Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

СЛОН РАДЖ (ИЗ ЗАПИСОК ВЕТЕРИНАРНОГО ВРАЧА)

Сергей БАКАТОВ. Фото В. Романовского. Снимки сделаны в Московском зоопарке в 2005 году.

Продолжение. Начало см. "Наука и жизнь" №№ 9, 10, 2006 г.

Во время первого обхода зоопарка, где мне предстояло работать, - гидом тогда выступил фельдшер Георгий Васильевич - я совсем, как в басне Крылова, "слонов-то не приметил" и спросил:

- А что, слонов в зоопарке нет?

- Так мы же вокруг них полчаса ходили! - Василич изумленно развел руками.

Он считал, что меня категорически необходимо познакомить, скажем, с лемуром галаго, которого я мог просто не заметить, потому как он достаточно мал, или со львом, который хоть и в клетке, но де-юре - все-таки царь.

А слоновник располагался в самом центре зоопарка таким образом, что все остальные животные находились как бы вокруг него. Вот мы и ходили почти все время спиной к слоновнику. Когда Василич подвел меня к загородке, я изумился еще раз, как же я сразу умудрился не обратить на нее внимания?

Слон наш с благородным именем Радж, естественно индийский, был невелик, не более трех метров в холке, - не чета своему пятиметровому африканскому брату-исполину. А его подруга Инга в мире слонов, наверное, и вовсе прослыла бы за дюймовочку.

Индийские слонихи - рекордсменки по продолжительности беременности - они вынашивают плод 22 месяца. Кроме того, слоны в мире млекопитающих - рекордсмены по продолжительности жизни - 85 лет. Хотя это, конечно, редкость. Обычная продолжительность их жизни составляет около 60 лет. За это время у слонов шесть раз меняются зубы. Когда они перестают расти, слоны умирают от голода, и смерть одного из своих собратьев все стадо воспринимает очень остро. Другие слоны подходят попрощаться с покойным и гладят его своими хоботами. Некоторые - наверное, это знак особой привязанности и, как бы вам это странно ни показалось, скорби - пытаются сесть на собрата.

Слоны по справедливости считаются одними из самых умных существ в животном царстве. Может, они потому такие умные, что долго живут и успевают набрать богатый жизненный опыт? Во всяком случае, поступки нашего Раджа свидетельствовали о том, что он наблюдателен, способен делать выводы и наделен чувством юмора.

Однажды, наверно от брошенного окурка, возле слоновника загорелась трава - сухостой. Практически все находившиеся рядом животные ударились в панику. Медведи дико ревели. Бегемот Саймир, испуганно озираясь по сторонам, постоянно заныривал в бассейн, явно пытаясь спрятаться. Гиббон Рома плаксиво ухал и закрывал глаза руками, чтоб не видеть этого ужаса! (Огонь, хоть и вспыхнул неподалеку от клеток, на самом деле не мог причинить вреда животным, так как их разделяла широкая полоса асфальта.) Так вот, пока мы, сотрудники зоопарка, искали средства тушения пожара, Радж преспокойно подошел к своему бассейну, набрал в хобот воды и залил горящую траву.

Ухаживал за слонами под стать им очень рослый и крепкий мужчина по имени Амин; кроме него, подойти к Раджу никто не решался. Хотя один такой "смельчак" из посетителей однажды нашелся. Правда, у него было смягчающее обстоятельство - он успел принять на грудь некоторое количество пива. Насмотревшись фильмов про добрых индийских слонов, он воспылал нежностью к Раджу и полез к нему целоваться. Посетителю удалось ловко и незаметно проскользнуть за спиной Амина, когда тот разгружал корм. И он сразу попал... на хобот Раджа.

Не могу удержаться от замечания. Дорогие посетители зоопарка! Все, что написано на табличках, - чистейшая правда! И за ограждения действительно заходить не следует! Безопасности вам там никто не гарантирует.

Амин спиной почувствовал что-то неладное, но, когда развернулся, любитель слонов был уже в воздухе. Радж догадывался, что Амин сейчас будет сердиться, и опустил незадачливого любителя слонов прямо на бетонный оградительный поребрик, сплошь утыканный острыми стальными шипами (для того чтобы у слонов не возникало желания по ним погулять). Амин, не иначе как в состоянии аффекта, одной рукой снял посетителя с шипов, словно кузнечика с булавки, и оттащил в сторону.

Когда позеленевший от "радушного приема" посетитель оказался у нас для оказания первой помощи, у него еще оставались силы для шуток. На предложение присесть он ответил крылатой фразой:

- Спасибо, я пешком постою!

Раны у любителя слонов оказались не такие страшные, как можно было ожидать, но его отправили из зоопарка на "скорой помощи". На всякий случай.

А что касается чувства юмора, то проявлялось оно чаще всего в одном: очень любил Радж подшутить над теми посетителями, которые кидали в него мелкие камешки, чтобы привлечь его внимание. Радж с виду терпеливо сносил надругательство, не проявляя возмущения или недовольства. Потом дожидался, когда обидчик пойдет в обход слоновника, и, как только тот заворачивал за угол, трусцой, как шкода-мальчишка, бежал за своим любимым оружием: шариком испражнений. Надо сказать (если еще кто не видел), у слона эти шарики по размеру - с небольшой арбузик. Когда посетитель появлялся с другой стороны слоновника, его ждал "сюрприз". Благо, что шарики были мягкие и никакого телесного ущерба не могли причинить. Если готового шарика "под хоботом" не оказывалось, то навязчивого грубияна ждал душ.

Возле слоновника мы никогда не ругали посетителей за то, что они бросают в слона камешки. Просто стояли и молча ждали, когда их проучит сам Радж. И никогда (!) он не устраивал сюрпризов невиновным посетителям. Только отвечал на обиду.

Однажды у слонов засорился арык (небольшая канавка), из которого Радж брал воду на "полив" посетителей. Перед самым слоновником вода из арыка уходила под бетонное ограждение в трубу диаметром сантиметров 10-15. Амин долго и безуспешно пытался продолбить затор куском стальной арматуры. Но беда в том, что этого прута не хватало на всю длину трубы. Поэтому Амину приходилось ковырять пробку то с одной стороны, то с другой. Но как он ни старался, выбить ее не удавалось.

Радж какое-то время внимательно наблюдал за служителем, потом подошел, аккуратно, хоботом, отодвинул его в сторону. После этого, выдернув арматуру, отбросил ее в сторону, вставил в трубу хобот и как следует дунул. С другой стороны, как из гаубицы, вылетел квач плотно спрессованных листьев. Вода опять побежала по арыку.

Амин, не глядя на слона, поднял арматуру и, довольно покачивая головой, поблагодарил:

- Ай маладес, Радж, ай рахмат! (Спасибо!)

Потом, уже в воротах, оглянувшись, недовольно добавил:

- Хитрый, да? Чего раньше думал, а?

Периодически бассейн начинал "зацветать". Тогда приходилось сливать воду и чистить стены. Для этой цели Амин сооружал тележку-паровоз с несколькими ведрами, брал совковую лопату и спускался на дно. Наполнив ведра и водрузив их на тележку, он звал:

- Э, Радж! Помагай!

Слон послушно прихватывал хоботом тележку и аккуратно выкатывал ее из бассейна. Амин всегда гладил его по хоботу и приговаривал:

- Ай маладес! Ай боло! (Хорошо!)

Однажды Амин залез с ведрами в бассейн, а лопату позабыл наверху. Оглянувшись по сторонам, он не захотел снова взбираться наверх и решил позвать добровольного помощника:

- Э, Радж! Лапотка давай?

Слон, не торопясь, удалился в зимнее помещение, и пока Амин ругался, то ли на себя - за забывчивость, то ли на слона - за его леность, Радж так же, не торопясь, вышел. Но уже с лопатой!

***

Как-то посередине лета в лечебнице появился сердитый Амин и, бросив с порога: "Раджа нога болит, иди смотри!", - развернулся и ушел.

Я постоял у загородки, наблюдая за слоном. Оказалось, что Радж действительно прихрамывает на заднюю ногу. Заодно удалось выяснить, почему Амин такой сердитый. Радж из-за боли в ноге обиделся на весь мир и не подпускал к себе даже его. В этот день как следует осмотреть слона мне так и не удалось. Не подпускал он к себе и на следующий день. То ли на третий, то ли на четвертый день нога так сильно распухла, что слон на нее уже совсем не опирался, заменив ее при ходьбе хоботом. Надо было что-то срочно предпринимать.

- Юрич! А, представляешь, подохнет? Вскрывать в водолазном костюме будешь, я-то туда уже по инвалидности не полезу! - пытался немножко разрядить атмосферу Георгич.

Принудительно зафиксировать слона, конечно, можно, хотя и связано с определенными трудностями, и делать это на ограниченном пространстве довольно рискованно, прежде всего для самого слона. Пока плохо представляя себе план дальнейших действий, я приготовил тазик мази на основе ихтиола и березового дегтя. С этим тазиком присел у загородки слоновника, уговаривая Раджа показать ногу. Раджа запах мази привлек, и он, подойдя совсем близко, начал у меня выпрашивать тазик.

- Нет, - говорю, - сначала покажи ногу.

Амин, который стоял рядом, тоже пускался на все ухищрения, уговаривая Раджа довериться мне:

- Раджа, зиволичь! Нога давай! Лечить надо!

В результате этих переговоров в мозгу слона все же произошло какое-то "замыкание", и он, развернувшись к нам спиной, не просто показал, но даже просунул ногу между стальными швеллерами ограждения. Из пятки слона торчал громадный, загнутый крючком гвоздь. Я быстро прихватил его и сильно дернул. Гвоздь остался в руке, а Радж, вздрогнув от боли, оглушил нас на несколько секунд своей "иерихонской трубой".

Когда острый приступ прошел, Радж развернулся лицом к загородке и снова попросил тазик.

Тазик слону, как вы понимаете, давать было весьма опасно, так как он мог запустить им в очередного обидчика. А это уже не мягкий шарик испражнений.

"Дам-ка я ему мази, - подумал я, - если что, еще сделаю". И, вывалив половину смеси на большой и плотный кусок крафта, пододвинул бумагу так, чтобы он мог ее достать. Радж затащил бумагу к себе и, не долго думая, запустил в нее хобот. Набрав какое-то количество мази, он стал ее аккуратно наносить на рану. Но что меня больше всего поразило, он, закончив эту операцию, принялся размазывать смесь в основном по ходу нервных окончаний и вен, как с наружной, так и с внутренней стороны.

- Ай, Радж, собака, маладес какой! - улыбался Амин.

За всей этой процедурой, ритмично покачивая головой, внимательно наблюдала Инга. Она вообще-то всегда покачивала головой, независимо от ситуации, - привычка, которая у нее осталась еще из "прошлой жизни", в которой она работала в цирке. Инга никогда и ни в чем не мешала, не поддерживала и не противилась Раджу, просто являя образец подражания для жен всех времен и народов.

Радж окончил "намаз", ощутил облегчение, пришел в хорошее настроение и, не задумываясь, подобрал хоботом кусок крафта с остававшейся на нем мазью, описал хоботом в воздухе большую дугу и со всего размаху приклеил лист Инге прямо в лоб. Та попятилась назад и, стащив лист, принялась хоботом размазывать мазь по ушам. Чувство юмора своего супруга она принимала спокойно, как и остальные его поступки.

На следующее утро первым в лечебнице появился Амин с хитрой усатой улыбкой:

- А, дохтур?! Немножко вкусный мазя давай! Радж хорошо!

***

Вообще, конечно, что бы слоны ни делали - это всегда интересно и необычно. Удивительно, как такая гора мяса может передвигаться очень быстро и, главное, бесшумно.

Забавно было наблюдать, как Радж с аппетитом отправляет в рот буханку за буханкой, как будто это маленькие кнайпики. Ветки толщиной с человеческую руку он неторопливо перемалывал своими "жерновами". Конфеты, заброшенные к нему как угощение, в обертке никогда не ел, непременно очень деликатно разворачивал хоботом, немного помогая ногой, и только после этого отправлял в рот.

Большинство сотрудников зоопарка находились в хороших отношениях со всеми животными, подкармливали их любимыми (дозволенными) лакомствами. Под Новый год слонов пару раз угощали мандаринами и апельсинами. Они пришлись им по душе. И тут у Василича в кармане оказался лимон. Надо было тому случиться, что он его обнаружил, проходя мимо Раджа. Вот и решил наш фельдшер угостить слона. Радж сразу положил лимон в рот. После первого же жевательного движения глаза у него недобро блеснули, уши провисли тряпочкой, а рот скривился. Хобот Раджа тут же "нырнул" обратно в рот и извлек оттуда уже раздавленный лимон. Несколько презрительно поболтав мягким плодом перед собой, неожиданно швырнул его обратно Василичу. Фельдшер увернуться не успел, так как угощал лимоном без злого умысла. На этом все вроде бы и закончилось. Но ровно через неделю, во время утреннего обхода, уже давно все забывший Василич получил возле слоновника хорошую порцию душа. А была уже, между прочим, зима. И, как назло, выдалась она в тот год неожиданно ранняя, с резким падением температуры. Всем животным приготовили глинтвейн. Получили свою порцию и слоны.

Напиток не только согрел Раджа, но и вызвал желание действовать. Сначала он принялся гонять Ингу вокруг бассейна. Чтобы отвлечь его внимание от супруги, Амин бросил Раджу старую покрышку от уазика - его любимую игрушку, и несколько часов тот увлеченно играл ею в футбол. Народу в такой холод практически не было, поэтому Раджу разрешили играть в полное удовольствие. Дело в том, что иногда, заигравшись, он мог запустить покрышку далеко за пределы вольера, что, естественно, небезопасно для посетителей.

Играл Радж просто виртуозно. Например, старательно установив покрышку на ребро, медленно пятился назад, затем разбегался и точно бил ногой по покрышке, которая, как мячик, летела в стенку слоновника и затем - рикошетом - в обратную сторону. Радж в это время успевал подбежать и ловко направлял ее хоботом к себе на спину. Покрышка раза два подпрыгивала, прежде чем скатиться вниз, после чего он умудрялся лихо поддать ее пяткой так, что покрышка взлетала обратно на спину. И если он промахивался, то в сердцах лупил по ней, после чего траектория полета покрышки становилась непредсказуемой.

Радж очень расстраивался, когда покрышка вылетала за пределы слоновника, и трубил, призывая Амина, чтоб тот ему вернул игрушку. Случалось все же, что иногда он просто безобразничал. Например, ему не нравился наш ДУК - специальная машина для дезинфекции, которая приезжала в санитарный день, когда зоопарк закрывали для посетителей. И если Амин не успевал вовремя забрать игрушку, Радж перекидывал ее через забор на машину.

Хотя, может быть, с точки зрения Раджа, все обстояло несколько иначе. Дело в том, что наш ДУК сначала обрабатывал секцию хищников, которые находились напротив слоновника. И у Раджа имелись веские причины напасть на дезинфекционную установку. Он мог воспринимать ее как соперника. Во-первых - пузатая, во-вторых - довольно шумная, а в-третьих - у нее длинный шланг, похожий на хобот. Как тут не позаботиться о том, чтобы конкурент не посмел вторгнуться на его территорию?! "По объему" равных Раджу в зоопарке, конечно, не было. И наш ДУК в этом вряд ли мог с ним соперничать. Но вот по созданию шумовых эффектов машина занимала ведущее место. Диапазон издаваемых слонами звуков, как известно, достаточно широк, по крайней мере, больше, чем может воспринимать человеческое ухо, поэтому мы даже и представить себе не в состоянии, что может выловить ухо слона в звуке работающего мотора с компрессором.

Первым делом Радж всегда пытался перетрубить наш ДУК. Он начинал взволнованно бегать вокруг своего бассейна, задрав вверх хобот, оглушая всех трубным гласом. Инга при этом тоже несколько волновалась.

Но когда ДУК "доставал" свой шланг, да еще начинал им щедро поливать все вокруг, Раджа это просто выводило из равновесия, и, если в это время в загоне Раджа лежала покрышка, она тут же летела в дезустановку. Целился Радж всегда в соперника. И попадал. Может быть, Радж таким образом зазывал ДУК к себе. После истории с больной ногой Радж очень полюбил дезинфицируюшие вещества. И когда ДУК, не обращая внимания на его враждебные выпады, подъезжал к Раджу, тот охотно подставлял свое тело для обработки. Мало того, когда включался поток жидкости, он с видимым усердием помогал хоботом размазывать это "добро" по всему телу. Инга процедуру принимала равнодушно и безропотно. Надо - так надо.

Большинство исследователей считают, что у слонов матриархат, но это когда они в стаде. У нашей пары главным был, конечно, Радж. Он всегда первый подходил к корму. В особенности если давали арбузы, которые он очень любил. Радж норовил встать так, чтобы перегородить Инге подходные пути к арбузам. Иногда ее даже приходилось кормить с другой стороны. Радж всегда первый выбирал веники, отдавая предпочтение яблоневым и березовым. Но, перебрав несколько штук и не подпуская к ним Ингу, он в то же время мог и пульнуть ей хоботом парочку через спину. Притом это всегда выглядело как: "На, - мол, - и отвали!"

Единственное, где он позволял ей быть главной, - это в "путешествиях". Время от времени, следуя инстинкту, Инга отправлялась в длительный рейд вокруг бассейна. Тогда Радж, следуя своим инстинктам, хватался за кончик хвоста и безропотно шествовал за ней, иногда в течение нескольких часов кряду. Когда путешествие подходило к концу, они останавливались, легонько касаясь друг друга боками. Радж нежно водил хоботом по спине Инги, груди и ягодицам. Или легонько щекотал за ушком. Инга покачивала головой: "Да ладно тебе, шалун!", но благодарно принимала ласки. И вне всякого сомнения, между ними происходило в это время что-то еще. Наверное, любовь. Да что уж там, не наверное, а просто, без всякого сомнения, - любовь. Но справедливости ради следует заметить, что в природе самки слонов обычно держатся от самцов особняком, во главе с самой старой самкой - матриархом. Взрослые же самцы живут отдельно, иногда все же захаживая в группу самок, но ненадолго. И крепко прилепляются к своим подругам лишь в брачный период.

В нашем зоопарке Радж и Инга, несмотря на некоторые размолвки, являли образец идеальной семейной пары.

В серии «Библиотека журнала «Наука и жизнь» издана книга Сергея Бакатова «Поговори со мной. Записки ветеринара». Приобрести ее можно в редакции и в редакционном интернет-магазине.


Случайная статья


Другие статьи из рубрики «Литературное творчество ученых»