Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

А НУЖНЫ ЛИ МЫ МАРСУ?

Член-корреспондент РАН, профессор, летчик-космонавт, дважды Герой Советского Союза В. ЛЕБЕДЕВ.

Космос осваивает Человечество,
а не великие державы.

В последнее время много говорят о пилотируемом полете на Марс. Думая об этом, мы исходим из практики длительных полетов вблизи Земли, особо не ощущая различий между ними. Космонавтика, как в свое время мореплавание, еще находится в стадии "с оглядкой на берег". Искусство хождения по морям возрастало по мере удаления в просторы океана, меняя облик кораблей, их снаряжение и подготовку людей. Одно тянулось за другим. Сложилась система обеспечения судоходства в Мировом океане, когда решения принимаются на борту, но возможность обратиться за помощью к берегу всегда остается. С созданием подводного флота потребовалось новое качество - полностью автономное плавание. Здесь живучесть корабля зависит не только от надежности техники, слаженности команды, но во многом стала определяться психологи ческой готовностью экипажа к работе в замкнутом пространстве, надолго погруженном в опасную среду. Особое значение приобретают вера в собственные силы, психологическая устойчивость при длительной изоляции от внешнего мира и способность адекватно реагировать на критические и аварийные ситуации при высокой степени опасности, которая всегда подстерегает. Таким требованиям должна отвечать подготовка и к пилотируемому полету в глубины космоса. Но для этого сначала следует освоить автономное плавание вблизи планеты. Иначе, оставаясь в наезженной колее своих представлений об освоении космоса, не порвав пуповину связи с Землей, в стремлении сразу уйти в дальний космос можем поставить безопасность экипажа и всей миссии в зависимость от сложившихся стереотипов. Не овладев свободой плавания в космическом пространстве, перейти скачком от орбитальных полетов к межпланетным не удастся.

Сейчас экипаж постоянно обменивается информацией с Землей и, если что-то происходит, докладывает, ожидая рекомендаций. При этом помогает Земле, излагая свои соображения о том, что можно почувствовать только на борту. Такая полнота информации о событиях: приборная, визуальная и смысловая - в штатных и тем более аварийных ситуациях Земле не всегда доступна. Но, если возникает критическая ситуация, действуют согласно инструкциям по жестким циклограммам, заранее расписанным и отработанным на Земле. В полетах на удалении в миллионы километров возможности постоянно направлять действия экипажа с Земли может и не быть, так как на большом временнo'м интервале для экипажа корабля, вышедшего на траекторию полета к Марсу, Земля становится таким же космическим объектом, подверженным опасностям, вызванным обстоятельствами или природными воздействиями, а то и политическими столкновениями.

Обеспечим библиотеки России научными изданиями!

Поэтому за долгое время экспедиции связь с Землей может оборваться. Под этим углом ход дальнего полета не рассматривается и вероятность бедствий на Земле в расчет не берется, и что тогда делать, опыт освоения космоса ответа не дает, поскольку полет вблизи нашей планеты проходит в одном поле событий, на которые всегда имеется возможность оперативно среагировать. А в дальнем полете могут возникнуть непредсказуемые обстоятельства: психологический срыв, тяжелое заболевание одного из членов экипажа или повреждение корабля от внутреннего или внешнего воздействия. Примеры неожиданных ситуаций, когда приходилось прерывать полет или возвращать космонавтов на Землю из-за болезни или отказа техники, уже были - "Союз-21", "Союз-Т14", "Союз-ТМ2", "Аполлон-13". В межпланетном полете заменить выбывшего некем, так что появляется проблема, как перераспределить функции в экипаже, чтобы сохранить его целостность и возможности. Возникает новая задача о дублировании функций между членами экипажа, чтобы при выпадении любого звена можно было скомпенсировать эту потерю, когда каждый берет на себя часть обязанностей другого. Не решив ее, идти в дальний космос крайне рискованно. Откуда придет опасность и какая, предсказать невозможно, но в любом случае космонавтам придется идти только вперед, так как по законам баллистики, не облетев Марс, повернуть назад нельзя. Продолжая полет без опоры на коллективный разум Земли, экипаж будет вынужден полагаться только на свои силы. К таким событиям, когда вся ответственность ложится на него, пилотируемая космонавтика не готова.

При этом экипаж должен обладать свободой действий с такой степенью доверия, когда решения, принятые на борту, Земля воспринимает как свои, не отделяя от себя их ошибки, а рассматривает как общие, иначе на экипаж все время будет давить груз возможных обвинений в том, что принятое решение недостаточно квалифицированно. Если в экипаже ответственность общая, то же самое должно быть и в отношениях с Землей. Экипаж должен иметь возможность и быть готовым решать все задачи полета вплоть до возвращения на Землю. Такой подход изменит характер подготовки и выполнения полета.

В то же время трудно представить, как в полете на Марс при существующих технологиях можно обеспечить надежную работу всех систем. Отсюда возникает проблема подбора запасных частей и принадлежностей, которые надо взять с собой, чтобы их хватило на все возможные случаи. Но тогда не получилось бы, как с поездкой на отечественном автомобиле на большие расстояния, когда свободное пространство заполняется так, что пассажирам не повернуться, отчего путешествие превращается в муку. К тому же накопленные в ходе полета отказы по мелочам, не критичные в отдельности , в совокупности со снижением навыков и усталостью экипажа могут привести к тому, что решиться на посадку будет сложно. Поэтому без пилотируемых полетов на Луну по освоенным маршрутам перейти к межпланетным нельзя, не отработав новые технологии, обеспечивающие надежность техники и космонавтов.

Но это все вопросы профессиональные, а есть проблема обоснования самой идеи: зачем человеку идти в дальний космос? Для этого следовало бы определиться с нашим местом там и что мы хотим получить от этих полетов как в ближней, так и отдаленной перспективе, чтобы это стало понятно миллионам людей. Сегодня нас туда влечет надежда на открытия путем непосредственного контакта, но это естественное желание пока ничем не обосновано, кроме азарта политической конъюнктуры и возбуждения общественного интереса. Желание увидеть своими глазами и потрогать другой мир требует огромных усилий и материальных затрат от народов стран-участниц, хотя на все интересующие вопросы нам вполне отвечают автоматы, а их возможности далеко не исчерпаны, к тому же они значительно дешевле и безопаснее для того мира, в который мы хотим войти. Существуя в мире реальных потребностей, готовы ли люди пойти на такие затраты осознанно и как это скажется на их жизни, когда разумное нередко оборачивается безрассудством погони за превосходством одних стран над другими. Последствия такого соперничества за пределами планеты опасны накоплением внутренних напряжений, которые мы, не снимая, усугубляем, а это грозит потрясениями при существующей разнице в технологических возможностях стран и в понимании, что мы делаем. В космос надо идти не за рекордами. Людей выживанием не удивишь, многие из них и так долгие годы живут в таких условиях, по сравнению с которыми жизнь на орбите, хоть и в невесомости, показалась бы им комфортной.

Нас ведут технические возможности, но духовное и нравственное здоровье Человечества им не соответствует, и этот глубокий разрыв совершенно не охвачен ответственностью общественно -политической мысли за будущее.

Такой полет, несомненно, даст толчок космическому кораблестроению, обустройству жизни экипажа и выживанию в совершенно иных условиях. Но достаточно ли этого? Взвесим все за и против полета на Марс.

ЗА: разжечь интерес общества к космонавтике, дать работу предприятиям космической отрасли, заработать престиж государству.

ПРОТИВ: научную информацию можем получать дешевле и безопаснее с помощью автоматов; не имеем опыта космоплавания без поддержки Земли; разрыв между технологическим уровнем нашей цивилизации и ее духовным миром.

К тому же вызывает большое сомнение, что полет человека на Марс даст что-то новое. Об этом говорит опыт посещения Луны. Даже профессионалу-геологу Шмидту не удалось удивить специалистов чем-то особенным в отборе образцов лунного грунта. Сегодня на Марсе работают аппараты "Спирит", "Опортьюнити" и передают научную информацию в объеме, достаточном, чтобы раскрыть тонкие составляющие в исследованиях атмосферы, грунта, и на этом фоне трудно представить, в чем человек может с ними конкурировать. Тем более, когда полет сводится к выживанию, эксплуатации техники ради повышения ее надежности, сложно требовать от космонавтов творческой реализации. Из-за этого не видно личного вклада космонавтов, их индивидуальности, и они стали на одно лицо, поэтому интерес к пилотируемым полетам во всем мире упал. Выполнением только профессиональных обязанностей марсианский полет не вытянуть; интерес к исследованиям, творческая отдача по собственной программе помимо основной - вот в чем залог психологической устойчивости каждого.

Стремление разных стран прокладывать дорогу в космос с позиции своего суверенитета ведет к "бездорожью" в дальнем космосе. Неслучайно появилось понятие "колонизация космоса", которое проецирует за пределы нашей планеты отжившую картину мира колониальных держав. Поэтому, обсуждая такой грандиозный проект, необходимо его наполнить видением философов, социологов, историков, чтобы найти содержание, объединяющее народы. Этому может помочь создание международного комитета, подобного МАГАТЭ, по координации и контролю устремлений в космосе. Пока же замысел межпланетного полета больше похож на самоцель, чем на обоснованную необходимость.

Полет Гагарина и полет человека на Луну были вехами в истории космонавтики, доказавшими сам факт выхода Человечества в космос и его возможность ступить на другое небесное тело. Но эти полеты науке дали мало, а наука для их осуществления дала очень много.

Достигнутый уровень автоматических аппаратов уже позволяет, взаимодействуя с ними, получать необходимую информацию с доставкой материала изучаемого объекта и при этом находить решения в, казалось бы, безвыходных ситуациях. Примером тому служит японский аппарат "Hayabusa", который, после взятия пробы с астероида 25143 Итокава, потерпел аварию, но его создатели в программных хитросплетениях, заложенных ими на борту, нашли путь к его восстановлению и возвращению. Это шаг к созданию искусственного интеллекта, который может быть партнером нашего пытливого ума на огромных расстояниях. Земные аппараты уже добрались до края Солнечной системы и вышли за ее пределы, взгляд достиг границ Вселенной, а мысль постигает устройство мира в его множественности.

Поэтому, прежде чем ставить такие грандиозные задачи, как полет человека на другие планеты, не мешало бы разобраться с проблемами на Земле: политическими, экономическими и военными.

Принятие решения о такой экспедиции должно быть не за политиками, не за лобби промышленных корпораций. Оно - за обществом с широким обсуждением целесообразности этой миссии в нынешних конкретных условиях.

Мы должны знать, как такое решение отзовется не только на экономике стран-участниц, но и на политической обстановке в мире, от которой зависит его будущее. У России сейчас много жизненно важных проблем, решению которых должна быть подчинена работа в космосе, чтобы не зависеть от чужих средств информационного обеспечения в навигации, зондировании Земли, прогнозах погоды, в предсказании стихийных бедствий. Впрягаясь в упряжку, где сталкиваются разные интересы и возможности участников, Россия больше потеряет, пожертвовав своими насущными приоритетами в космосе, к тому же усложнит решение социальных проблем и ограничит научные исследования. Мы и так уже полностью потеряли дальний космос в науке и оказались учениками в познании чужих открытий. Нас же втягивают в безудержную гонку за Марс (кто первый?) в расчете на то, что мы надорвемся. Величие России надо поднимать через уровень жизни людей, а не амбициозными проектами. Наш вклад в марсианский проект - это плодотворный слой идей, технического опыта, без которых другим странам не обойтись, и этим достоянием, которое сформировалось на безграничном энтузиазме нескольких поколений творцов, надо умело распоряжаться. Рассчитывая построить свою новую пилотируемую орбитальную станцию, надо избежать повторения пройденных ошибок, чтобы станция действительно соответствовала статусу научной космической лаборатории, открыв туда доступ ученым, отобранным по конкурсу их исследовательских программ. Конечно, многое уже бездарно растратили, и, чтобы возродить былой дух подвижничества в науке, технике необходимо опереться на достойные цели и ценности, которые были основой страны созидания.

А когда дотянемся до Марса, неплохо бы заложить там банк знаний о нашей планете, обозначив его маяком для тех, кто сможет им воспользоваться. Тогда появляется задача, какую информацию и как ее упаковать, чтобы сохранить память об истории человечества .

Я убежден, человечество никогда не покинет свою Землю, с какими бы трудностями оно ни столкнулось - внешними и внутренними. Наш путь - их преодоление с поиском согласия и взаимопонимания в обустройстве жизни на нашей планете и научно-технический прогресс в предотвращении столкновений с катастрофическими явлениями. Поэтому на Луну, Марс и другие планеты мы будем летать, но не ради колонизации пространств Солнечной системы, а с целью познания, чтобы издалека лучше понять перспективы в научном и жизненном устройстве мира. А так заявления, что когда-то Человечество будет вынуждено куда-то переселяться, слишком общие. Спрашивается, зачем, если здесь, на Земле, еще столько необжитых мест. Почему бы тогда не подумать о заселении Антарктиды, где условия по сравнению с Марсом райские: огромный континент с богатыми ресурсами, животным миром, но, кроме исследовательских станций, там ничего нет и не предвидится, за исключением туристических наездов за экзотикой. А если кого не устраивает полярный холод, есть жара песков Сахары. И опять же не слышно, чтобы кто-то был озабочен их заселением, хотя там есть вода, растения и атмосфера с привычными для нас свойствами для возрождения жизни, которая там некогда была. Я думаю, К. Э. Циолковский, когда говорил о том, что "Человечество не останется вечно на Земле, но, в погоне за светом и пространством, сначала робко проникнет за пределы атмосферы, а затем завоюет себе все околосолнечное пространство" и это принесет людям горы хлеба и море могущества, имел в виду силу знаний. Они помогут понять происхождение планет, зарождение нашей жизни и, главное, к чему надо стремиться и чего следует избегать. Это и есть та сила, которая накормит и защитит нашу планету в пустыне Вселенной.

А так, не умея наладить жизнь на Земле, людей настолько заворожили фантазиями о будущем, что многие поверили, будто на Марсе яблоням цвести.

Земля - вот обитель нашей жизни, и нигде мы не скроемся от своих бед и проблем, так что вместо того, чтобы приспосабливать для жизни другие планеты, лучше эти усилия направить на сохранение и улучшение жизни на родной матушке Земле, где так уже намусорили, что и в космосе полно остатков ракет, от которых приходится уворачиваться. К тому же неизвестно, как Марс отреагирует на таких пришельцев, если мы не способны хранить чистоту на своей планете.


Случайная статья


Другие статьи из рубрики «Трибуна ученого»

Детальное описание иллюстрации

Анаглифический снимок поверхности Марса. Он получен путем совмещения двух снимков, сделанных через светофильтры взаимно дополняющих цветов. Если снимок рассматривать через очки с разноцветными стеклами (красным и зеленым), можно увидеть объемное изображение каменистой пустыни.