Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Л.И.Пономарев

Полвека назад статью с таким названием вряд ли бы приняли к печати. В то
время порыв к знанию был всеобщим, талантливые юноши стремились в науку,
девушки морским офицерам предпочитали физиков, а популяция ученых в мире
удваивалась каждые десять лет (в Советском Союзе и того быстрее – каждые семь
лет). Сейчас в это трудно поверить даже свидетелям и участникам событий тех
незабываемых лет.
Технологические достижения науки последнего столетия впечатляют даже
на бытовом уровне: телевизор и сотовый телефон, персональный компьютер и
Интернет, холодильник, стиральная машина и пылесос… Но к науке, тем не ме-
нее, общественный интерес повсеместно снижается, а престиж профессии ученого
в последние годы упал до критической отметки. Практически исчезли некогда
общедоступные научно-популярные журналы, их место заняли сочинения магов,
астрологов и откровенных шарлатанов от науки, телевидение прочно обжили
инопланетяне, вампиры и привидения, там публично обсуждают вопрос о вос-
крешении мертвых, а в качестве экспертов приглашают богословов. Явление это –
общемировое, однако, в России оно приобрело катастрофические формы: соглас-
но последним опросам общественного мнения наука не входит даже в десятку
престижных профессий. Причины этого явления многообразны и не вполне ясны,
но сама тенденция несомненна и чрезвычайно опасна, как для нашей страны, так
и для всего мира в целом.
Первые ростки современной науки возникли в Древней Греции. В V веке до
новой эры там изобрели доказательство, по-видимому, как одно из естественных
следствий первой демократии: ни в Месопотамии, ни в Египте сама мысль о воз-
можности разумных доказательств в голову не приходила. В последующие века
авторитет церкви надолго заглушил эти ростки и только в эпоху Возрождения их
вновь стали культивировать. Во времена Реформации они пошли в рост, а век
Просвещения вывел их на широкую дорогу Прогресса.
XX век навсегда останется в истории, как век науки. Именно тогда на её ос-
нове произошел мощный рывок техники, свидетелями которого все мы являемся.
Однако, ошеломляющие успехи технологического прогресса последних лет поро-
дили эйфорию его самодостаточности. В XXI веке наука повсеместно теряет свой
самостоятельный статус и вызывает интерес только как источник «инноваций».
Тенденция эта, доминирующая ныне в массовом сознании, будучи поддержанной
государственными установлениями, грозит со временем необратимыми и разру-
шительными последствиями.
Подобно воздуху, который мы не замечаем при дыхании, абсолютное боль-
шинство людей не осознает насколько значимо научное мировоззрение в нашей
повседневной жизни. Именно оно изменило сознание, быт и даже моральные ка-
тегории цивилизованных народов. От обитателей Центральной Гвинеи и пустыни
Калахари нас отличает не сотовый телефон с камерой (при минимальном навыке
им смогут пользоваться и аборигены), а та изощренная совокупность научных
понятий, которую мы впитали через систему длительного образования, и без ко-
торых понять, как работает сотовый телефон нельзя: электромагнитные волны,
полупроводники, аккумулятор, жидкие кристаллы, физическая природа цвета и
звука, механизмы их физиологического действия и т.д., и т.д. Такие знания не
приносят немедленной практической пользы, но именно они кардинально изме-
нили сознание цивилизованных наций и единственно отличают их от первобыт-
ных пастухов. К сожалению, важность таких абстрактных знаний и их отличие от
конкретных умений мало кому понятна и столь же редко подчеркивается.
Известно, что обиходный словарь крестьян не превышает пятисот слов: их
достаточно, чтобы эффективно вести хозяйство и воспроизводить жизнь на про-
тяжении многих поколений. Понятия: история, культура, философия, наука, – не
входят в этот набор, хотя именно от них, в конечном счете, зависит жизнь кресть-
ян – равно, как и судьба целых народов и государств. Эти высшие проявления
природы человека не имеют цены (хотя каждое из них и может стать источником
наживы и предметом торга). Все они возникли не сразу, а по мере становления и
совершенствования человеческой природы: от эгоизма существ, готовых на все
ради выживания и удовлетворения примитивных потребностей, до самоотречения
подвижников во имя высших целей.
Наука – самое позднее проявление человеческого гения, но она – в том же
ряду его самых значимых достижений. Утилитарная польза науки повседневна и
очевидна, но ее высшая ценность – в другом: в современном сознании научная
истина – синоним истины и последний аргумент в спорах. Даже церковь отчасти
признала это, оправдав Галилея через триста пятьдесят лет после его осуждения.
Два истока питают науку: опыт счастливых изобретений и способность че-
ловека обобщать свои наблюдения. Колесо было изобретено до всякой науки.
Точно так же, громоотвод и паровая машина, при всей их несомненной практиче-
ской пользе, стали предметом науки только после трудов Карно и Клаузиуса, Фа-
радея и Максвелла, после того, как появились понятия: энергия, теплота, темпера-
тура, энтропия, а также – электрический заряд, силовые линии, электромагнитные
волны и еще многое другое.
Кто-то из великих сравнил науку с водой, а ее технологические следствия –
с рыбой. Рачительный хозяин, думающий об устойчивом промысле, чистит и оби-
ходит рыбное озеро, а браконьер, озабоченный лишь быстрой добычей, готов вы-
пустить из него всю воду - для него она только помеха. И уж, конечно, он не ду-
мает о том особом состоянии души, которое возникает на берегу озера при созер-
цании утреннего тумана и первых лучей солнца. Точно так же поступает знамени-
тая крыловская свинья, подрывающая корни дуба в поисках желудей
В последние полвека ученые настойчиво обращают внимание народов и
правительств на растущую опасность экологической катастрофы на нашей плане-
те, причиной которой станет растущее производство энергии и беспримерный
рост населения Земли (только в ХХ в. оно выросло в четыре раза: от 1,6 млрд. до 6
млрд.). Две основных проблемы стоят сейчас перед человеческим сообществом:
проблема энергии и проблема сохранения биосферы Земли. Обе эти проблемы
взаимосвязаны и обе они не могут быть решены без участия науки. От решения
первой из них зависит судьба нынешней цивилизации, от решения второй – со-
хранение вида homo sapiens. И для этого одной только технологической мощи не-
достаточно.
Для поддержания жизни человек ежедневно потребляет с пищей ~ 2,5 тыс.
ккал или ~ 107 Дж, т.е., средняя мощность жизнедеятельности человека составляет
примерно 120 ватт. На протяжении тысячелетий этой энергии ему хватало, чтобы
строить дома, растить детей, воевать. За счет энергии ветра, рек и домашних жи-
вотных человек увеличил свою мощность до ~ 0,5 кВт, к концу XX века его мощ-
ность выросла до ~ 2 кВт, а общее производство энергии в мире – до 1,3·1013 Вт. К
середине XXI века прогнозируемая мощность энергетики мира (~ 3·1013 Вт) срав-
няется с мощностью излучения недр Земли (3,2·1013 Вт) и составит ~ 0,03% от
мощности потока солнечной энергии, которая достигает поверхности Земли
(0,8·1017 Вт). Точные «пределы роста» производимой энергии до сих пор не уста-
новлены, но несомненно, что именно от неё зависит хрупкое равновесие всех
жизненных циклов на Земле и само существование человека.
Слова и понятия «экология» и «экономика» произошли от общего греческо-
го корня ..... – «дом», но в наше время они оказались несовместимыми. Совре-
менная модель экономики, нацеленная на максимальное и быстрейшее извлечение
прибыли, нарастающими темпами разрушает биосферу Земли и тем самым уско-
ряет приближение экологического кризиса. Неолитическая революция и первые
цивилизации Средиземноморья оставили после себя обширные пустыни. Научная
революция и современная цивилизация способны опустошить всю Землю. Этот
вывод – не пустая риторика, а результат многолетних научных исследований фи-
зиков, химиков, биологов, метеорологов, социологов, историков и ученых многих
других ветвей науки. Эти их знания никак не связаны с «инновациями», но имен-
но от них зависит дальнейшая судьба разумной жизни на планете Земля.
Наука – базис нынешней цивилизации, но этот факт не должен заслонять
более важное ее значение: это неотъемлемая часть культуры и основа современ-
ного мировоззрения. И в этом качестве наука подобна великим религиозным пе-
реворотам прошлого: буддизму, христианству, исламу. Но в отличие от религий
которые разъединяют народы и нации (как известно, религиозные войны – самые
жестокие и беспощадные), наука едина для всех обитателей Земли и способна их
объединить, поскольку ее понятия строго определены и лишены национальных и
религиозных разночтений. На пороге глобального экологического кризиса необ-
ходимость такого объединения становится все более очевидной. Маловероятно,
однако, что правители ныне существующих двухсот государств, даже перед ли-
цом общей беды сумеют договориться о согласованных разумных действиях без
помощи ученых: это единственное интернациональное сообщество с общей сис-
темой понятий и ценностей, для которого научная истина важнее сиюминутных
выгод и приоритетов национального успеха.
Как известно, в процессе биологической эволюции всегда возникают мута-
ции, часть которых довольно быстро исчезает, но другая их часть консервируется
впрок и проявляется лишь тогда, когда изменившиеся внешние условия грозят
уничтожить биологический вид. Эволюция не прекратилась и теперь, она лишь
изменила свои формы: на протяжении тысячелетий тело человека осталось прак-
тически без изменений, зато его сознание изменилось неузнаваемо. И, быть мо-
жет, наука — именно та мутация в развитии человеческого сообщества, которая
спасет его в грядущих катастрофах.
Будущее науки предсказать так же трудно, как и грядущее человечества. Но
при любом сценарии ее развития одна из первых задач науки сегодня – объяснить
свои принципы и результаты как можно большему числу людей, дабы уберечь
добытые знания от гибели и небрежения. И – главное: только на основе науки
можно надеяться предотвратить самоуничтожение человеческого сообщества си-
лами, которые наука же и вызвала к жизни. Поэтому ее основы каждый должен
усвоить как можно раньше, подобно религиозным догматам прежних эпох.
Судьба науки в России – особая история.
Современная наука зародилась и окрепла в Западной Европе и оттуда рас-
пространилась по всему миру. Народы Запада, воспринявшие это новое знание,
далеко опередили в своем развитии прежде цветущие страны Востока. В Россию
наука пришла вместе с реформами Петра I и довольно рано: Ньютон ещё был жив,
а в Россию уже были приглашены братья Бернулли. Великий Эйлер прожил в
России большую часть сознательной жизни, а Ломоносов, Виноградов (изобрета-
тель русского фарфора) и многие другие прошли в Европе курс «усовершенство-
вания в науках». Не прошло и ста лет, как в России появились Пушкин, Глинка,
Лобачевский, а к концу XIX века российская наука стала вполне самостоятельной
и дала миру целое созвездие имен: Менделеев, Бутлеров, Столетов, Чебышев, Се-
ченов, Мечников, Павлов, Жуковский, – этот список можно продолжать долго.
Во времена революционной смуты Россия потеряла многих выдающихся
ученых: достаточно вспомнить Зворыкина, Сикорского, Тимошенко, Ипатьева,
Чичибабина, Леонтьева и сотни других известных имен. Но в целом большевики
продолжили дело Петра: новая власть добилась поголовной грамотности населе-
ния и на государственном уровне культивировала уважение к знанию, учителям и
ученым. Закономерным результатом этой политики стали достижения нашей
страны во многих областях науки, а создание атомного оружия и космических ра-
кет вывело Советский Союз в число мировых держав.
Реформы 1990-х, когда финансирование научных исследований в одночасье
было уменьшено в 10-20 раз, поставили российскую науку на грань выживания:
кто-то уехал из страны, многие ученые ушли в фирмы и банки, а то и просто в
«челноки», – так началось разрушение науки и системы образования, которые
создавались в России на протяжении трехсот лет. Разрушение это носит систем-
ный характер: исчез самостоятельный раздел «наука» из долгосрочных программ
правительства, упразднен особый статус Государственных научных центров, лик-
видирован отдел фундаментальных исследований в структуре Министерства нау-
ки и образования, разбираются на металлолом сложнейшие физические установ-
ки, а знаменитый Институт истории естествознания и техники с его уникальной
библиотекой не отапливают и выселяют неведомо куда, чтобы построить на его
месте ещё один элитный отель. На очереди – ликвидация Российской академии
наук и уже выполнены заказные социологические исследования, призванные
обосновать это деяние.*
Столь же планомерно (и со ссылками на зарубежный опыт) «реформирует-
ся» и образование: в школах математика и естественные науки (физика, химия,
биология) сведены к минимуму, профессия учителя перестала быть уважаемой, а
зарплата профессора знаменитого Московского физтеха сравнялась с зарплатой
дворника. Определить такое иначе, как национальный позор и государственное
преступление, - невозможно, и все это со временем разрушит нашу некогда всеми
признанную традицию обучения. (Теперь уже мало кто помнит, что после запуска
первого искусственного спутника Земли система образования в США была пере-
смотрена с учетом советского опыта). Последствия таких реформ скажутся не
сразу, но, подобно изменениям климата, они на многие годы определят культур-
ный ландшафт России.
При нынешнем отношении государства к науке и образованию в России уже
в следующем поколении не останется не только науки, но и квалифицированных
экспертов, способных отличить истинное открытие от завиральных идей, которые
сегодня множатся повсеместно. Следуя этому пути, мы, действительно, очень
скоро превратимся в «Верхнюю Вольту с ракетами», как в недавнее время любили
определять Россию её недоброжелатели.
Известно, что мозг человека погибает через семь минут, если прекратить его
питание кислородом, а, чтобы родить, вырастить и воспитать новый требуется 20-
30 лет. Остается только надеяться на чудо и верить, что мозг России все же не по-
гибнет. Хотя времени и оснований для такой веры остается все меньше.
* Вот один из аргументов этих исследований в пользу ликвидации РАН: «Электо-
ральные установки российских академических ученых заметно отличаются от
общероссийских в сторону политического негативизма.В них резко снижена доля
голосующих за «Единую Россию» и за Путина». Причем «…наиболее сильные
протестные настроения присущи кластеру эффективных ученых».( С.Белановский
– по заказу Центра стратегических разработок). Вот их-то и надо разогнать в пер-
вую очередь!