Думаю примерно то же самое, что и в реплике, касающейся русского Интернета.

Ключевые слова языков программирования (технический уровень) могут оставаться в латинском алфавите.

Запись комментариев, строковых констант (и даже имен пользовательских переменных) с использованием UTF-8 (то есть с одновременным использованием всех национальных алфавитов — кириллицы, арабского, иврита и т.д...) уже поддержаны во многих современных языках и системах программирования.

Переводить ключевые слова на кириллицу?... Создавать язык и систему программирования, которая заведомо будет ограничена рамками СНГ?... Не стоит. Есть более существенные задачи в теории и практике развития языков и систем программирования, чем эта.

Выше я говорил про «обычный» компьютерный рынок. Что касается суперкомпьютерной отрасли, то здесь тоже есть отечественные производители и отечественные разработки.

Посмотрите (лучше по полугодиям) динамику списка 50 самых мощных (супер-)компьютеров на территории СНГ. Во всех редакциях данного списка Вы увидите, как за первое и третье место на отечественном рынке с переменным успехом борются IBM и Hewlett-Packard. А второе место успешно держат за собой суперкомпьютеры семейства «СКИФ» и установки российского производителя — компании Т-Платформы (участника Программы «СКИФ-ГРИД»).

Я не вижу серьезного отставания в уровне создания и освоения суперкомпьютерных технологий.

Посмотрите сами, наши (то есть отечественной разработки!) суперкомпьютеры (слайд 58):

— с июня 2002 года всегда присутствуют в списке Top500 — рейтинге пятисот самых мощных суперкомпьютеров мира — никогда его не покидают;

— либо входят в «первую сотню», либо отстают от уровня «первой сотни» не более, чем на 1,5 года;

— отстают от уровня «первой десятки» не более чем на 2,5 года.

Поэтому отставание в уровне создания и освоения суперкомпьютерных технологий я бы оценил сегодня не более чем в 1–2,5 года.

Другое дело:

— Есть отставание в объемах производства суперкомпьютеров и программного обеспечения для них.

— Есть отставание в некоторых сегментах суперкомпьютерных технологий, например, в разработке и производстве элементной базы — приходится базироваться на импортных комплектующих; в разработке и производстве программного обеспечения для суперЭВМ (см. ниже).

— И отставание в уровне финансирования данных исследований и разработок: сравните сегодня «у них» из бюджета 2–3 млрд. долларов США в год, vs. у нас по программе «СКИФ-ГРИД» из бюджета 1–3 млн. долларов США в год. Во сколько раз разница? Как следствие, отставание (тоже во много раз) в деле создания десятков и даже сотен суперкомпьютерных центров, в которых объективно нуждается наша страна. Центров, связанных скоростной магистралью (см. выше) в единую GRID-систему.

А такие суперкомпьютерные центры, связанные в единую GRID-систему нужны. И это не роскошь и не фантазии, а единственно возможная инфраструктура страны (любой!), которая создает экономику, основанную на знаниях.

Это начинает осознаваться политическими лидерами России. И приниматься как национальная цель и национальный проект, необходимый для России. Поэтому, я надеюсь, скоро мои оценки отставания будут безнадежно устаревшими. И эту надежду дает не только содержание, но и настрой, и выводы совещания «Развитие высокопроизводительных вычислений (суперЭВМ) в России», которое 11 сентября 2007 года состоялось в Институте программных систем Российской академии наук (Переславль-Залесский) по инициативе партии «Единая Россия» и под руководством Грызлова Бориса Вячеславовича, Председателя Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, руководителя партии и фракции «Единая Россия».

Посмотрите доступные материалы совещания . Там убедительно рассматривались и обосновывались темы, имеющие отношение к Вашему вопросу:

— что такое суперкомпьютерная отрасль для России? — новая инфраструктура страны;

— эффективность применения суперкомпьютеров в России — многие примеры;

— состояние дел в этой отрасли в России и что нам надо делать дальше; — уступают ли сегодня отечественные суперкомпьютеры импортным? — не уступают! (например, слайд 56 ).

Что касается части вопроса «наши предприятия ... вынуждены приобретать весь этот хай-тек за немалые деньги за рубежом», то скажу так: вовсе не «вынуждены», отечественные суперкомпьютеры ничем не хуже! И когда в России приобретают импортные суперЭВМ, то я, как специалист, затрудняюсь ответить, почему так делают и «каким медом намазано». Пусть ответит тот, кто их приобретает. Опять, в материалах совещания эта тема так же обсуждалась. Посмотрите.

Справедливости ради скажу: отечественное программное обеспечение для суперЭВМ (особенно в части «систем инженерных расчетов») по номенклатуре и качеству уступают западным разработкам. Над этим предстоит серьезно работать. И здесь я понимаю, почему сегодня «вынуждены приобретать весь этот хай-тек за немалые деньги за рубежом» — программные пакеты действительно часто приходится покупать. Но западные системы инженерных расчетов отлично работают на российских суперЭВМ. Часто даже лучше, чем на «западном железе». Парадокс, но факт.

Буду отвечать так, как если бы вопрос был не про все человечество, а про Россию. И не про частные инвестиции, а про государственные деньги (конечно, с привлечением социально-ответственного частного капитала).

Вот Вам пример возможного национального проекта: создание и эксплуатация федеральных сетевых магистралей и узлов межсетевого обмена трафиком (областных и районных IX-узлов).

Цель и масштаб: национальная сетевая магистраль, емкостью в каждом районном и областном центре (ну и, конечно, в Москве) — не менее 40 Гбит/сек, с равными правами доступа в узлах магистрали всех операторов связи, науки и образования.

Механизмы: например, государственная корпорация «Объединенная сетью Россия». Наблюдательный совет с преобладанием науки и образования.

По финансам и реализуемости — не утопия, а, в общем-то, мелочь, которую не только можно, но и жизненно необходимо России себе позволить.

Повторюсь, при наших просторах «дороги» (сетевая магистраль) решают многое — от утилитарных задач поддержки различных бизнес-процессов, науки, образования и услуг связи населению, до задач сплочения нации, борьбы с сепаратистскими веяниями, задач национальной безопасности и т.п. Сюда примыкают и такие национальные задачи как образование, здравоохранение и борьба с цифровым неравенством в обществе.

Утопия? Домотканый проект? — Посмотрите, как это сделано в Канаде (страна наиболее похожая на Россию... «только все же не Россия...»).

Это необходимо делать. Преступления должны пресекаться и в реальной жизни, и в Сети (которая давно уже часть нашей реальной жизни). Не вижу оснований, почему следует исключать Сеть из зоны действия морали, этики и права.

Именно ради эффективного противодействия любым преступлениям в Сети следует поддерживать механизмы невозможности анонимных действий в Сети — см. реплику выше.

А может наоборот, стоит присмотреться к тому, как Всемирная сеть отторгает подобную информацию, и государственным институтам искать другие формы борьбы с экстремистскими точками зрения?

Несомненно — любой позитивный опыт из Сети следует переносить в нашу жизнь. Или жизнь все более полно связывать с Сетью.

GRID-система, предназначенная для обработки данных с Большого Адронного Коллайдера (БАК) – сегодня уже не единственная GRID-система. Созданы (и создаются) десятки других GRID-систем, нацеленных на решение самых различных задач науки, образования и «реальной экономики».

GRID-системы и GRID-технологии, по моему мнению, не уникальный случай, а естественное продолжение эволюции компьютерной (и суперкомпьютерной) отрасли. Очередной шаг эволюции — очередной метасистемный переход, в терминологии моего Учителя и его теории метасистемных переходов, которые я упоминал раньше (В. Ф. Турчин «Феномен науки. Кибернетический подход к эволюции» ).

Цель простая: развитие технологий однородной интеграции разрозненных компьютерных ресурсов. Не только ресурса «вычислительная мощность», но и других ресурсов: «возможность доступа», «емкость хранения», «уникальные наборы данных», «источники данных — базы данных,— и механизмы запросов к ним», «емкости телекоммуникационных каналов» и др. Можно ли подобные разрозненные ресурсы эффективно объединять? При помощи каких технологий (аппаратных, программных)? Что за система в итоге получится? Какие у нее будут свойства? Какие (новые) задачи мы сможем решать в GRID-системах?

Данные вопросы, данные исследования и разработки — сегодня одно из самых актуальных направлений развития компьютерной отрасли. И этому направлению, в том числе, посвящена и суперкомпьютерная программа «СКИФ-ГРИД» Союзного государства .

Что сдерживает развитие сетевой России? А ничего нового после М.Е. Салтыкова-Щедрина я не скажу — те же самые две беды, только отраженные в сетевые технологии.

В нашей богатой, великой и протяженной стране чудовищно неразвиты сетевые «дороги» — национальные сетевые магистрали.

Проложенные через всю страну различными компаниями оптоволоконные линии используются с канальным оборудованием с чудовищно низкой пропускной способностью. На это накладывается неразумная (а это уже та самая «первая беда») политика в части цен и услуг на существующих национальных сетевых магистралях. Например, практически между всеми городами России в этих оптоволоконных линиях имеется «темное волокно» — неиспользуемые сегодня жилы. Научное сообщество (академия, ВУЗы) России смогло бы «зажечь» эти волокна на скорости в несколько Гигабит/секунду. Но получить этот неиспользуемый ресурс (ни по какой разумной цене) не удается.

Еще одна проблема, которая мешает развивать сеть на всей территории России (и это больше касается не национальных масштабов, а региональных компьютерных сетей уровня «город» или «сельский район»), это необоснованно сильное и какое-то мелочное регулирование государством отрасли. Знаю наверняка: можно без ущерба отменить 99% требований на сертификацию оборудования и программных средств. Это даст глоток свежего воздуха операторам связи, приведет к увеличению конкуренции между ними и, как результат, к снижению цен на услуги, к развитию сетей, доступных всем жителям в России. При этом никакие интересы клиентов или государства не пострадали бы. И финансовых вложений отмена сертификации не требует.

Заблуждение, что наличие сертификатов на оборудование и программные средства в системе связи влияет на качество связи внутри сети оператора и/или на качество сетевого взаимодействия между операторами и/или на уровень удовлетворенности клиентов. Все это лучше (чем сертификатами) обеспечивается профессиональной подготовкой персонала оператора и контролируется (лучше, чем местными органами надзора за связью) конкуренцией между операторами.

Сертификацию и регулирование можно было бы оставить только в части, связанной с использованием радио и с фискальными вопросами (сертификация биллинговых систем). Все остальные сертификаты — тормоз на пути развития сетей в России.

Когда Россия будет, наконец, производить собственные конкурентоспособные компьютеры и весь шлейф к ним и завоюет заметный сектор этого рынка хотя бы в собственной стране?

Россия уже сегодня производит собственные конкурентоспособные компьютеры и другие цифровые устройства. Не хочу составлять хоть какой-то список избранных производителей, отличающихся от отверточных сборщиков.

Упомяну случайно взятую мною группу компаний Rover Computers (вспомнилось, потому, что недавно купили их проектор), основу которой (цитата с их сайта) «составило производственное подразделение концерна "Белый Ветер"— российский производитель компьютерной техники торговых марок RoverBook (портативные компьютеры), RoverScan (мониторы, ЖК телевизоры), RoverMedia (MP3-плееры), RoverPC (коммуникаторы), RoverShot (цифровые фотоаппараты), RoverLight (мультимедиа проекторы) и Centro (мультимедийные компьютеры)».

Есть и другие российские компании. На мой вкус такие производители вполне заметны на российском рынке.

Хотя, конечно, Россия могла бы рассчитывать на больший сегмент своего рынка и на какой-то кусок мирового пирога. Особенно досадно отставание на рынке программного обеспечения. Продаваемые на мировом рынке программы и цифровые услуги часто имеют русское, но не российское, увы, происхождение.

Обидно ... за державу.

Не берусь отвечать на первую часть вопроса — я не большой специалист в области блогов.

А развиваться блоги (как и другие средства сетевого взаимодействия людей) будут, наверное, в сторону поддержки разнопланового содержания (текст, звук, изображение и видео), дополненного развитыми средствами (смыслового) поиска и (смысловой) обработки той ) информации (текст, картинки, звуки, видео), которая содержится в блогах. И эта задача потребует не один год разработок.

Есть оценки и сообщения о том, что «суммарная мощность» всех суперкомпьютеров мира в обозримое время сравнится с «мощностью» мозга одного человека (можно поспорить о способах и о правомерности таких сравнений, но пусть будет так). И затем в обозримое время (компьютерная отрасль развивается по экспоненте) суммарная мощность всех суперкомпьютеров мира превысит «суммарную мощность» мозга всех людей...

Следует ли из этого факта наличие некоторой угрозы для людей? Думаю, напрямую не следует. Механическая мощность всех тракторов и других машин, наверное, давно превысила мышечную мощность человечества. Пока эта армия машин является инструментом (послушным, увеличивающим силу наших мышц), прямой угрозы нет — с точностью до техногенных катастроф и происшествий. Причем в большинстве случаев причиной таких происшествий является «человеческий фактор».

Примерно так же обстоит и с интеллектуальной угрозой, исходящей от Сети — в обозримое время наивероятнейший источник угроз здесь не «злая воля машин», а человеческий фактор и элементарные технические сбои.

Это не означает, что не надо исследовать далекие перспективы и новые угрозы.

Работы по искусственному интеллекту (ИИ) в нашей отрасли ведутся давно. Среди прочего эти работы включают и эмуляцию на ЭВМ процессов «естественных рассуждений». С созданием Сети ИИ-технологии разными группами с разным успехом переносятся для сетевых задач. И эта работа будет, несомненно, продолжаться.

К таким сетевым ИИ разработкам, которые если не доступны сейчас, то появятся скоро, можно отнести:

— Средства высокорелевантного семантического поиска страниц Сети по запросам (поиска не по частотам ключевых слов, а по смыслу вопроса пользователя);

— Системы поиска семантически близких (по смыслу, а не по частоте слов) текстов, системы классификации (по рубрикам, по темам) текстов по их смыслу, системы автоматического аннотирования;

— Системы «вопрос — ответ»: надстройка над семантическим поисковиком. Представьте, по вопросу пользователя система находит сотни (тысячи?) релевантных страниц, отсеивает шум и интегрирует остаток в компактный ответ. Тривиальный пример: на вопрос «Кто и когда основал Ленинград?» хочется увидеть компактный внятный текст по истории основания и всех переименований города на Неве. А вовсе не восемь сотен страниц с информационным шумом —попробуйте сегодня задать этот вопрос поисковикам;

— Системы распознавания образов и, основанные на них системы поиска в «не текстовом» (звук, фото, видео) содержимом сети Интернет.

Думаю, таким (или подобным) будет первый эшелон ИИ приложений.

Можно ли будет после этого сказать, что Интернет стал интеллектуальным? Это дело вкуса и терминологии.

Да, каким будет второй эшелон ИИ приложений — сегодня я предсказать не берусь.

Компьютерная отрасль неоднородна. Есть разделы компьютерной отрасли, где сегодня «не надо думать — трясти надо». Например, массовое промышленное программирование, изготовление на заказ стандартных информационных систем на базе стандартных и рутинных технологий. Здесь успех определяется количеством миллионов (или миллиардов?) элементарно подготовленных «трясущих» — подготовка на уровне бакалавров или техников. В этих сегментах у России шансов мало, а точнее их нет — в силу демографических обстоятельств. Другие разделы компьютерной отрасли отличаются необходимостью думать, крепко думать. Здесь успех определяется мощной элитной математической подготовкой персонала, умением находить нестандартные решения, проводить фундаментальные исследования на высоком уровне. Это наш сегмент. Точнее, он может быть нашим — если мы сохраним и разовьем подготовку (теперь уже для себя, а не на экспорт) компактной математической элиты, если не скатимся в болонскую трясину. К таким разделам отрасли (жадным до brain-ware) относятся суперкомпьютерная отрасль, разделы, в которых создаются принципиально новые информационные технологии, в том числе и с элементами ИИ, в том числе — основанные на новых фундаментальных исследованиях в области теоретических основ информационных технологий. По поводу вопроса «стоит ли России тратить усилия на развитие собственных компьютерных технологий?»... Смотрите слайд 8 ; вот выводы комитета по конкурентоспособности США : «With technology, talent and capital now available globally, the U.S. is facing unprecedented economic competition from abroad. Тhe country that wants to out compete must out-compute.» Мой перевод (с мелкими толкованиями): «Технологии, таланты и финансы сегодня доступны глобально — повсеместно, всем странам, без монополии. И это ставит США (да и Россию) перед лицом непредсказуемых конкурентных угроз. Сегодня страна (США, Россия), которая желает опережать в конкурентоспособности (ее экономики) обязана (всех) опережать в вычислениях». Таким образом, ответ на вопрос «стоит ли России тратить усилия на развитие собственных компьютерных технологий?» в точности совпадает с ответом на вопрос «России нужна конкурентоспособная экономика?» (или в развернутом варианте: «Россия желает быть современной супердержавой, которая строит конкурентоспособную наукоемкую экономику, основанную на знаниях?»). Если на второй вопрос отвечаем «да», то и на первый вопрос обязаны ответить «да». Обязаны! Без вариантов — на чистом английском: must. То есть, это вопрос национального выбора, как себя позиционирует держава. Можно сказать: «Мы сырьевая страна и зона туризма». И с таким ответом дальше (какое-то время?) жить вполне счастливо, без усилий в области компьютерных технологий. А можно сказать «России нужна современная конкурентоспособная экономика». Однако, ответы на такие вопросы (вопросы национального выбора — какая роль и судьба у России) должен давать не я, а вся нация целиком. Через демократические институты.