Кетогенная диета, или кетодиета, — одна из самых известных диет, с помощью которых пытаются сбросить вес. В ней мало углеводов, умеренное количество белков и много жиров. Кетодиета должна побудить клетки использовать в качестве источника энергии не углеводы, а жиры; как следствие, в крови повышается уровень молекул, называемых кетоновыми телами, откуда и название диеты.
Известно, что злокачественные клетки предпочитают питаться углеводами. Кроме того, не у всех из них получается эффективно использовать кетоновые тела в энергетическом метаболизме. Можно предположить, что кетогенная диета будет снижать их активность. В некоторых случаях это действительно так: например, в экспериментах с мышами кетогенная диета подавляла рост некоторых злокачественных опухолей мозга. Похожие результаты получались с опухолями толстого кишечника и прямой кишки, правда, в этом случае кетоновые тела напрямую подавляли деление злокачественных клеток. Однако недавно в журнале Nature была опубликована статья о том, что если речь идёт о тонком кишечнике, кетогенная диета, наоборот, может способствовать раку. Исследователи экспериментировали с мышами, у которых в кишечных клетках была мутация в противоопухолевом гене APC. У людей мутации в гене APC становятся причиной семейного, или наследственного, аденоматозного полипоза, при котором на слизистой оболочке кишечника образуется много аденом, или полипов, способных в перспективе переродиться в злокачественные опухоли. Однако у людей эти полипы появляются в толстом кишечнике, а у мышей с дефектным APC — в тонком.
И вот когда мышей с дефектным APC сажали на кетогенную диету, у них в тонком кишечнике образовывалось много злокачественных опухолей. Поскольку при кетогенной диете, как было сказано, образуется много кетоновых тел, то возникло предположение, что именно они стимулируют онкологические процессы. Однако когда кишечные клетки лишали способности производить кетоновые тела или энергетически расщеплять их, на «раковое» состояние тонкого кишечника это никак не влияло. Аналогичный результат наблюдался, когда в кишечнике, наоборот, повышали уровень кетоновых тел другими, не диетическими способами. Опухоли развивались с той же интенсивностью, что и прежде, хотя если бы кетоновые тела шли им на пользу, злокачественные проблемы кишечника должны были заметно усилиться.
Дело оказалось в самих жирах и жирных кислотах. Они стимулировали белки PPARs, которые сидят в ядерной мембране и регулируют работу генов, связанных с развитием, клеточной дифференцировкой и обменом веществ; есть данные, что PPARs участвуют в онкогенезе. Подавляя активность PPARs, можно было ослабить злокачественные процессы, которые усиливала кетодиета. То же самое происходило, когда подавляли активность белка CPT1, или карнитин-пальмитоилтрансферазы I, одного из ключевых ферментов в расщеплении длинных жирных кислот. То есть жиры и жирные кислоты, в избытке поступающие в организм при кетогенной диете, поддерживали клетки в их непрестанном делении, одновременно помогая им получать энергию из липидорасщепляющих метаболических реакций...
