Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

"ЮЖНЫЙ СТАРТ"

Владимир ГУБАРЕВ.

( Окончание. Начало см. "Наука и жизнь" №№ 9-11, 1997 г. и № 1, 1998 г. )

Беседы с академиком Российской АН Владимиром Федоровичем Уткиным, а также воспоминания, комментарии, отступления, справки, споры и попытки восстановления истины.

Беседа пятая.
Это не финал нашей документальной повести, а всего лишь попытка рассказать о том, что есть такое понятие

КОСМОС ДЛЯ ВСЕХ

Вторая половина ХХ века столь неузнаваемо изменила жизнь человека, что подчас кажется - пришло время реальной фантастики. И ничего нет удивительного в том, что все предсказания Жюля Верна не только осуществились, но десятилетним мальчишкам кажутся даже слишком банальными - в наши дни школьники уже могут "жить" в виртуальном мире, и компьютеры настолько вошли в их сознание, что и представить трудно, как обходились без них отцы и деды.

Но нам выпало судьбой открывать реальный мир космоса, делать в нем первые шаги. Думаю, не найдется сейчас человека, который не признавал бы, что именно прорыв в космос заставил столь стремительно развиваться все области науки, техники и промышленности.

В строительстве того моста, что соединяет нынче Землю и Космос, каждому участвующему в этом процессе конструкторскому бюро отводилась своя роль. Тут лидерство, бесспорно, было за Сергеем Павловичем Королевым. Именно он стал тем Главным конструктором, который запустил первый искусственный спутник Земли и Юрия Гагарина. Королев был первооткрывателем, и тут дискуссии, пожалуй, излишни, хотя находятся желающие оспаривать эту аксиому. Однако вместе с Королевым мост в космос строили его соратники и друзья, оппоненты и коллеги, конкуренты и противники. История все поставит на свои места, определит, кто прав и чье предвидение будущего было более точным... Но я знаю, что конструкторское бюро "Южное" будет упоминаться в космической летописи одним из первых хотя бы потому, что отсюда начиналась серия запусков спутников "Космос" - тех самых спутников Земли, которые принесли славу отечественной науке.

Об этом наша беседа с Владимиром Федоровичем Уткиным сегодня. Я спросил его:

- Почему в 1962 году Конструкторское бюро Янгеля начало заниматься космосом? Ведь, насколько я знаю, при создании КБ и завода о космосе даже и речи не заходило, он полностью отдавался Королеву...

- Годом раньше заместителями Янгеля утвердили меня и Вячеслава Михайловича Ковтуненко: я - по конструкциям, а он по космической тематике и по "головным частям" ракет. Однако скоро мы поняли, что "головки" Ковтуненко совсем не интересуют, он полностью переключился на космос. Ну а "головные части" Янгель принял решение вновь передать мне. Таким образом, боевая техника была полностью сосредоточена у меня, а у Ковтуненко - космические аппараты. Видно, сам Бог велел нам ими заниматься! Дело в том, что ракеты у нас были, и, понятно, создавать принципиально новые, космические, не было необходимости... Да и ситуация в ракетостроении складывалась таким образом, что "малыми спутниками" некому было заниматься. Вот и родилось предложение сделать нашу ракету Р-12 в космическом варианте. Кстати, именно она долго стояла у входа в павильон "Космос" на Выставке достижений народного хозяйства в Москве, а потом ее заменили на "семерку" Королева...

ФАКТ ИЗ ИСТОРИИ. Еще в 1956 году, приехав однажды со встречи с Устиновым, Янгель сказал: "В следующем году Королев будет запускать искусственный спутник Земли с помощью "семерки". Мне предложено подстрахо вать эту

работу. Я думаю, ее можно выполнить на базе нашей боевой ракеты, поставив на нее вторую ступень". Но тогда сделать это не удалось. Не было двигателя для второй ступени. Он появился в КБ у Глушко лишь спустя два года, когда испытания Р-12 уже шли.

... Итак, началась переделка Р-12. И мы, и команда Ковтуненко понимали, что испытания лучше начинать со своих спутников. Так появился ДС-1 (Днепропетровский спутник-1). Именно с него вместе с ракетой "Космос", сделанной на базе боевой Р-12, начались запуски спутников серии "Космос".

- А откуда взялось это название?

- Ковтуненко обсуждал его со многими людьми, но я думаю, что оно появилось в результате сотрудниче ства с академиком Борисом Николаевичем Петровым.

ЕЩЕ ОДНО ОТСТУПЛЕНИЕ В ПРОШЛОЕ. Фрагмент воспоминаний В. Андреева и С. Конюхова, посвященный 85-летию академика М. К. Янгеля: "Одновременно были разработаны, изготовлены и подготовлены к испытаниям два новых спутника
ДС-1... Первый спутник на новом носителе предполагалось запустить в октябре 1961 года с полигона Капустин Яр, приурочив это событие к началу работы ХХII съезда КПСС. Однако "подарок" не состоялся, запуск оказался неудачным. К январю 1962 года было завершено изготовление второго спутника. Однако и вторая попытка не увенчалась успехом. Причина - ошибка в расчете объема заправки топлива. В результате двигатель второй ступени "не доработал" всего три секунды, спутник не вышел на орбиту и упал где-то в районе Индонезии. "Послали подарок Сукарно" - шутили в конструкторском бюро. Поскольку в производстве "задела" не было, решили в целях сокращения времени на изготовление нового спутника максимально упростить его конструкцию. Спутник был создан в удивительно короткий срок - менее чем за два месяца. Он оказался счастливым. 16 марта 1962 года в эфир было передано сообщение ТАСС о том, что в СССР запущен спутник новой серии, впоследствии она получила официальное название "Космос". Этот день и стал началом отсчета запусков искусственных спутников Земли, разработанных в конструкторском бюро "Южное".

Я спросил Уткина:

- Но все-таки прежде всего вы думали об обороне?

- Да. Был строгий спрос. Но когда позднее я начинал разрабатывать новый космический комплекс "Зенит", то сразу же думал о полезной нагрузке. Челомей сделал "Протон" раньше, но он не "привязал" его к спутникам, и лишь позже была определена область его применения. А мы сдавали "Зенит" вместе с "Целиной-2" - это спутник радиотехнической разведки. Председателем Государственной комиссии одновременно по носителю и спутнику был Герман Степанович Титов.

- В то время он был заместителем командующего космическими силами?

- Да. Мы сдали машину возглавляемой им комиссии в комплексе...

- В это же время шел "Буран"?

- К сожалению, Валентин Петрович Глушко не собрал для него полезного груза. Я ему несколько раз говорил: обязательно нужно четко определить, что будем размещать на аппарате... Но надо отдать должное Глушко, он интересовался, можно ли на "Буране" вывозить на орбиту наши спутники. Я сказал ему: давайте все необходимые параметры, и следующее поколение спутников мы постараемся приспособить к вашим условиям, но для этого мне нужны четкие характеристики объектов, которые будут помещены на "Буран". Однако жизнь распорядилась так, что запустили две машины и все... Если из сегодняшнего дня посмотреть в прошлое, то станет ясно, что найти столько спутников тогда было трудно, да и запускать их нужно было регулярно, а не от случая к случаю.

- Однажды я посидел в тренажере "Бурана". Инструктор дал задание посадить его вручную. Несколько раз я пытался это сделать, но "разбивался"... По-моему, идеально посадить такую махину на столь большой скорости мог только Игорь Волк...

- Я пытался сделать нечто подобное в Центре Джонсона. Вместе с Коваленком мы заняли места в кабине "Шаттла". Я - в командирском кресле, а он - на месте второго пилота. Мы все-таки "посадили" машину, правда, крыльями слегка задели полосу. Помню, после нас попытались "совершить посадку" еще двое из нашей делегации, но они даже не нашли полосу... Так что мы с Коваленком выиграли это соревнование... А тренажер блестящий, конечно! Мне всегда нравилось у американцев то, что они стараются все отработать на Земле, поэтому так надежно и с филигранной точностью вручную стыкуются на орбите. Наземные тренировки придают большую уверенность экипажам...

- Но вернемся в прошлое. Можно подумать, что вам "отдали" в 1962 году "малый космос", потому что фирме Королева некогда было им заниматься. Основной целью Сергея Павловича всегда были пилотируемые полеты, ну а разведывательные спутники, некоторые работы по заданию Академии наук - это не столь важно и популярно. Вам это было не обидно?.. Я всегда вспоминаю свои поездки на запуски первых спутников "Интеркосмос". Меня тогда упрекали в том, что я еду в какой-то Капустин Яр на запуск "рядового" спутника, когда серьезные дела идут на Байконуре - космонавты стартуют. Разве не так было?

- Поначалу так могло показаться. Но мы сразу же начали осуществлять большую программу исследова ний в интересах Академии наук. Затем подключились другие организации, в том числе военные. И все-таки главной была наука. Поэтому мы "ближний космос" завоевали в соревновании, в спорах и в тесной работе с академическими институтами... Кстати, вы неверно говорите - "малый космос", более точно - "ближний"...

- Согласен. И все-таки почему именно вы выиграли соревнование за его освоение?

- Думаю, потому, что в основу работы у нас была заложена продуманная унификация служебных систем. Легкие переделки целевой аппаратуры дали возможность широким фронтом исследовать и Солнце, и ионосферу, и магнитные поля, и многое другое. Это во-первых. А во-вторых, мы почувствовали необходимость международного сотрудничества, в частности по программе "Интеркосмос", которая на первом этапе объединяла социалистические страны, а затем к ней подключилась и Индия. Так случилось, что в рамках этой программы мы стали монополистами. И все благодаря унификации систем спутников и возможностям нашего уникального завода, где работали прекрасные специалисты, плюс энтузиазм молодежи. Нам удалось создать на заводе космическое производство - это и определило успех... На мой взгляд, наше конструкторское бюро довольно удачно вписалось в "космическую нишу" и прочно заняло в ней свое место, ведь и сегодня еще летают наши аппараты.

- Некоторые руководители считают одним из своих достижений конверсию военного производства...

- Она развернулась еще в начале шестидесятых годов! Это была конверсия продуманная, эффективная, грамотная, она давала широкую дорогу науке, причем не только в нашей стране, но и за рубежом. Вместе с Францией мы начали создавать спутник "Аркад", который позволил впервые определить, что перед землетрясением идет возмущение ионосферы, и добавить к существующим двум десяткам методов прогноза землетрясений еще один, весьма эффективный - из космоса. Так что у нас в те годы была конверсия в чистом виде, и организовано все было великолепно!

- Не преувеличиваете?

- Обратите внимание на четкую организацию производства в Днепропетровске. Тракторы выпускали по самым современным технологиям много лет, они шли в разные страны мира. Затем - космос, конверсия носителей... Мы создали эскизный проект следующей машины - Р-14. Однако сделать ее сил не хватило - "задавила" боевая тематика... Тогда мы передали эту машину Михаилу Федоровичу Решетневу, и он сделал ее. Этот комплекс живет до сих пор...

- Скажите, а для запусков спутников использовали старые носители?

- По-разному. Для запуска "Целины" выбирали носители, которые отстояли на боевом дежурстве. Их дорабатывали и затем уже запускали... Потом и новые носители делали. Все очень хорошо было продумано! И "Циклон" летает до сих пор...

- "Циклон"?

- Ракета "Циклон" была сделана на базе боевой 36-й машины...

ИЗ ОФИЦИАЛЬНОЙ СПРАВКИ : "В 1971 году были разработаны обоснованные научно-технические предложения "О принципах проектирования космических аппаратов". Это создание базовых многоцелевых космических аппаратов (МКА). В короткое время были разработаны предложения по реализации большого количества оборонных, научных и народнохозяйственных задач космического направления на основе всего только трех модификаций - МКА-1, МКА-11, МКА-111.

В то же время продолжалась разработка носителей - космических ракетных комплексов "Циклон-2" и "Циклон-3".

Ракета-носитель "Циклон-2" имеет стартовый вес 170 тонн и представляет собой доработанную двухступенчатую межконтинентальную баллистическую ракету Р-36, принятую на вооружение в 1967 году. Она выводит в заданную точку баллистической траектории космические аппараты весом до 4 тонн. Ракетно-космичес кий комплекс "Циклон-2" базируется на космодроме Байконур.

Ракета-носитель "Циклон-3" - трехступенчатая, тандемной схемы с поперечным делением ступеней. Первые две ступени - незначительно доработанная ракета "Циклон-2", а третья ступень спроектирова на на базе тормозной двигательной установки орбитальной головной части ракеты Р-36. На полярную орбиту высотой 200 километров этот носитель выводит космический аппарат весом до 4 тонн. "Циклон-3" базируется на космодроме Плесецк".

...Всякое начало трудно... У истоков космической программы КБ "Южное" стоял Вячеслав Михайлович Ковтуненко, и, естественно, я поинтересовался мнением о нем у академика Уткина.

- Мы были с ним в прекрасных, дружеских отношениях. Мне импонировала его напористость, это очень важное качество в нашей работе... А что не нравилось? Решая свои космические проблемы, он зачастую действовал так, что это было в ущерб нашим основным оборонным делам. Он боролся за свое направление, но для завода главной была прежде всего боевая тематика. И ему было тесно в рамках нашего конструкторского бюро...

- Мы несколько раз встречались с Ковтуненко еще до его переезда в Москву. Он не скрывал, что хотел бы создать в Днепропетровске мощный космический центр, свое конструкторское бюро.

- Тут и началась у нас борьба против этой его идеи! Она мне не нравилась. Вместе со своими ближайшими сотрудниками я считал, что КБ "Южное" не должно разделяться. Это ослабило бы его. Кстати, печальный пример разделения - это "Арсенал" в Ленинграде. Из него выделилось ракетное конструкторс кое бюро, но ничего нового так и не было создано... Я убежден, надо все интеллектуальные силы держать в одном кулаке, и только в этом случае можно эффективно решать те проблемы, которые стоят перед страной... Поэтому я считал, что нельзя отпускать Ковтуненко. На нас лежала огромная нагрузка по обороне, а если он отделится, то с ним уйдут люди, начнется "драчка" - такого допустить я не мог!.. Я сказал, что стремление расширить дело - отрицательное качество. С моей точки зрения как Генерального конструктора - это так, а по-человечески - нет, конечно... Ковтуненко талантливый проектант, конструктор, увлеченный человек, и ему хотелось, чтобы его дело стало главным. Но, пойдя ему навстречу, мы ошиблись бы. С позиций сегодняшнего дня это видно особенно четко... Бесспорно, для КБ "Южное" Вячеслав Михайлович сделал очень много, он - основатель космического направления.

- Потом он приехал в Москву, стал во главе фирмы Бабакина - знаменитого конструкторского бюро, создававшего межпланетные автоматические станции. Однако в полной мере здесь талант его не раскрылся, почему?

- Наверное, у него просто было мало времени - не успел... Да и авторитет Бабакина был очень велик, и чтобы подняться на тот же уровень, нужно было сделать очень многое... А межпланетные станции - совсем иное дело, это не спутники. Два "Марса" стартовали, но ни один из них не "дошел" до планеты...

- Бывали случаи, когда и четыре машины пропадали в космосе...

- С Марсом нам не везет... И тогда, и сейчас. Будто заколдованная эта планета. С ней было немало осечек и не только у Ковтуненко.

- А Борис Николаевич Петров? Вы о нем упомянули...

- Симпатичнейший человек!

- Как началось ваше сотрудничество?

- Борис Николаевич работал заместителем Трапезникова в Институте механики Академии наук и в это же время вместе с нами занимался так называемой теорией и системой опорожнения баков. Петров был научным руководителем темы. И сейчас эта работа продолжается в той же лаборатории, потому что сама проблема очень важна... Они были нашими "смежниками" по всем ракетам, в том числе и по "Зениту". А соратник и друг Петрова Фалунин со своим коллективом потом выделился в специальное конструктор ское бюро по изготовлению этой системы. Так что сотрудничество с Петровым у нас было многолетнее и весьма тесное. Это КБ делало рулевые машинки, датчики остатков топлива и другое оборудование... Заметьте, многие главные и генеральные конструкторы отказались делать некоторые приборы, к примеру те же рулевые машинки, а заказывали их "на стороне", а мы в Днепропетровске все делали сами: твердотопливные и жидкостные двигатели, твердотопливные и жидкостные ракеты, космические аппараты, тракторы, всевозможные системы преодоления потенциального противника и так далее. Это был своеобраз ный "непотопляемый корабль"... А еще комплектовали железнодорожные ракетные поезда в Павлограде, там был наш филиал... Позже Петров возглавил космическое направление в Академии наук. Тут уж, как говорится, сам Бог велел нам тесно сотрудничать, ведь у нас были научные спутники.

- А ваши личные отношения?

- Прекрасные! Обаятельный человек, интеллигент, всегда корректен, внимателен. Мне кажется, он не мог сказать ни единого грубого слова. И как ученый очень талантлив.

- По сути дела, программа "Интеркосмос" - это его завоевание.

- Безусловно. В международное сотрудничество его вклад огромен! О Петрове самые добрые и светлые воспоминания не у меня одного, а у всего нашего коллектива, и, конечно же, в КБ-6, которое возглавлял Федор Федорович Фалунин.

- Рассказывают, что в начале шестидесятых вы не только начали программу "Космос", но и занимались пилотируемым полетом на Луну, и даже к вам приезжал Королев и уговаривал заняться этим проектом?

- Когда начали делать ракету-носитель Н-1, загрузка КБ Королева стала очень большой...

- Это был какой-то фантастический проект?

- Необычайно сложный. Позднее, когда искали применение "Зениту" и "Бурану" и вновь вернулись к проекту полета экспедиции на Луну, мы с Глушко оценивали этот проект с технической стороны. Так вот, нам не понравилось большое количество двигателей на носителе... Итак, когда Королев понял, что ему одному все делать не под силу, он обратился к Михаилу Кузьмичу Янгелю с просьбой о сотрудничестве. Королев хотел привлечь к проекту конструкторское бюро и, главное, завод. Сначала Сергей Павлович "провел разведку" через Макарова - директора завода. Заручился его поддержкой, созвонился с Янгелем и приехал. Между ними состоялся нормальный, хороший разговор - я при нем присутствовал...

- Невзирая на все сложности их отношений?

- Невзирая!.. Жизнь, как говорится, уже расставила все по своим местам, спорные вопросы и острые углы были сглажены, и они договорились. Нам была поручена разработка "Блока Е". Я считаю, что это самая ответственная часть лунной программы. Нужно было на "Блоке Е" сесть на Луну и взлететь с нее.

- Схема полета аналогична американской?

- Или американская аналогична нашей - тут много споров, и основания для них есть... И мы разрабатывали этот блок. Конструкторское бюро по жидкостным двигателям возглавлял Иван Иванович Иванов. Он создал основной однокамерный двигатель и резервный четырехкамерный. На этих двигателях аппарат садился на Луну и взлетал. Нужна была полная уверенность в их надежности, и испытания продолжались долго. Тем не менее весь лунный блок был разработан, мы даже запустили его в космос и посмотрели, как он работает...

- Под прикрытием спутников серии "Космос"?

- А тогда под них "списывались" и лунные испытания, но больше всего - неудачи... Итак, мы сделали "Блок Е" и в лунной программе ушли далеко вперед. Все-таки у нас и завод очень мощный, и опыт был большой... Однако программа вся "ушла в музей" - наш "Блок Е" можно и сейчас посмотреть в Днепропетровске...

- Вся работа оказалась напрасной?

- Где-то этот двигатель мы все же применили. Точно не помню, где именно, но, наверное, в головной части какой-то боевой машины...

НЕБОЛЬШОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

И вот стоят в кремлевской роще

Три символа российской мощи

И наших нераскрытых сил:

Царь-колокол, что не звонил,

Царь-пушка, та, что не стреляла,

И Н-1, что не летала.
В. Назаренко, специалист поракетным двигателям.

- Почему вы все-таки занялись космическим носителем "Зенит"? Ведь, судя по нашему разговору, сердце и помыслы ваши ближе к боевой технике...

- Задача такая была у КБ "Южное": главное - оборона, а все остальное - потом... Что касается истории "Зенита", то она такова... Раньше на Р-12 поднимали на орбиту спутники "Космос", на 65-й машине - "Молнии", на 36-й - "Циклон". Затем на базе новой боевой машины мы создали и защитили на научно-техническом совете Министерства общего машиностроения четвертый космический комплекс... Председателем комиссии был тогда Георгий Александрович Тюлин... В это время шла сессия Верховного Совета, на ней выступал первый секретарь Московского горкома партии Гришин. Он рассказал, что на Москве-реке напротив Кремля появились рыбаки с удочками, что реку хорошо очистили... В общем, тогда вопрос об экологии, о сохранении природной среды встал очень остро. По возвращении из Москвы я, как обычно, собрал своих заместителей и рассказал о том, какие вопросы решались, что было интересного, за что нас критиковали или хвалили (что случалось гораздо реже!). Упомянул и о выступлении Гришина (о рыбаках на Москве-реке) и сделал вывод о том, что у нашей машины нет будущего, так как топливо очень ядовитое. А потому надо переходить на кислород!

- Поистине все возвращается "на круги своя"... Я имею в виду ту дискуссию и ту борьбу, что шла в начале пятидесятых между Королевым и Янгелем...

- В 1952 году мы начинали с машин на кислороде, потом резко ушли в сторону, но все-таки специалисты еще остались, да и мы кое-что понимали в этом деле... Вот так родилась идея делать "Зенит".

- Вы сразу делали его космическим?

- Да! Это была только космическая машина. И мы сразу же изменили подходы к ее созданию. Договорились с Валентином Петровичем Глушко, что надо идти от простого к сложному, от носителя среднего класса, которым был "Зенит", к "Энергии" и использовать в ней в качестве ускорителя первую ступень "Зенита". К сожалению, позже Глушко и даже один из моих заместителей начали говорить, что сначала появилась "Энергия", а затем уже я представил "Зенит"... Может быть, документов о "первородстве" и не сохранилось, но я прекрасно помню, как убеждал Валентина Петровича: пустим десять-пятнадцать "Зенитов", а там и "Энергия" подойдет... А первая ступень для нее будет уже отработана...

- А можно суммировать преимущества "Зенита" перед другими машинами?

- Я люблю рассказывать о "Зените", потому что горжусь этой машиной... Если коротко, то она экологически чистая, унифицирована с "Энергией", с автоматическим стартом, плюс полная автоматизация заправки и предстартовой подготовки. Эти системы устанавливаются в тот момент, когда машина стыкуется с наземной платой...

И еще об одном следует сказать. Во время защиты кандидатской диссертации одним из моих сотрудников он привел одну цифру, которая меня поразила: "У нас отчуждено площадей больше, чем занимают все города Советского Союза вместе взятые". Отчуждены поля падения, земли космодромов и полигонов и так далее. После защиты этой диссертации у меня родилась идея: первую ступень сбрасывать - тут уж ничего не поделаешь, а вторую уводить в космос и полей падения для нее не брать... В общем, мы изобрели "кривое ружье", которое отлично "стреляло"!.. Таким образом, у "Зенита" много преимуществ. Еще раз повторю: когда австралийцы решили делать международный космодром, из всех ракет они выбрали наш "Зенит". Интересно?

- Не только интересно, но и правильно! А сколько может поднимать "Зенит"?

- До четырнадцати тонн.

- У нее только две ступени?

- Пока. Делается разгонный блок - третья ступень. Это необходимо для вывода объектов на геостационарную орбиту. Этот блок пойдет и на морской старт. 

СВИДЕТЕЛЬСТВО ПРОЕКТАНТА ЮРИЯ МОШНЕНКО:

"Ракетный комплекс "Зенит" разработан под руководством Генерального конструктора академика Уткина Владимира Федоровича. Судьба ракеты-носителя складывалась удачно. Первый ее образец умчался в небо с космодрома "Байконур" 13 апреля 1985 года..."

Далее Ю. Мошненко приводит тринадцать фактов из жизни этого комплекса. Я процитирую некоторые из них, те, что показались мне наиболее интересными и важными.

"При подготовке в 1982 году наземных стендовых испытаний "Зенита" в НИИХиммаше (г. Загорск) специалисты подсчитали, что тротиловый эквивалент топлива первой ступени объемом 200 кубических метров кислорода и 100 кубических метров керосина столь велик, что при аварийном взрыве возможно разрушение зданий поселка. Было решено при первом пуске принять меры безопасности. В день испытаний со всей Московской области на площадку прибыло 30 пожарных машин. К сожалению, дело для них нашлось на целые сутки - на шестой секунде работы двигателя произошел взрыв. Последующие испытания были успешными.

Председателем Государственной комиссии по летным испытаниям был второй космонавт планеты Герман Степанович Титов. И сейчас он считает, что это была одна из самых интересных его работ: "Если моя первая вершина в жизни - подготовка и полет в космос, то вторая - руководство госкомиссией. Мы научили летать ракету, которая превосходит мировые аналоги".

Первые ступени "Зенита", доработанные в так называемый "Блок А", использовались в качестве ускорителей ракеты "Энергия-Буран", четыре таких блока давали 80% тяги "Энергии".

После пожара двигателя, а также из-за того, что на фильтрах были обнаружены волокна от протирочной ветоши, а в баках - жировые загрязнения, стружка и даже болт, решили тщательно чистить их внутренние полости. Двигатель, имеющий высочайшие в мировой практике характеристики (удельную тягу и давление в камере сгорания), был очень чувствителен к загрязнению топлива. До сих пор на "Южмаше" чистят баки так, чтобы механические и жировые загрязнения не превышали нескольких миллиграммов, и это на поверхности около четырехсот квадратных метров - проще говоря, на площади садового участка в четыре сотки.

В отличие от всех других отечественных носителей ("Восток-Союз", "Космос", "Интеркосмос", "Циклон", "Протон"), созданных как модификации или на базе стратегических ракет, "Зенит" - первая "чисто" космическая ракета-носитель. Проект "Зенита" победил в конкурентной борьбе с тремя проектами других конструкторс ких бюро.

Американская ракета-носитель "Титан", выводящая на околоземную орбиту, как и "Зенит", около 15 тонн груза, имеет вдвое большую стартовую массу и стоимость.

Ракета-носитель "Зенит" разработана и изготовляется в тесной кооперации со многими предприятиями России. Система управления создана в Научно-исследовательском институте имени академика Пилюгина, двигатели - в конструкторском бюро "Энергомаш" под руководством академика Глушко, стартовый комплекс спроектирован и отработан Конструкторским бюро технологического машиностроения, которое возглавлял Соловьев. И это лишь головные московские "смежники". Да и основным заказчиком сейчас выступает Россия.

В национальной космической программе Украины запланировано широкое использование ракеты-носителя "Зенит" для запуска украинских спутников. А пока нет должного финансирования из КБ "Южное" уволилась половина сотрудников, в том числе специалисты таких уникальных профилей, как гиперзвуковая аэродинамика, космическая баллистика, теплообмен и теплозащита спускаемых космических аппаратов, двигателей, ракет. Ушли люди с золотыми руками и бесценным опытом. Не дай Бог, остановится изготовление узлов и сборка ракет, будут потеряны ракетные технологии. Создать в будущем все это - в тысячи раз сложнее и дороже, чем спасти имеющийся потенциал. Сохранить ракетное производство и научно-конструкторское обеспечение работ по этой теме - национальная задача".

Безусловно, такая проблема стоит чрезвычайно остро как перед Украиной, так и перед Россией. И одна из "ниточек спасения" - проект "Морской старт". А потому я спросил академика Уткина:

- Как вы относитесь к идее "уйти" с космическими стартами в океан?

- Идея неплохая, потому что очень остро стоит проблема отчуждения земель. Вы же знаете, что в Якутии, к примеру, протестуют против запусков с космодрома на Дальнем Востоке... И такие протесты будут множиться. А морской старт позволяет избежать подобного рода трудностей. Но самое главное - у нас нет денег, чтобы делать это самим, а потому мы должны приветствовать международное сотрудниче ство. Кстати, на мой взгляд, более тесные связи с Западом мы можем устанавливать только через космос, так как в этой сфере пока работаем на равных. К сожалению, в большинстве других областей мы выступаем в роли учеников...

- Значит, коммерция и конкуренция?

- Дорога, я думаю, раздвоится. Более широкая - это коммерческий космос, а поменьше - исследова ния ближнего и дальнего космоса, решение фундаментальных задач. Именно в этом направлении правительства разных стран должны объединить средства, тогда появится возможность объединить и интеллекты ученых...

ИНФОРМАЦИЯ ИЗ ВЫБОРГА . "Внимание специалистов по космическим проблемам во всем мире сейчас приковано к российскому порту Выборг, куда своим ходом зашел первый в истории морской космодром "Си Лонч", построенный на базе нефтедобывающей платформы. Высота этой громадины - 78 метров, а длина верхней палубы - 133 метра. Морской космодром имеет собственную двигательную установку с четырьмя винтами, которые дают ему возможность развивать скорость более 12 узлов в час...

Морской космодром "Си Лонч" - результат уникальной международной программы, в которой принимают участие американс кий "Боинг", российское НПО "Энергия", украинское НПО "Южное" и норвежская судостроительная компания "Квярнер"... Главная цель программы - запуски спутников на коммерческой основе из всех точек земного шара, которые подходят для старта космических ракет. Старт первым ракетам будет дан уже летом 1998 года с экватора".

- Вам, Владимир Федорович, хотелось бы что-то добавить к этой информации?

- Давайте вернемся к этому вопросу летом будущего года и поговорим где-нибудь в районе экватора... Договорились?

ИНФОРМАЦИЯ С БАЙКОНУРА. К сожалению, она менее приятная, чем предыдущая. 14 и 15 мая 1997 года удалось вывести в космос два спутника: "Космос-2342" и "Космос- 2343". Вероятнее всего, это спутники системы раннего предупреждения о ракетном нападении и телеразведки. Один из них был запущен с Байконура, а другой из Плесецка. 20 мая к ним должен был присоединиться еще один спутник радиоэлектронной разведки, но ракета-носитель "Зенит-2" взорвалась на 48-й секунде полета - отказала первая ступень.

Естественно, в беседе с Уткиным я не мог не спросить его о случившемся...

- Как генеральный разработчик я несу ответственность. Сразу же позвонил своим коллегам в Днепропет ровск, сказал, чтобы внимательней относились к машинам... Сейчас появились трудности из-за разделения России и Украины на самостоятельные государства. К примеру, двигатели делаются здесь, а комплекс там, это создает невероятные сложности... Но самое плохое - это то, что производят всего одну-две ракеты в год! Естественно, надежность сразу же падает или, по крайней мере, не повышается. Надо, чтобы процесс изготовления шел равномерно, постоянно.

- И сколько это?

- Минимум одна ракета в месяц... Если начинать с заготовки металла, узлов, то и полгода требуется. В общем, процесс должен быть непрерывным... А по поводу аварии "Зенита-2" сейчас работает комиссия. Есть подозрение, что что-то произошло с двигателем, но пока однозначно не могу сказать. Меня очень беспокоит, что "Зенит" не изготовляется на потоке, на конвейере. Нет у него пока широкой дороги, а ведь это машина ХХI века!

- Нужно определить стратегию ее применения?

- Конечно. На этой машине можно очень много зарабатывать. Она так и замысливалась! "Зенит" может взять на себя более 50 процентов всех грузов, вывозимых на орбиту, в том числе заменить "семерку". На Байконуре стоит мачта для пилотируемых пусков, но она уже проржавела вся... Была даже разработана система аварийного спасения космонавтов, предусматривающая регулировку скорости спуска - очень интересная разработка!.. И старт блестящий! После запуска все чисто. Так, кстати, было, когда Горбачев и секретарь ЦК КПСС Зайков приезжали. Проводили машину в полет, она ушла хорошо, приехали на старт...

- И найти его не могут?

- Почти... Заглянули вниз, удивляются - чисто вокруг. А Зайков говорит: "Смотрите, Михаил Сергеевич, от керосинки больше копоти, чем от "Зенита"!.. " Эту машину надо беречь, потому что она необходима для будущего. Очень большая работа возлагалась на "Зенит" по программе Международной космической станции "Альфа", но затем она застопорилась, однако не исключено, что мы к этому делу вернемся. Этой программой предусматривалось до 20 пусков в год, а одна-две ракеты - это несерьезно... Всего было уже 28 пусков "Зенита", из них семь неудач, причем четыре - в последнее время. Дело в том, что "Зенит" делают эпизодически, и это сказывается на качестве работы. А машина хорошая, и не следует растрачивать ее авторитет.

- Что же будет дальше?

- И морской старт будет, и, убежден, у "Зенита" будет хорошая судьба. Я знаю ситуацию в ракетострое нии в мире, знаком с наметками на использование космоса в ХХI веке. "Зенит" просто необходим, чтобы эти прогнозы сделать реальностью.

ФАКТ И КОММЕНТАРИЙ. Оказывается, на полке могут лежать и пылиться не только рукописи, но и спутники. Еще в бытность Генеральным конструктором КБ "Южное" Уткин поехал к министру финансов Павлову и попросил у него в долг 50 миллионов рублей, чтобы завершить работу над спутником "Океан". Это довольно большой космический аппарат, предназначенный для изучения и наблюдения океанов планеты. Такого рода спутников еще не было...

- Тогда Павлов дал мне деньги, и работы над спутником были завершены.

- Где же он теперь?

- Все там же, на полке. Нет денег, чтобы его запустить. И в этом году очередь до него не дойдет, потому что средств отпущено очень мало, и никто не уверен, что они вообще придут...

- Все-таки "Южмаш" может не только троллейбусы делать?

- Да, космическая тематика там осталась, ракеты "Циклон" и "Зенит" выпускать могут... Так что перспективы хорошие.

- Правда ли, что космосом выгодно заниматься? Или это все-таки, как говорят многие, "удовлетворение любопытства за государственный счет"?

- Обустройство и исследование космоса год от года будут расширяться, это процесс естественный для развития цивилизации.

- Несколько примеров, пожалуйста.

- Нет более простого способа обеспечивать связь как через космос... Я уже упоминал о том, что мы сделали и запустили спутник, на котором был установлен боковой локатор. А буквально через семь дней все газеты писали о приближающейся катастрофе в проливе Лонга, где у острова Врангеля застряли корабли. Не будь нашего спутника (он показал, где и как нужно их выводить), корабли бы погибли... А как держал связь с Владивостоком корабль "Сомов"? Через спутник "Океан-1"... Или телевидение? Если мы прекратим запуски спутников в космос, то погасим экраны телевизоров. Передачи из Москвы можно будет смотреть лишь в Подмосковье и соседних областях, ведь везде ретрансляторов не построишь. Людям это понравится? А тут на орбите "самый высокий ретранслятор"... Я уже не говорю о ракетных системах сдерживания противника... Или будем хоронить в Земле ядерные отходы? Убежден, будем отправлять их куда-нибудь на Солнце... А о Тунгусском метеорите слышали?

- По-моему, нет людей, которых он не интересовал бы!

- Придет время, когда мы должны будем защищаться от такой опасности. Кстати, специалисты по ядерному оружию усиленно занимаются защитой Земли от метеоритов и астероидов. Естественно, это можно делать лишь в космосе и с помощью мощных ракетных комплексов. И это не выдумка... Да и на планете еще много дел. Зарождается, к примеру, буря. Какова ее мощность и скорость, дойдет до берега или нет? Как можно предупредить людей о приближающейся беде? Только благодаря спутникам... Придет время, и мы будем предупреждать о землетрясениях. А озоновые дыры? Кто за ними будет следить? Конечно, спутники. В общем, космос - это не мода, а логичный и одолимый путь для человека. И очень страшно и опасно, если мы не пойдем по нему со всеми!

- А разве такое возможно?

- К сожалению, в нашей действительности все возможно... Поэтому очень важно, что ученые разных стран собираются вместе, в частности по той же Международной космической станции "Альфа". С этого начинаются контакты - не противостояние, а объединение. Планета Земля в масштабах Вселенной очень маленькая, и нам надо об этом думать.

- Вы имеете в виду, что "человечество не останется вечно на Земле..."?

- Эти слова справедливы и мудры... "Мы в пещеры не пойдем", да и много нас уже стало, а потому все в пещерах не поместятся.

- А если бы вам пришлось начать все заново? Принесло бы это моральное удовлетворение?

- Мы совершили бы крупную ошибку, если бы не занимались этими проблемами. И дело не только в материальных выгодах, но и в сути развития общества. Был выбран магистральный путь, и мы шли по нему одними из первых. Разве это не приносит удовлетворения?!


Случайная статья


Другие статьи из рубрики «Как это было»