Портал функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

История освоения Арктики

Д. В. Прянишников

Северная полярная, или Арктическая, область занимает довольно значительную часть земного шара. К этой области относятся пространства к северу от полярного круга. Природные условия Арктической области суровы; длительные холода, мрак полярной ночи, крайне скудная растительность. Проникновению человека в это «царство льдов» препятствуют как будто непреодолимые преграды.

Древнегреческий корабль для плавания вдоль берегов.
Внутренний вид зимовки Баренца.
В Гудзоновом проливе.
Сэр Джон Франклин.
О. П. Литке.
Норденшельд.
Сибиряков.
Фритиоф Нансен.
«Фрам», освобожденный от покрывавшего его льда (конец марта 1895 г.)
Наука и жизнь // Иллюстрации
Роберт Пири.
Р. Амундсен.
Проф. В. Ю. Визе.
Проф. О. Ю. Шмидт.

Первыми путешественниками, вышедшими за пределы Средиземного моря и отправившимися на север, были финикийские купцы, искавшие новых рынков, новых заморских колоний. Предполагают, что финикиянам удалось достигнуть берегов Скандинавии. Однако первой полярной экспедицией в настоящем смысле этого слова следует признать путешествие грека Пифея, который в 325 г. до н. э. отправился из г. Массилии (Марсель) на север, ставя своей задачей исследование холодных стран и отыскание месторождений янтаря и олова. Пифей миновал Британские острова и достиг столь северных широт, что дальше нужно было бы плыть уже среди льдов. Это путешествие, продолжавшееся немного более года, представляло большой интерес.

В средние века смелые и воинственные обитатели северной Европы (Скандинавского полуострова) норманны в поисках добычи и свободных земель продвигались далеко в глубь полярной области. Один из норманнов — Оттар — в конце VIII п. совершил плавание до Белого моря. В 985—86 гг. Эрик Рыжий достиг Гренландии и Баффиновой земли. Немного позже, в 1000 г., сын Эрика Рыжего Лейф Эриксон настойчиво продолжал на севере поиски земель, годных для колонизации выходцами из Норвегии. Он доплыл до берегов Америки, побывав, таким образом, на американской почве за 500 лет до Колумба.

Исторического значения это открытие Америки норманнами не имело, дальнейшие неоднократные их плавания в северо-западном направлении не принесли серьезных открытий.

Поиски кратчайших торговых путей

Рост производства и развитие менового хозяйства обусловили стремление к открытию новых рынков сырья и сбыта, новых и кратчайших торговых путей. Конец XIV и весь XV в. были ознаменованы полосой великих путешествий, великих географических открытий. Эти события нашли отражение и в области исследования Арктики.

Великие открытия, совершенные Испанией и Португалией благодаря путешествиям Колумба (1492 г.), Васко де Гама (1498 г.) и Магеллана (1521 г.), возбудили сильнейшую тревогу со стороны Голландии и Англии, но «владычицей морей» была в то время Испания, и преступать ее пути англичане и голландцы не могли. Приходилось отыскивать собственные пути, на которых можно было бы не бояться Испании. Так возникла мысль о необходимости отыскания во льдах двух больших проходов в Великий океан — одного, северо-западного, вдоль северного побережья Америки, другого, северо-восточного, вдоль северного побережья Азии.

В 1497 г. к американским берегам отправляется английская экспедиция Джона Кабота (Джиованни Габото). Кабот достиг берегов Северной Америки, после чего двинулся дальше к северу и дошел до льдов.

В районе Ньюфаундленда он обнаружил большие рыбные богатства и тем самым положил начало знаменитым рыбным промыслам этого района.

Полярные путешествия Кабота продолжал его сын, Себастьян Кабот, который выступил с пропагандой использования северо-восточного прохода. Впрочем, Себастьян Кабот не был уже в это время одинок. В 1527 г. английский купец Роберт Торн подает королю Генриху VIII докладную записку, где он пишет о возможности обогатить владения английской короны новыми славными открытиями, путь к которым лежит через север. Этот путь, как указывал Роберт Торн, проходит мимо полюса и приводит к востоку, к татарским землям и еще далее к землям Восточного Китая. Другой путь, на запад от полюса, мимо открытого Каботом Ньюфаундленда ведет к Китаю и Индии с противоположной стороны. Роберт Торн очень настойчиво рекомендует королю последовать указаниям его докладной записки, благодаря чему, как он пишет, «ваша милость не только извлечет огромную пользу из богатств, но и подданным вашим не придется проделывать и половины пути, который проходят другие, направляющиеся кругом»... («Tudor Economic Documents»).

Внимание к проблеме северо-восточного прохода было привлечено также чрезвычайно интересным трудом австрийского дипломата Герберштейна, который, не раз побывав в России в качестве посла, сумел дать подробное описание и карту Московского государства. Между прочим, Герберштейн утверждал, что, дойдя Северным морем до устья реки Оби, легко возможно, плывя дальше по Оби, попасть прямо в Китай. Сочинение Герберштейна получило в Европе большую известность, и неудивительно, что в последующие годы снаряжаются одна за другой полярные экспедиции, преследующие совершенно определенную цель — открыть поскорее торговый путь, ведущий через льды к богатым странам южной и юго-восточной Азии. Это были экспедиции преимущественно английские и голландские.

В 1553 г. отправилась из Англии для отыскания северо-восточного пути в Китай экспедиция на трех кораблях под начальством Виллоуби, Ченслера и Берро. Судно Ченслера попало в Белое море, в устье Сев. Двины, и это событие положило начало торговым сношениям Англии с Россией. Виллоуби погиб, а Берро пытался пройти в Карское море, но безрезультатно. В 1566 г. голландская экспедиция Брунеля с русскими кормщиками доходит до Новой Земли и Карского моря.

Гораздо большее значение имело путешествие известного голландского мореплавателя Баренца, который в 1594 г. дошел до Новой Земли, в то время как другие корабли его экспедиции вошли в Карское море. Это первое путешествие сильно обнадежило голландцев, и на следующий год караван судов вновь отправился в эти полярные воды, рассчитывая достигнуть Китая. Дальше Новой Земли на этот раз пройти не удалось. Поощряемый обещанным правительством денежным вознаграждением, Баренц в 1596 г. еще раз приплыл в район Новой Земли. В эту экспедицию голландцы открыли Шпицберген и остров Медвежий. У восточных берегов Новой Земли корабль Баренца был затерт льдами, и экспедиции пришлось впервые в истории полярных путешествий зазимовать. Для истории сохранились драгоценные записи штурмана де-Вера, знакомящие с тяжелыми подробностями этой замечательной зимовки. Сам Баренц, едва перенеся зимовку, вскоре умер. Через 273 года норвежец Карльсен нашел хижину Баренца на Новой Земле, поразительно хорошо сохранившуюся в течение столь долгого времени.

Овладеть северо-восточным проходом на данном этапе, конечно, не удалось. Уровень научных знаний и технических приспособлений был недостаточен, чтобы победить сопротивление Арктики.

Поиски северо-западного прохода

После Баренца в течение долгого времени не делается серьезных попыток пройти морем вдоль северных берегов Азии. Вместо этого мы наблюдаем необычайный расцвет полярных экспедиций, связанных с попытками овладеть северо-западным проходом.

В конце XVI в. заслуживает внимания экспедиция англичанина Фробишера, побывавшего в Гренландии и в восточной части Баффиновой Земли, и Дэвиса, открывшего к западу от Гренландии (которую он назвал страной отчаяния) пролив Дэвиса. Предполагалось, что дальше будет свободное море и свободный путь в Индию. Повторная экспедиция 1586 г. принесла разочарование: нигде, вплоть до 72° северной широты, северо-западного прохода не оказалось, со всех сторон наступали угрожающие льды.

Экспедиция Дэвиса положила начало развитию китобойного промысла, так как в районах его плавания было обнаружено множество китов.

Заслуживают внимания экспедиции Гудзона и Баффина, проведенные в начале XVII в. Гудзон, пытавшийся сперва дойти от Новой Земли до устья Оби, решил искать счастья на северо-западе и, субсидируемый знаменитой Ост-Индской компанией, в 1609 г. поплыл к берегам Америки. В 1610 г. Гудзон продолжал путешествие и открыл пролив, который вел в огромный залив, названный его именем. Тщетно пытался Гудзон найти дальше свободный путь на запад и в 1611 г. погиб брошенный взбунтовавшимся экипажем.

В 1612—16 гг. англичанин Баффин исследовал западную Гренландию, Гудзонов залив и вновь открытый Баффинов залив. Баффин достиг 78° с. ш. и открыл пролив Ланкастера, который вел дальше на запад и мог считаться началом северо-западного прохода. Баффин не сумел воспользоваться этим узким проливом и, пришел к выводу о замкнутом характере обследованных морей и об отсутствии дальнейшего пути на запад. По возвращении в Англию он объявил, что северо-западного прохода нет.

Результаты экспедиции Баффина и трагическая гибель скандинавской экспедиции Мунка ослабили интерес к полярным исследованиям на северо-западе. И здесь, как и на северо-востоке, наступает полоса затишья, полоса разочарования торговых кругов в тех заманчивых перспективах, которые казались совсем реальными.

Русские экспедиции XVI—XVIII вв.

Вторая половина XVI и весь XVII в. ознаменовались быстрым продвижением русских на восток, от гор Урала до вод Великого океана. Ф. Гельвальд пишет по этому поводу: «Все народы Европы, подняв парус, достигали Америки путем морского сообщения. Русские, верхом на коне, дошли туда же сухопутно».

Ярким примером этого движения на северо-восток является колониальная деятельность уральских промышленников Строгановых. Строгановы систематически организовывали походы в Сибирь за соболями и, наконец, в 1578 г. снарядили большую экспедицию казаков под начальством Ермака для расширения своих колониальных владений, Ермак успешно достиг Оби, преодолевая сопротивление сибирских татар. Вслед за этим казаки продвинулись дальше до Енисея, и, наконец, к 1628 г. казачий отряд Василия Бугра дошел до Лены. Как в авангарде, так и в арьергарде казачьих отрядов шли охотники и зверобои, посланные за добычей богатыми купцами.

Немного спустя делаются смелые попытки искать добычу и прибыль в северных водах, омывающих северную Азию, среди льдов. В 1646 г. было совершено первое плавание на лодках от устья Колымы к востоку под руководством Исая Игнатьева в целях добычи моржовых клыков.

Далее нельзя не указать знаменитого путешествия якутского казака Дежнева и промышленника Алексеева, обогнувших в 1648 г. восточную оконечность Азии и впервые прошедших проливом, отделяющим Азию от Америки (80 лет спустя этот пролив вторично был пройден Берингом, именем которого и был назван). Дежнев вернулся с большой добычей «полярной продукции» — мехов, моржовой кости и т. д. В 1664 г. он ездил в Москву и демонстрировал там образцы своей промысловой деятельности, заинтересовав этим царский двор и московское купечество.

Первая половина XVIII в. ознаменовалась рядом больших русских экспедиций. Многие из них связаны с именем Беринга, который в течение 1725—1741 гг. совершил несколько больших полярных плаваний, открыл Алеутские и Командорские острова и дал много новых сведений о северо-восточных берегах Азии. Он же принимал деятельное участие в большом комплексном обследовании северо-восточной Азии, известном под названием «Великой северной экспедиции», снаряженной русским правительством.

Наряду с этим в течение всей второй половины XVIII в. развивается интенсивная промысловая деятельность в районе Охотского моря. Организуется ряд экспедиций (казаков Дурнева, Басова, Глотова и др.) к Алеутским островам, к о. Кодьяк для охоты за морскими выдрами.

К концу XVIII в. возникает особое охотское торговое общество, организующее целый ряд промысловых экспедиций.

Приблизительно в это же время в восточной части Ледовитого океана большую активность проявляли купцы Ляхов и Шалауров, занимавшиеся пушными промыслами в районе Новосибирских и Ляховских островов.

В европейской части Ледовитого океана в середине XVIII в. были интересные поездки промышленника Саввы Лошкина на Новую Землю, где он провел около трех лет, собрав много новых и ценных сведений, и экспедиция штурмана Розмыслова в целях отыскания серебряной руды.

Великий русский ученый М. В. Ломоносов живо интересовался возможностями овладеть непокорным севером. В 1755 г. им был составлен план прохода «Сибирским океаном в восточную Индию». Была сделана попытка осуществить этот план: в 1765 г. вышла в море экспедиция Чичагова, которому был дан приказ, обогнув Шпицберген, идти на восток, к Камчатке. Льды не позволили Чичагову продвинуться далеко, и его повторная попытка (в 1767 г.) была также неудачна.

Экспедиции XIX века

В самом конце XVIII в. была сделана еще одна заслуживающая внимания попытка найти путь во льдах в связи с тем, что английским правительством была назначена большая денежная награда за это открытие. В 1776—78 гг. Джемс Кук проходит через Берингов пролив и безуспешно пытается продвинуться вдоль северных берегов Америки

В XIX в. в связи с ростом промышленного капитализма наступило новое оживление с полярными экспедициями. Развитие техники открыло новые возможности: появились пароходы. Пароход позволил свободнее маневрировать применительно к быстро меняющимся условиям Арктики, и это обстоятельство сыграло большую роль. Знаменитый полярный путешественник Норденшельд совершенно правильно указывал, что в условиях ледовых походов опоздание на один день играет очень часто решающую роль.

Кроме того, надо отметить, что промысловая деятельность, носившая в более ранние периоды характер смелых вылазок в опасные и неисследованные края, теперь, в XIX в., принимает регулярный характер. Число кораблей, занимавшихся китобойными промыслами в арктических водах, достигало в это время нескольких сотен. Китоловы и зверобои совершают ежегодно рейсы в арктические воды и, помимо богатой добычи, привозят ценные сведения о специфических условиях крайнего севера. Так, семья английских китоловов Скорбен на протяжении 1806—1822 гг. больше 15 раз побывала в восточной Гренландии. Их обстоятельные донесения побудили английское адмиралтейство возобновить поиски северных путей. Серьезную агитацию в этом направлении, а также и деловую подготовку к экспедициям вел секретарь английского адмиралтейства, географ Дж. Барро.

В 1818—19 гг. были отправлены две экспедиции — Росса (старшего) и Парри, причем последнему удалось дойти до 82°45" сев. широты и, перезимовав, собрать много сведений о климатических и метеорологических условиях Арктики. Исключительное впечатление на современников произвела экспедиция Дж. Росса, который впервые вышел в арктическое плавание н.э. колесном пароходе. Он отплыл в 1829 г. и вернулся только через пять лет. Продвигаясь с большим трудом среди льдов па северо-запад, Росс вынужден был несколько раз зимовать. После второй зимовки им был открыт северный магнитный полюс.

Едва ли не самым грандиозным предприятием в области освоения Арктики в XIX в. следует считать знаменитую экспедицию Франклина и ряд связанных с нею экспедиций. Франклин, известный своим трехлетним путешествием по северному побережью Америки, отплыл в 1845 г., возглавляя снаряженную английским правительством экспедицию на двух винтовых пароходах, с официальным заданием пройти северо-западным проходом в Великий океан. Было известно, что суда Франклина дошли до залива Баффина; больше никаких сведений об экспедиции не было: она пропала без вести. Через три года английское правительство послало несколько экспедиций на поиски Франклина. Этим было положено начало целому циклу «франклиновских экспедиций». В промежуток времени с 1848 г. по 1860 г. свыше 40 экспедиций искали Франклина в различных направлениях.

Найти и спасти Франклина и его спутников не удалось. Впоследствии было установлено, что корабли Франклина были затерты льдами у берегов Земли короля Вильяма, а участники погибли от голода, холода и болезней, пытаясь добраться до обитаемой земли.

Эти спасательные экспедиции имели исключительно большое значение в деле изучения Арктики. Было произведено множество важных наблюдений, изучены и сняты на карту берега, открыт Смитов пролив, ведущий из Баффинова залива мимо берегов Гренландии к полюсу. Наконец, кроме всего этого, был найден северо-западный проход. Ценою вековых усилий, многочисленных жертв удалось вырвать у Арктики эту первую победу.

Морской путь кругом Северной Америки был найден в 1850 г. Мак-Клюром, прошедшим через Берингов пролив и направившимся к востоку. После зимовки Мак-Клюру удалось установить, что пролив принца Уэльского, которого он достиг, соединен с проливом Мельвиля, до которого в 1819 г. доходил с востока Парри. Однако продвинуться дальше и пройти вновь открытым путем Мак-Клюр не смог. После двух зимовок участника экспедиции были спасены Келлетом, а корабль «Инвестигэтор» остался во льдах, от которых он освободился только через 57 лет, в полной сохранности.

Русские полярные экспедиции XIX в. по-прежнему сосредоточивались на крайнем северо-востоке (т. е. восточной части Ледовитого океана, включая район Берингова пролива) и в районе Новой Земли. Наиболее выдающимися из них были экспедиции Крузенштерна (1803—06 гг.) и Коцебу (1815—17 гг.), изучившие берега Камчатки и Аляски, и экспедиции Врангеля и Анжу (1820— 22 гг.), обследовавшие и нанесшие на карту северные берега Сибири от Оленека до острова Колючина. Что касается Новой Земли, то туда, в 1807 г. была отправлена для отыскания ценных металлов экспедиция Поспелова, в 1819 г. — экспедиция Лазарева и в период 1821—24 гг.— четыре экспедиции под начальством Ф. Литке. В 1832 г. экспедиция Пахтусова обогнула южный остров Новой Земли, пройдя через Карские ворота в Карское море. Затем в 1837 г. на Новую Землю отправилась первая научная экспедиция академика Бера и Циволки, продолжавшаяся всего лишь два месяца, но давшая, по тому времени, большие научные результаты.

Новые методы и новые победы

Перечислить в рамках статьи все многочисленные полярные экспедиции невозможно.

В дальнейшем мы остановимся на тех событиях, которые свидетельствуют о новых темпах и новых методах полярных исследований.

Во второй половине XIX в. производятся усиленные попытки пройти к полюсу со стороны пролива Смита, т. е. от Гренландии. Эти многочисленные попытки неизбежно связаны с тщательным изучением самой Гренландии. Некоторые ученые полагали, что к северу от пролива, непосредственно около полюса, имеется свободное от льдов полярное море. Эти соображения делали попытку проникнуть с этой стороны к полюсу особенно соблазнительной. В 1861 г. американец Гэз, в 1865 г. немец Р. Вернер, в 1868—69 гг. Кольдевей и Гегеман, в 1871—73 гг. Голл, в 1872— 74 гг. Пайер и Вайпрехт, в 1875—76 гг. Нэрс и Маркгам один за другим отправлялись в полярные экспедиции. Гипотеза Петермана на опыте не оправдалась: свободного полярного моря обнаружено не было. Практически важными результатами этих экспедиций явились открытие и обследование новых островов и земель (Пайер и Вайпрехт открыли и 1873 г. Землю Франца Иосифа) и изучение Гренландии. Новая и притом очень важная идея была выдвинута упомянутым выше Вайпрехтом. Считая, что полярные экспедиции, требующие больших жертв, не дают удовлетворительных научных результатов, он предложил (в 1875 г.) организовать научное наблюдение, которое осуществлялось бы полярными станциями, устраиваемыми в различных пунктах всеми заинтересованными государствами. Через несколько лет (в 1882—83 гг.) эта замечательная идея претворилась в жизнь. Усилиями 11 государств было организовано 15 полярных научных станций, которые в течение года провели по установленной программе научные наблюдения. Это событие вошло в историю под названием «первого международного полярного года».

После того как было доказано существование северо-западного прохода, оставалось решить вторую задачу, привлекавшую внимание в течение ряда столетий, — найти северо-восточный морской путь. Все попытки, которые делались в прошлом, были совершенно неудачны: никому не удавалось проникнуть дальше входа в Карское море. Вторая половина XIX в. ознаменовалась и на этом, казалось неприступном, участке Арктики грандиозными победами. В 1874 г., используя практику русских промышленников, английский капитан Виггинс совершил удачный рейс к устью Оби, а в 1876 г., уже с грузом, — к устью Енисея. В 1875 и 1876 гг. шведский путешественник Норденшельд дважды совершил плавание к устью Енисея, доказав этим возможность навигаций через Карское море. Через два года Норденшельд приступил к осуществлению своей знаменитой экспедиции: на корабле «Вега» он отправился северо-восточным проходом вдоль берегов Азии. Норденшельд впервые в истории успешно прошел северо-восточный путь и после зимовки в 250 км от Берингова пролива летом 1879 г. вышел в Тихий океан.

Путешествия Виггинса и Норденшельда были подготовлены и осуществлены на частные средства крупных русских капиталистов того времени, Сибирякова и Сидорова, понимавших практическое значение освоения северного морского пути.

Зимовка Норденшельда вызвала тревогу за его судьбу. На помощь ему отправилась экспедиция де-Лонга на корабле «Жаннетта». Корабль и почти вся экспедиция погибли в районе Новосибирских островов.

Через три года остатки лагеря де-Лонга были обнаружены на дрейфующей льдине у берегов Гренландии. Как можно было объяснить это поразительное перемещение на расстояние больше чем 7 000 км?

-

Оказалось несомненным существование в полярных подах сильного течения с востока на запад. Это обстоятельство послужило основой для прославленного в истории путешествия великого, норвежского исследователя Фритиофа Нансена.

Еще в 1888 г. Нансен совершил смелое предприятие. Он впервые пересек Гренландию, пройдя ее в полтора месяца на лыжах. Находка остатков лагеря де-Лонга дала Нансену мысль использовать морское течение, чтобы достичь того, что оказывалось недоступным человеческим силам, — полюса. Нансен решил с кораблем проделать тот дрейф, который, по его предположению, проделала обнаруженная в Гренландии льдина. На специально сконструированном корабле, который не мог быть раздавлен сжатием льда, экспедиция Нансена в 1893 г. прошла с запада через Карское море и дошла до Новосибирских островов. Здесь «Фрам» (название корабля) вмерз в лед, и отсюда начался дрейф, который продолжался три года. Увидев, что корабль движется по линии южнее полюса, Нансен сделал попытку достигнуть полюса по льду на собачьих запряжках и лыжах и дошел до 86°4' сев. шир. Дальше продвинуться не удалось, и пришлось возвратиться на Землю Франца Иосифа, где Нансен был подобран экспедицией Джексона. Тем временем «Фрам» прибыл в Норвегию, благополучно закончив трудный и длительный поход.

Приближалась разгадка тайн северного полюса. И в самом деле, американец Роберт Пири в 1909 г. достиг полюса*.

Мы видели, что северо-западный проход был открыт Мак-Клюром, но никем еще не был пройден. В 1903 г. норвежец Амундсен отправился в путь на маленьком моторном судне с востока, имея целью пройти северо-западным путем с востока на запад. Победа опять была одержана. Северо-западный путь успешно был пройден с двумя зимовками.

Использование новой техники

Развитие техники обеспечивало новые пути в деле освоения Арктики. В семидесятых годах прошлого столетия купец Бритнев заказал для своих промышленных целей первый ледокол, т. е. судно, предназначенное для разбивания льда. Успешное использование этого ледокола вызвало подражание в ряде северных стран. Ледоколы большой силы, больших размеров стали действительным средством в борьбе со льдами. На рубеже нового века адмирал Макаров выдвинул идею о возможности достигнуть северного полюса при помощи ледокола.

Почти в это же время (1897 г.) швед Андре осуществил первый полет в Арктику на аэростате. (Впервые в 1874 г. Пайер предложил использовать воздушные шары для полярных разведок). Аэростат и смелые путешественники погибли во льдах, но самая идея воздушных экспедиций в Арктике не только не умерла вместе с ее творцами и пропагандистами, но, наоборот, получила в дальнейшем мощное и широкое практическое применение.

В эти годы была высказана еще одна смелая мысль, принадлежавшая немцу Аншюц-Кемпфе. Он предложил сделать попытку арктического плавания под льдами, на подводной лодке. К этому предложению отнеслись скептически. Время показало, что скептики были не совсем правы: возможность подводного плавания в Арктике защищалась в последующие годы не раз. Быть может, что это одна из тех фантазий, которая в наши дни легко может стать реальностью.

К 1912 г. относится еще одна героическая попытки достигнуть северного полюса: речь идет о русской экспедиции Седова на судне «Св. Фока». Организованная на частные средства, недостаточно хорошо оборудованная и снабженная, эта экспедиция лишь после тяжелой зимовки достигла земли Франца Иосифа, откуда после второй, еще более мучительной зимовки Седов с двумя матросами весной 1914 года на нартах двинулся к полюсу.

С величайшими трудностями удалось дойти до 81°40' сев. шир., где тяжело больной Седов скончался. Его спутники вернулись на корабль. Летом экспедиция благополучно возвратилась на Мурман, привезя большой научный материал, собранный усилиями Седова, Визе и их сотрудников.

Между тем великий морской путь, проложенный Норденшельдом и Нансеном, в течение долгого времени оставался неиспользованным. Лишь в 1905 г., во время русско-японской войны, из Архангельска в устье Енисея был отправлен караван из 22 судов. Позднее, в 1912 г., в плавание северо-восточным проходом были отправлена экспедиция Брусилова на судне «Св. Анна». В Карском море корабль был затерт льдами и вместе с ними медленно двигался в западном направлении. В апреле 1914 г. половина участников экспедиции покинула корабль, чтобы добраться до земли. Спастись удались лишь двоим, остальные погибли точно так же, как погибли все оставшиеся на «Св. Анне», вместе с пропавшим без вести кораблем.

Огромный исторический интерес представляет факт первого в полярных условиях применения аэроплана. Летчик Нагурский на гидроплане Фармана в августе 1914 г. совершил с Новой Земли пять полетов в целях отыскания пропавшей экспедиции («Св. Анна»).

Гораздо удачнее было плавание двух судов Гидрографического управления —«Таймырь» и «Вайгач». В течение 1910—1913 гг. эти суда каждое лето совершали рейсы из Владивостока в Восточносибирское море, производя гидрографические исследования. В рейс 1913 г. ими была открыта Северная Земля. В 1914 г. начальник экспедиции Вилькицкий сделал попытку пройти северо-восточный путь с востока на запад. После зимовки у мыса Челюскина экспедиции удалось к концу лета 1915 г. прибыть в Архангельск, пройдя, таким образом, второй раз в истории северо-восточный морской путь.

Знакомясь с историей многочисленных русских экспедиций дореволюционной эпохи в полярные страны, нельзя не сделать одного обобщающего замечания. Перед историком почти всегда оказываются трагически противостоящими, с одной стороны — героизм, смелость, мужество, верное экономическое предвидение русских граждан, с другой — инертность, тупость, безразличие, экономическая невежественность русской государственной власти.

Несмотря на огромные северные владения, несмотря на явные доказательства возможности хозяйственного использования северного побережья Сибири и прилегающих, полярных районов, царское правительство уделяло очень мало внимания этим вопросам. Величайшая северная держава на протяжении ряда веков по сравнению с странами Запада сделала очень немного в деле освоения Арктики. Русские сановники считали вздором разговоры об использовании севера. Известна замечательная фраза воспитателя Александра III, генерала Зиновьева, сказанная им одному северному промышленнику: «По моему мнению, необходимо народ удалить с севера во внутренние части государства, а вы хлопочете наоборот и объясняете о каком-то Гольфштреме, которого на севере быть не может». Между тем лучшие умы прекрасно понимали значение севера. Нельзя не упомянуть нескольких гениальных указаний Д. И. Менделеева: «Если победили твердыни гор, надо и льды побороть, а у нас их больше, чем у кого-нибудь. А около тех льдов немало и золота и всякого иного добра, своя Америка» («К познанию России»). В другом месте он же писал: «В Ледовитом океане будущая Россия должна найти свои пути выхода»... (в книге «Заветные мысли»).

Борьба империалистов за Арктику

Мировая война 1914—18 гг. явилась переломным моментом в истории освоения Арктики. Произошел очередной передел земель между сильнейшими империалистическими державами. Свободных земель больше уже не оставалось, и вот мало-помалу взоры обращаются к Арктике.

В. И. Ленин писал, что «законченный раздел земель вынуждает при переделе протягивать руку ко всяким землям». Известный западный юрист-международник Вотрен на основе конкретных фактов указывал, что «под напором цивилизации ... намечаются раздел и колонизация арктических земель». Всеобщее равнодушие к вопросам политических прав на полярные пространства сменяется ожесточенными спорами и борьбой. Когда Роберт Пири в 1909 г. достиг полюса, он телеграфировал президенту США Тафту о своем открытии полюса и о своем решении поднести его в дар президенту. В своем ответе Тафт благодарил за щедрый дар, но использовать этот дар оказалось затруднительно. Это было в 1909 г., а в 1924 г. в стенах американского парламента звучали речи о необходимости объявить северный полюс принадлежащим США. Только энергичное сопротивление Англии помешало осуществлению этого намерения.

Еще за несколько лет до этого возникают конфликты у Канады с Данией и у Канады с США из-за прав на землю и острова в прилегающих полярных водах. В 1923—24 гг. англичане и американцы пытались захватить острова Сибирской части Ледовитого океана. С 1924 г. до самого последнего времени тянулся спор между Норвегией и Данией из-за прав на Гренландию. Норвежская оккупация восточного побережья Гренландии вызвала резкие протесты Дании. В 1932—33 гг. это дело разбиралось в Гаагской палате, вынесшей решение в пользу Дании. Вслед за этим в текущем году появились симптоматичные слухи о намерении США купить Гренландию. Почти одновременно, в противовес этому английский империализм предпринимает ряд маневров, направленных на отделение от Дании Исландии. Таким образом «датское наследство» становится объектом борьбы между крупнейшими империалистическими державами — Англией и США.

В чем же причина этих нарастающих в совершенно новой сфере антагонизмов? Какова конкретная экономическая подоплека империалистической борьбы в Арктике?

Экспедиции XIX и в особенности XX вв. доказали, что, несмотря на большие трудности, человеческая деятельность в Арктике возможна. Развитие техники указало те средства, при помощи которых трудности становятся преодолимыми. Не только пароход, но и ледокол, не только аэроплан, но и дирижабль, наконец высококачественная научная работа полярных станций — все это условия, обеспечивающие победу над, суровой стихией. Экспедиции нового времени много способствовали выявлению богатств Арктики. Можно было считать установленным, что Арктика богата пушным и морским зверем, рыбой и птицей, разнообразными полезными минеральными ископаемыми (каменный уголь, медь, алюминий, свинцовые руды, золото, нефть и т. д.). Далее было выяснено, что метеорологические наблюдения, осуществляемые полярными научными станциями, имеют значение не только с точки зрения предвидения погоды в Арктике. Между полярными атмосферными процессами и погодой более умеренного пояса существует прямая связь; в частности, опаснейший бич сельского хозяйства — засуха связана с движением от полюса потоков холодного, сухого воздуха. Точно так же изучение процессов в гидросфере важно тем, что оно позволяет предвидеть как изменения ледовых условий, так и направление движения рыбы.

Еще более велико значение Арктики как «кратчайшей дороги», соединяющей полушария. Дорога, оказавшаяся непроходимой в XVI—XVII вв., открылась теперь для разнокалиберных воздушных кораблей. Проекты организации трансарктических воздушных линий, обсуждаемые в Европе и Америке начиная с 1920 г., вполне реальны и осуществимы. Таким образом, отдельные пункты Арктики неизбежно станут опорными базами для будущих воздушных линий. Если к этому прибавить также вполне реальную возможность трансарктических морских рейсов, то будет ясно то стратегическое, политическое и экономическое значение, которое приобретут самые «невинные» на первый взгляд острова, земли и проливы Арктической области.

Советский союз, для которого передел между империалистическими странами прилегающих к его территории полярных пространств был бы не только огромным экономическим ущербом, но и непосредственной военной угрозой, должен был оградить свои права и интересы в Арктике. Постановлением ЦИК СССР от I5/IV 1926 г. были установлены и декларированы для всеобщего сведения границы советского сектора, простирающегося к северу от побережья СССР до полюса, между меридианами 32°4' восточной долготы и 168°49' западной долготы. В пределах этого сектора все открытые и могущие быть открытыми земли и острова, не являющиеся в момент опубликования закона территорией другого государства, считаются принадлежащими СССР. Такими мероприятиями предупреждена возможность посягательств извне на земли и острова в советском секторе и обеспечена широкая возможность для развития советской хозяйственной деятельности в Арктике.

Итоги последнего времени и успехи СССР

В заключение мы должны кратко остановиться на наиболее значительных полярных экспедициях самого последнего времени. Послевоенные годы ознаменовались периодом затишья в этой области, ибо капиталистический мир не мог еще оправиться от военных потрясений, а молодой Советской республике приходилось геройски напрягать все силы для отражения интервентов, для ликвидации внутренней разрухи, для восстановления народного хозяйства.

В 1925 г. Р. Амундсен, который, кстати сказать, в суровые 1918—20 гг. совершил третье в истории сквозное плавание северо-восточ ным проходом, предпринял полярную воздушную экспедицию. Гидроплан Амундсена достиг 87°43' с. ш. и вернулся на Шпицберген. Через год, летом 1926 г., состоялись две замечательные воздушные экспедиции: американец Берд на самолете достиг северного полюса и, описав над ним круг, вернулся на Шпицберген, пробыв в воздухе всего около 15 часов. Через два дня Амундсен вылетел к северу на дирижабле, достиг полюса и совершил чрезвычайно интересный полет над той частью полярного бассейна, которая никогда никем не обследовалась. После двухдневного полета экспедиция благополучно вернулась «а Аляску. В 1928 г. американец Вилькинс совершил поразительный по смелости трансарктический перелет из Аляски на Шпицберген, доказав возможность трансарктических перелетов даже на одномоторном самолете.

В том же 1928 г. состоялась экспедиция Нобиле на дирижабле «Италия». Весь мир был потрясен неожиданной катастрофой дирижабля, грозившей гибелью участникам экспедиции. На помощь Нобиле немедленно вылетел на самолете Амундсен и погиб без вести среди ледяных пустынь. Нобиле и его спутники были спасены советским ледоколом «Красин», блестяще проведшим спасательные операции совместно с ледоколом «Малыгин» и при помощи достигшей к этому времени большого искусства и опытности авиации (летчики Чухновский и Бабушкин). Поход «Красина» и «Малыгина» послужил началом активной советской деятельности в Арктике, деятельности, вызывающей восхищение и гордость.

До этого времени наибольшее значение представляли экспедиции 1920 и 1921 гг. в устье Лены и экспедиция т. Ушакова в 1926 г. на о. Врангеля.

В 1929 г. проведена экспедиция на Землю Франца Иосифа, положившая начало плодотворной колонизации этого архипелага. В 1930 г. осуществилась повторная экспедиция О. Ю. Шмидта на Землю Франца Иосифа, доставившая сюда первую партию зимовщиков. В том же году экспедиция Шмидта подошла с запада к Северной Земле, где также была оставлена партия зимовщиков из четырех человек во главе с т. Ушаковым. В течение двух лет зимовщики выполнили колоссальную работу по изучению и освоению совершенно неведомой до тех пор земли, пройдя на собаках более 3 тыс. кв. км и нанеся на карту около 37 тыс. кв. км новой территории.

В 1931 г. советская экспедиция проф. Визе на «Малыгине» вторично достигает Земли Франца Иосифа. В ряде районов были построены новые полярные станции, освоены постоянные полярные авиалинии, обслуживаемые опытными летчиками; через Карское море к устью Оби и Енисея проводятся большие караваны судов.

В том же 1931 г. происходят два события: 1) попытка английского путешественника Вилькинса достигнуть северного полюса на подводной лодке, кончившаяся неудачей, так как подводная лодка оказалась технически плохо оборудованной; 2) экспедиция на цеппелине LZ-127; цеппелин пролетел над Баренцевым морем и совершил посадку у Земли Франца Иосифа, откуда направился к Северной Земле и обратно, к Новой Земле и к Ленинграду.

Эта экспедиция помимо больших научных результатов важна тем, что она доказала возможность длительных полетов на цеппелине в Арктике.

В 1932—1933 гг. решено было провести второй международный полярный год, подготовка к которому во всех странах велась в течение долгого времени. Однако большинство капиталистических государств сильно сократило, а частью и вовсе аннулировало намеченные программы обследований и строительства. Зато Советский союз принял на себя большую долю в выполнении работ второго полярного года и свои обязательства выполнил. Это неудивительно: в этом специфика социалистического хозяйственного строя, осуществляющего самые смелые, самые грандиозные, самые великолепные человеческие замыслы. Один из инициаторов «Аэроарктики», Вальтер Брунс, заявил: «Ни одна страна в мире не сделала во второй международный полярный год и половины того, что сделал Советский союз для исследования Арктики».

В 1932—1933 г. мы имели две замечательные экспедиции. Летом 1932 г. ледокол «Сибиряков» под руководством О. Ю. Шмидта в одну навигацию, без зимовки, прошел северо-восточный путь. По пути «Сибиряков» заходил на о. Диксон, о. Каменева, в устье Лены. Северо-восточный морской путь стал реальностью. Рейс «Сибирякова» доказал не только возможность сквозного плавания из Атлантического в Великий океан, но и полную возможность безотлагательно продолжить карские экспедиции дальше на восток к устью Лены. Это означает решение транспортной проблемы Якутии, огромного края, обладающего неисчислимыми и разнообразными ресурсами.

В 1933 г. решено было отправить по пути «Сибирякова» новую экспедицию, но не на ледоколе, а на ледокольном пароходе «Челюскин». Эта экспедиция, возглавляемая опять-таки О. Ю. Шмидтом, в 40 дней прошла огромный путь от Мурманска почти до Берингова пролива, где «Челюскин» был затерт льдами. После 4 1/2-месячного дрейфа во льдах «Челюскин» погиб, раздавленный льдами. Среди ледяных торосов возник лагерь Шмидта — лагерь героев, к жизни которого было приковано внимание всего человечества. Эпопея челюскинцев у всех в памяти, и о ней не приходится много говорить. Энергичные меры правительственной комиссии, созданной в Москве для оказания помощи экспедиции Шмидта, великолепная работа советской авиации, героизм выдающихся летчиков, организованность и выдержка челюскинцев — все это привело к тому, что 13 апреля спасательные операции были закончены и участники экспедиции переброшены на материк.

Практические результаты экспедиции «Челюскина» очень велики и важны: во-первых, доказано, что северный морской путь проходим для грузовых пароходов при условии обеспечения им помощи ледоколами, обслуживающими определенные, труднейшие участки пути; во-вторых, при изучении движения льдов выяснилось, что имеется возможность значительного удлинения навигационного периода в восточной части Ледовитого океана — по крайней мере на месяц, т. е. до ноября; в-третьих, полеты наших летчиков, спасших челюскинцев, проложили заново воздушные трасы, проходящие над наиболее отдаленными и мало обследованным и районами побережья Охотского моря и Чукотского полуострова. В итоге поход «Челюскина» в сильнейшей степени подвинул вперед дело освоения Арктики, привлек к этому вопросу активное внимание миллионов, продемонстрировав уже достигнутый высокий уровень нашей полярной работы.

Наконец, нельзя не упомянуть еще о двух событиях, имевших место в том же 1933 г. Ранней весной (в марте) ледокол «Красин» совершил поход на Новую Землю, где посетил ряд пунктов для доставки продовольствия зимовщикам и промышленникам. «Красин» преодолел зимние льды и тем самым разбил существовавшее до сих пор мнение о невозможности зимних арктических рейсов.

Затем по пути, проложенному «Сибиряковым», прошла первая ленская экспедиция во главе с ледоколом «Красин» в составе трех пароходов, одного грузового лихтера и одного речного парохода. В Якутию доставлено было 4 тыс. т груза, а также речной пароход и лихтер для транспорта на Лене. Это — громадный успех и притом успех, дающий непосредственный хозяйственный эффект.

И, наконец, в 1934 г. ледокол «Литке» прошел в один рейс, без аварии, северо-восточный путь с востока на запад, выполнив по дороге сложные операции по проведению судов карской и ленской экспедиций, задания по связи с зимовщиками и план научных работ.

Красноречивым и показательным документом является рапорт полярников к XVII годовщине Октября, перечисляющий огромные достижения в деле освоения Арктики за 1934 г.

Выполнен полностью план арктических походов и экспедиций. В карской экспедиции участвовало 28 пароходов (из них 25 иностранных, при грузообороте в 112 тыс. т), в ленской экспедиции участвовало 3 парохода, доставивших для Якутии около 7 500 т хозяйственных грузов (наряду с этим на Лену переброшен по примеру 1933 г. еще один речной пароход).

Кроме того, с успехом выполнен план полярных строительных работ (судостроительная верфь на Лене, верфи на Енисее и Оби, консервный комбинат на Енисее и др.), выполнены промысловые планы.

Созданное в конце 1932 г. решением правительства и партии Главное управление северного морского пути, сумевшее обеспечить выполнение плана истекшего года, теперь, с еще более расширенной материально-технической базой, сможет подойти вплотную к решениям исторических задач по освоению Арктики. Советская Арктика — это уже не «страна неведомого», не арена для эпизодических подвигов, а неотъемлемая часть единого бурно растущего социалистическою хозяйства.

Указатель использованной литературы

Берх В. — Хронологическая история всех путешествий в северные полярные страны. СПБ. 1821—23 г.

Гассерт К. — Исследование полярных стран. Перев. с нем. Одесса, 1912 г.

Статья Григорьева С. в энциклопедии Граната.

Нансен Ф. — Среди льдов и во мраке полярной ночи. 1897—98 гг.

Ве11оt. — Journal d'un voyage aux mers polaires execute a la recherche de Franklin. Paris. 1854.

«Вестник НКИД», 1921 г., № 5—6, ст. Сабанина.

Лахтин. — Права на северные полярные пространства. М. 1928 г.

Сборник «Воздушные пути Севера». Москва, 1933 г.

Гельвальд Ф. — В области вечного льда. История путешествий к северному полюсу с древних времен до настоящего. СПБ., 1881 г.

Рабо и Виттенбург. — Полярные страны. 1914—1924 гг. Изд. 1924 г. Ленинград.

Альман. Аксель.— Борьба за северный и южный полюс. Перев. Дьяконовых. Ленинград, 1930 г.

Визе В. Ю. Международный полярный год, М,—Л., 1932 г.

Визе В. Ю. — Поход «Сибирякова». 1934 г.

Журнал «Советский Север» за 1932, 1933 и 1934 гг.

«Бюллетень Арктического института» за 1932—33 гг.

Островский Б. — Советская Арктика. Ленинград, 1931 г.

Пименова Е. К. — Завоевание полюсов. Ленинград, 1930 г.

«Tudor Economic Documents», т. II, 1924, pp. 19—23.

Комментарии к статье

* Честь открытая полюса оспаривалась у Пири другим путешестьенннком, Куком, который утверждал, что он достиг полюса раньше Пири. В самое последнее время в американской литературе высказаны мнения, берущие под сомнение факт достижения Пири полюса. Во всяком случае заслуги Пири, отдавшего несколько десятилетий своей жизни полярным путешествиям, очень велики


Случайная статья