостно задачедатель. Логическое обоснование такого «феномена» здесь в том, что, если все без исключения предлагают одно и то же решение, то, значит, оно верное! То есть. «Раз нужно что – то смешивать, следовательно, нужна какая – то мешалка – ложечка, палочка, пластинка.. Это так очевидно!» пишет фантаст (логика «железная»!). И далее следует собственное «решение» задачедателя: «сделаем в пробке отверстие, пропустим сквозь него ложечку, но вращать и трясти нельзя – разобьёт стекло бутылки, значит, укрепим ложку в пробке. Теперь проблема (а собственно какая?? уже не надо трясти??) решена!» Из всего этого он делает заключение: «А ведь это тоже изобретение!». И указывает на а.с. 303100. Вот видите, говорит довольный задачедатель, «несколько секунд, ну пусть несколько минут – и задача решена, изобретение сделано. Здорово, а?». Неискушённому читателю настойчиво вновь втолковывается, что разрешение неких придуманных ситуаций, названных «изобретательскими задачами», и есть создание изобретений. Чтобы убедится, что это ложно, рассмотрим сущность изобретения по а.с. 303100. В 1971 г. авторы П. А. Игнатов и другие предложили просто «Пробку для сосуда» отнесённую к лабораторному (а не аптекарскому) оборудованию. Они исходили из того, что «все известные пробки для сосуда не имеют приспособления, позволяющего при встряхивании ускорять смешивание или растворение твёрдых и жидких веществ, находящихся в нём». В этом они видели проблему. Противополагая её, определили цель изобретения: устранить этот недостаток и, тем самым, ускорить процесс смешивания или растворения. Цель авторами достигнута тем, что «нижняя часть пробки снабжена стержнем с рассекателем, причём последний (рассекатель) выполнен в виде шара». Вот теперь это можно сравнить с «ложечкой, пропущенной сквозь отверстие в пробке». Первое – изобретение, второе – не изобретение, оно просто не является таковым.
Страницы: Пред. 1 ... 18 19 20 21 22 ... 66 След.
Читают тему (гостей: 1, пользователей: 0, из них скрытых: 0)

Ошибка фантаста Альтова или для задач.