Портал функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Забытые буквы. Ферт против Фиты

Елена Первушина

В стихотворении «Педагогический приговор» — его написал поэт-сатирик Д. Д. Минаев в 1862 году — филологи решили изгнать из алфавита все лишние буквы.

Буква «фита» в букваре 1694 года.

Посреди огромной залы,
Где скользит вечерний свет,
Грамотеи-радикалы
Собралися на совет.
Бродит мысль по лицам важным,
Хмуры брови, строгий вид, —
И лежал пред мужем каждым
Букв российских алфавит.
<…>
Двери настежь, и квартальный
Вводит связанную рать —
Букв российских ряд печальный
Счётом ровно тридцать пять.
Для позора, для допросов
Привели на стыд и срам
Буквы те, что Ломоносов
Завещал когда-то нам.
<…>

Обеспечим библиотеки России научными изданиями!

Сначала реформаторы расправились с буквой «ять» (см. «Наука и жизнь» № 3, 2018 г.). Настал черёд следующей — фиты.

Ниц склонясь, как хилый колос,
Ять уходит.
«На места!» —
Раздаётся новый голос:
«Шаг вперёд, мадам Фита!
Так как с русским человеком
Кровной связи нет у вас,
То ступайте к вашим грекам...»
Но Фита вдруг уперлась:
«Мир ко мне неблагодарен!»
Дама рвётся, вся в поту:
«Даже сам Фаддей Булгарин
Век писался чрез фиту.
Вашу верную служанку
Не гоните ж…» (резкий звон).
И несчастную гречанку
На руках выносят вон.

Чем же провинилась буква «фита»? Или, точнее, ѳита, потому что именно так писали её название до 1918 года.

Дело в том, что у ѳиты был коварный «сводный брат» — ферт, который очень любил стоять, уперев «руки в боки». В XIX веке даже говорили: «стоит фертом», то есть подбоченясь. Ферт — это буква «Ф». Как и ныне, ферт стоял перед буквой «х». Считается, что ферт — близкий родственник греческой буквы «фи», которая выглядела так: «φ». Возможно, ферт состоял в «кровном родстве» и с ѳитой, так как в старых книгах его писали так: 092_3, а ѳиту вот так: Ѳ . Ѳита стояла в алфавите на предпоследнем месте, перед буквой «ижица» и после ещё одной гречанки — буквы «пси» (Ѱ).

Объединяло ферта и ѳиту одно. Все слова, в которых они встречались, были не русского, а иностранного происхождения: греческого (география, миѳ, фонарь и т. д.), латинского (реформация, манифест, трансформация) или тюркского (кафтан, сарафан, кефир).


До XVIII века никаких правил, касающихся правописания ферта и ѳиты, в русском языке не существовало, их писали так, как нравится. Например, у новгородцев в берестяных грамотах XIII века археологи не находили текстов с буквой «ферт» — везде стояла только ѳита. Через сто лет, наоборот, пошла мода на букву «ферт», а про ѳиту забыли.

Пётр I поначалу благоволил ѳите. Вводя гражданский шрифт, он даже отменил букву «ферт», и в течение нескольких лет (с 1707 по 1708 год) звук «f» в русском алфавите обозначала только ѳита. Но в 1710 году ферт восстановили в правах. Потом эта буква стала теснить ѳиту, и вскоре место для неё осталось в основном в именах древнегреческого происхождения: Ѳеодра, Ѳеодосий, Ѳилоѳей, Ѳёкла и т. д. Вот почему упомянутый в стихотворении Д. Д. Минаева Ѳаддей Булгарин — русский писатель, журналист, критик, недруг Пушкина и Лермонтова — писал своё имя через Ѳ.

Буква ѳ употреблялась не только в именах. Например, А. С. Пушкин писал друзьям из Кишинёва, что «берёт уроки чистого аѳеизма», то есть атеизма (это слово происходит от греческого θεο — бог, к которому прибавлена приставка-отрицание «а»).

Противостояние ферта и ѳиты не раз привлекало внимание литераторов. В романе Николая Васильевича Гоголя «Мёртвые души» Ноздрёв называет своего родича ѳетюком (это устаревшее слово означало «простофиля»). Тот просит: «Нет, брат, ты не ругай меня ѳетюком», и Гоголь тут же делает примечание: «Ѳетюк слово обидное для мужчины, происходит от Ѳ, буквы, почитаемой неприличною буквою». Как жаль, что Николай Васильевич не объяснил нам, почему Ѳита «почиталась неприличной».

В повести Николая Семёновича Лескова «Очарованный странник» герой рассказывает:

«— Долго очень без места ходил, а потом на ѳиту попал, и оттого стало ещё хуже.

— Как на ѳиту? что это значит?

— Тот покровитель, к которому я насчёт карьеры был прислан, в адресный стол справщиком определил, а там у всякого справщика своя буква есть, по какой кто справке заведует. Иные буквы есть очень хорошие, как, например, буки, или покой, или како: много на них фамилиев начинается, и справщику есть доход, а меня поставили на ѳиту. Самая ничтожная буква, очень на неё мало пишется, и то ещё из тех, кои по всем видам ей принадлежат, все от неё отлынивают и лукавят: кто чуть хочет благородиться, сейчас себя самовластно вместо ѳиты через ферт ставит. Ищешь-ищешь его под ѳитою — только пропащая работа, а он под фертом себя проименовал. Никакой пользы нет, а сиди на службе…»

В этом отрывке упомянуто несколько букв дореволюционной азбуки: «буки» — «Б», «покой» — «П», «како» — «К». И самой неудачливой из них снова оказалась бедняжка Ѳита. На сей раз герой Лескова почему-то счёл её недостаточно аристократичной.

А вот один из персонажей повести Владимира Ивановича Даля «Бедовик» (да- да, Даль писал не только словарные статьи, но также повести, рассказы и сказки) придерживался другого мнения. Его Стахей Онуфриевич, живший в провинции и трудившийся «секретарём в уездом магистрате», старался всюду заменить букву «ферт» ѳитою, потому, что «ферт» была, по мнению Стахея, буква вовсе неблагопристойная.

Кстати, что писал о ѳите В. И. Даль в своём словаре? А вот что: «Ѳ — буква Ѳита, 34-я в ряду, в церковном языке 41-я, пишется без нужды в греческих словах, вместо “Ф”. В греческом произношении звук “ѳ” напоминает английский “th” и некогда писалась у нас так же, как в греческих словах, вместо “т”, например: ѳеатръ, да и поныне букву эту на западных языках заменяет “th”».

Теперь понятно, почему некоторые имена в русском и английском языках произносятся и пишутся по-разному. Например: Фёдор — Theodore, Фома — Thomas. А вот имя Филипп и в XIX веке писали через ферт, так как на греческом языке Филипп — это Φίλιππος, по-латыни — Philippus, а на современном английском — Philip.

Словом «ѳита» ещё, оказывается, именовали «школярного грамотея, дошлого писалку», то есть того, кого сейчас называют отличником, а завистники — «зубрилкой». В. И. Даль приводит несколько прибауток, которые сложили про ѳиту школьники: «От ѳиты подвело животы», «ѳита, ижица — к розге близится». А когда кто-то очень удивлялся, говорили: «У него рот ѳитой».

Окончательный приговор букве «ѳита» объявили в 1918 году. Больше чем через полвека после того, как было написано стихотворение Д. Д. Минаева, ѳиту окончательно выдворили из алфавита, вместе с буквами «ять» и «и десятеричное» (i). Она и в самом деле была уже не нужна.


Случайная статья


Другие статьи из рубрики «Беседы о языке»