Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Наука ищет лекарство от любви

Игорь Шандарин, студент биологического факультета МГУ

Что такое любовь? Шекспир на эту вечно актуальную тему высказался так:

Мешать соединенью двух сердец
Я не намерен. Может ли измена
Любви безмерной положить конец?
Любовь не знает убыли и тлена.

Обеспечим библиотеки России научными изданиями!

Любовь — над бурей поднятый маяк,
Не меркнущий во мраке и тумане.
Любовь — звезда, которою моряк
Определяет место в океане.

Любовь — не кукла жалкая в руках
У времени, стирающего розы
На пламенных устах и на щеках,
И не страшны ей времени угрозы.

А если я не прав и лжёт мой стих,
То нет любви — и нет стихов моих!

Перевод С. Маршака

А что говорит об этом состоянии наука?

С точки зрения биологии любовь — сложный нейробиологический комплекс, в основе которого лежит система положительного подкрепления мозга. Биохимический гормональный «оркестр» отвечает за переживание доверия, привязанности, влечения. Разумеется, если речь идёт о человеке, то нельзя сбрасывать со счетов и его высшие когнитивные функции, но всё же, если любовь — просто конфигурация биохимических процессов, может быть, можно рассматривать отклонение этой конфигурации от нормы — например, любовные страдания — как болезнь? И если так, то существует ли от неё лекарство?

Профессор психиатрии Ларри Янг из Университета Эмери (США) исследует механизмы формирования любовных отношений и привязанности на степных полёвках — популярных у биологов модельных животных. Почему именно полёвки? Они моногамны: однажды спарившись, остаются друг с другом на всю жизнь.

Для возникновения «любви» самке полёвки нужно не так уж много: гормон окситоцин, который отвечает за эмпатию и возникновение привязанности (достаточно большое количество окситоциновых рецепторов расположено в области так называемого прилежащего ядра в мозге), эндорфины, вызывающие приятные ощущения от секса, и дофамин — медиатор системы положительного подкрепления.

Если ввести самке полёвки окситоцин и посадить в клетку с самцом, то у неё возникнет привязанность к нему даже без интимной близости. У самцов же за привязанность отвечает гормон вазопрессин, который химически сходен с окситоцином. Если самкам или самцам полёвок ввести блокаторы окситоцина или вазопрессина соответственно, то привязанность формироваться не будет и особи станут полигамными.

У человека окситоцин, введённый интерназально, способствует формированию чувства эмпатии и доверия и, как было показано в одном остроумном эксперименте, проведённом в Боннском университете (Германия), помогает женатым мужчинам держать красивых девушек на расстоянии. В исследовании участвовали 86 мужчин, половина из которых были холостяками, а другие состояли в постоянных партнёрских отношениях (браке или гражданском союзе). Испытуемым закапывали либо окситоцин, либо плацебо, после чего к каждому участнику эксперимента начинала приближаться привлекательная девушка и мужчина должен был сказать, когда почувствует дискомфорт от вторжения в личную зону. Оказалось, что окситоцин почти никак не влияет на холостяков, к ним девушка могла подойти почти вплотную, но значительно увеличивает дистанцию комфорта для женатых или квазиженатых.

Расставание с партнёром оказывается тяжёлым испытанием не только для человека, но и для степной полёвки. Стресс и депрессия, которые эти животные испытывают при разлуке, обусловлены выбросом гормона кортиколиберина. Ларри Янг с коллегами показали, что введение антагониста кортиколиберина уменьшает выраженность депрессии у полёвок.

Однако не стоит думать, что достаточно ввести человеку блокаторы рецепторов кортиколиберина, окситоцина или вазопрессина — и он с лёгкостью переживёт расставание. У подобного «лечения» много побочных психических эффектов, например притупление всего спектра эмоций, утрата социальных навыков. На что же надеяться безутешно и безнадёжно влюблённым?

Доктор Хелен Фишер из Ратгерского университета (США) выяснила, что, по сравнению с людьми, состоящими в стабильных отношениях, у людей, которые только что пережили разрыв с партнёром, наблюдается повышенная нейрональная активность в так называемом бледном шаре — структуре в передней области мозга. Со временем эта активность снижается, что, предположительно, свидетельствует о постепенном угасании привязанности, так что старая поговорка «Время лечит» получила научное подтверждение. А для тех, кто не хочет ждать, нейрофизиологи изучают, нельзя ли снижать активность бледного шара, благодаря чему «излечивание» от любви будет происходить в разы быстрее.

В некоторых случаях повышенное внимание к партнёру больше походит не на любовь, а на патологию, называемую обсессивно-компульсивным расстройством (ОКР): страдающий им человек поглощён навязчивыми мыслями, воспоминаниями и действиями. Биолог Донателла Марацитти из Пизанского университета (Италия) решила сравнить биохимическую симптоматику у тех, кто недавно пережил разлуку с любимым человеком, с картиной, которая наблюдается у пациентов с ОКР. Первое обследование зарегистрировало у обеих групп пониженное содержание белка, который отвечает за транспорт в мозге серотонина — гормона, участвующего в регуляции настроения. Спустя год Марацитти вновь обследовала участников, переживших разлуку: оказалось, что уровень серотонина у них вернулся в норму и они больше не зацикливаются на своём бывшем партнёре.

Препараты, повышающие уровень серотонина, используются в терапии пациентов с обсессивно-компульсивным расстройством, поэтому логично предположить, что они могут облегчить и страдания после разлуки с любимым человеком, но, к сожалению, побочный эффект имеется и здесь: такая терапия затрудняет образование новых романтических отношений.

Так что же такое любовь — всего лишь согласованная работа гормонального «оркестра» и нейромедиаторов? Для мышки-полёвки ответ будет положительным. А человек, к своему счастью или горю, существо более сложное. Так что «таблетка от несчастной любви» появится в аптеках не скоро.


Случайная статья


Другие статьи из рубрики «Природа человека»