Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Готов ли человек к дальним полетам?

Член-корреспондент РАН В. ЛЕБЕДЕВ, директор Научного геоинформационного центра РАН, летчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза.

(размышления о профессии космонавта)

В последнее время много говорят о пилотируемых полетах на Марс. Прообраз межпланетных кораблей - долговременные орбитальные станции - "привязаны" к Земле, откуда космонавты получают топливо, еду, воду, рекомендации, технику и, если понадобится, помощь, вплоть до спасения людей. Полеты в дальнем космосе потребуют полной автономности, и Земля должна быть готова передать свои функции экипажу, который как в подводной лодке останется наедине с техникой в незнакомых условиях и должен уметь обеспечивать навигацию, просчитывать варианты управления полетом, принимать решения вплоть до возвращения на Землю. Обычное резервирование и дублирование техники тут не поможет, успех полета будет полностью зависеть от людей. Но решиться на это можно не раньше, чем пилотируемые орбитальные станции перестанут нуждаться в постоянном техническом обслуживании и ремонте, а человек будет ощущать себя не заложником техники и всей системы обеспечения полета, а хозяином положения.

Чтобы достичь этого, необходимо при отборе кандидатов в космонавты ориентироваться не только на выносливых и технически грамотных, но и на способных мыслить на уровне поставленных задач, умеющих брать ответственность на себя. Такие разносторонне развитые люди смогут находить нестандартные решения порой в непредсказуемых условиях. Им легче будет создать атмосферу взаимообогащающих интересов, чтобы полет стал не только проверкой крепости их духа и нервов.

Сегодняшняя практика космических полетов показывает, что космонавты заняты выполнением множества операций, часто рутинных, по техническому обслуживанию и ремонту бортовых систем, разгрузке грузовых кораблей. Много усилий тратят на поддержание физической формы и медицинский контроль. А на осмысление картины мира, открывающейся с орбиты, на поиск новых знаний через наблюдения и решение исследовательских задач у них почти не остается времени. Поэтому стимулы к интеллектуальному развитию деятельности космонавта отсутствуют. Так, на МКС с экипажем из двух человек из 120 часов рабочего времени в неделю 111 уходит на обеспечение жизнедеятельности станции и экипажа, так как изначально на космонавтов рассчитывали как на операторов технических систем, а не на исследователей. В таких условиях ожидать от них творческой отдачи не приходится, так как они изначально не обладают такой мотивацией на полет. Но ведь смысл пребывания человека в космосе как раз в этом и состоит.

Возникло противоречие между провозглашенным статусом станции как научно-исследовательской лаборатории и практикой ее эксплуатации в рамках летно-конструкторских испытаний, а место человека в исследовательских программах оказалось неопределенным. По существу космонавты нацелены на совершенствование космической техники, проверку и отработку технических решений, приобретение необходимых навыков. На этом до сих пор и сосредоточены усилия всех служб, обеспечивающих подготовку и проведение полета. Космонавты стали посредниками между постановщиками экспериментов и научной аппаратурой, выполняя контроль и обеспечивая ход экспериментов по указаниям и подсказкам с Земли.

Чтобы изменить ситуацию и привести ее в соответствие со статусом станции, одних базовых знаний космонавтам недостаточно. Отбор людей нужно проводить еще по таким качествам, как живой ум, нестандартность мышления, изобретательность и широта кругозора, и человечность. Разглядеть их при формальном подходе не представляется возможным. Это доступно сделать только специалистам, ученым, психологам в ходе собеседования, а не тем, кто далек от ощущения этой профессии.

С первых полетов повелось, что в отряд космонавтов приходят, в основном, летчики и инженеры. Летать мечтают с детства, поэтому случайных людей в летной профессии немного. Главное в ней - здоровье, психологическая устойчивость, хорошая реакция, спортивная подготовка и здравый смысл. Сочетание этих качеств позволяет стать профессионалом высокого класса.

Инженеров по призванию в космонавтике гораздо меньше. Этот путь нередко выбирают под влиянием семьи, близости места учебы и других случайных обстоятельств. Но те, кто делает осознанный выбор, склонны к точным наукам, способны решать сложные задачи, изобретательны и любят технику.

Каждый, кто подходит к выбору профессии осмысленно, стремится достичь в ней высот: для летчика - это испытание новых летательных аппаратов, для инженера - руководство крупным проектом. Тех, кто одержим мечтой стать космонавтом и выбирает эту профессию с дальним прицелом, совсем уж единицы. Отбирают в отряд тех, кто уже полетал в воинских частях или проработал года три в качестве сотрудника головной ракетно-космической корпорации. И при хорошем здоровье не всегда лучшие, но обязательно при расположении руководства зачисляются в отряд. Поэтому среда космонавтов складывается из тех, кто оказался ближе к отбору и по своим качествам не противоречит его требованиям. Чтобы найти людей, действительно имеющих призвание к этой профессии, пора открыть широкий доступ к ней молодежи. Только на длительной временной дистанции можно разглядеть тех, кто своими успехами на школьных олимпиадах, через подготовку по ориентированным студенческим программам сможет доказать, что их выбор не случаен и они обладают всем необходимым для этой работы. За 45 лет контуры профессии космонавта уже определились, и можно говорить о призвании, искать талантливых и одержимых.

Космонавт - штучная профессия, и готовить их по "образу и подобию" нельзя. Здесь важно раскрыть возможности конкретного человека, развить его задатки, склонности, увлечь перспективой, тогда будет и отдача. Но для этого надо изменить существующую программу подготовки. При освоении техники (а это процесс длительный) космонавтов надо учить не только понимать последовательность действий и выдаваемых команд, а проникать в сущность их прохождения с откликом систем. К тому же они должны быть готовы к расхождениям в характере показаний приборов, поведения систем на стендах и тренажерах и в реальном полете, а также к возможным просчетам и ошибкам Земли. Поэтому космонавтам следует вырабатывать собственный взгляд на развитие событий и способность принимать решения, изменяющие их ход. Такая глубина освоения техники даст им уверенность и свободу действий в ситуациях, когда нет подсказки Земли, а время ограничено.

Однако техническая грамотность в пилотируемом полете - хоть и необходимое условие, но не решающее. Главное - реализация творческих возможностей человека, его способность при широте базовых знаний в той или иной области приобретать новые знания. Поэтому каждый космонавт обязан иметь собственную программу исследований по влечению, а мир космоса столь богат, что найти себя там может каждый: полярные сияния, геология, верхняя атмосфера, ледники, вулканы, океан - выбирай, формируй программу и готовься к ее выполнению. Но для этого изучай литературу, ищи специалистов в данной области, устанавливай контакты с организациями, которые заняты этой проблемой. К тому же необходимо еще на Земле овладеть "космической географией" по накопленным материалам съемки, охватывающим всю нашу планету, чтобы в полете не терять время на узнавание, где ты летишь и что видишь.

Участвуя в экспериментах, мало понимать их смысл, надо разбираться в областях исследований: в астрофизике, медицине, биологии, материаловедении и т.д. Тогда космонавт оказывается в иной колее - не исполнительской, а творческого роста. Если этого нет, трудно сконцентрировать внимание на изучаемом объекте, чтобы выявить его наилучшие проявления и донести максимально полную информацию до специалистов и ученых. Здесь могут появиться истоки и его будущей научной работы, а это труд нелегкий - придется готовить статьи, доклады, монографии, выступать на конференциях, а значит, постоянно трудиться. Только пройдя всю дистанцию от постановки задачи до результата, можно подняться до уровня космонавта в его высоком предназначении.

Кроме того, успех полета во многом зависит от знания условий как внутри космического корабля, так и снаружи. Невесомость, микрогравитация, состав внутренней атмосферы, электромагнитное поле, радиация, акустический фон, освещенность - надо знать и понимать, как все это влияет на человека и на проведение исследований, иначе все усилия могут оказаться напрасными, так как результаты будут искажены под действием этих факторов. Корабль - живой организм, он имеет свою ауру, которая меняется в зависимости от его конфигурации, выбросов продуктов сгорания двигателя ми, воздействия на покрытия станции микрометеоритных потоков солнечной радиации и т.д. Без учета влияния этих факторов нельзя быть уверенным в достоверности полученных результатов исследований.

При этом важно знать и свои возможности как наблюдателя: разрешающую способность глаз, их цветочувствительность, изменчивость на протяжении длительного полета в зависимости от внутреннего состояния и внешних условий. Чтобы не обмануться, приняв желаемое за достоверное, надо уметь распознавать объекты исследования среди множества других и давать их описания на языке специалистов. Различать океанические течения, вихревые структуры на фоне ветровой ряби, состояние водной поверхности при разной освещенности, определять по цвету наличие взвесей и планктона, характер дна и глубину. Узнавать полярные сияния, эмиссионные слои, "серебристые" облака, зодиакальный свет на меняющемся фоне горизонта, понимать природу их возникновения, связь с солнечной активностью и районы возможного появления в разное время года и суток, находить особенности в этих явлениях и процессах.

Недавно, беседуя в Центре подготовки космонавтов с космонавтами 13-го набора, с удивлением узнал, что в системе их подготовки мало что изменилось. До сих пор молодые космонавты лишены возможности знакомиться с опытом своих товарищей по их послеполетным отчетам, потому что экипажи их не пишут. И даже с докладом Юрия Гагарина их не знакомят! А ведь он был не просто первым человеком в космосе - Гагарин был первым его исследователем, который по тому времени очень полно ответил на многие вопросы о состоянии невесомости, о звездах, о Земле, о том, что он увидел и почувствовал там. К сожалению, в дальнейшем эта нацеленность размылась и все свелось к грамотному выполнению полета, а индивидуальность космонавта растворилась.

Венцом полета должен быть личный отчет, по которому можно судить о профессионализме экипажа и каждого космонавта. Это единственный объективный критерий их уровня и достижений. Однако на его написании так никто и не настаивает, а желания писать мало кто испытывает. Поэтому их опыт не обобщается и другим недоступен. Не понимаю, как можно уходить в следующий полет, не отчитавшись за предыдущий. Если бы отчитываться после полета было неукоснительным правилом для каждого космонавта - с анализом работы техники, всех звеньев обеспечения полета, своих успехов и неудач, то это не только подняло бы их ответственность, но во многом изменило бы отношение к деятельности космонавтов на борту со стороны разработчиков космической техники, постановщиков экспериментов, да и общества в целом. По документированному, а не словесному докладу Государственной комиссии можно было бы дать оценку каждому, его способности к этой работе и возможности дальнейшего использования. И космонавты различались бы не по количеству полетов и времени, проведенному в космосе, а по реальному вкладу в дело. Это придало бы им уверенность высказывать свою точку зрения и отстаивать ее, чувствуя себя защищенными от конъюнктуры оценок и предвзятых мнений при назначении в экипаж.

Чтобы возродить былой интерес общества к пилотируемым полетам, было бы неплохо восстановить и забытую традицию, когда космонавты после полета выступали по телевидению, на радио, рассказывая о своем полете, и с публикациями в прессе. Но для этого космонавт должен быть готов вести диалог, не просто перечислять названия выполненных им экспериментов, а, как проводник, приоткрывать тайну устройства мира, который нас окружает, привлекая людей новизной взгляда и убедительными результатами, а не голословными заявлениями.

Подготовка к полету дает уникальную возможность сохранить свой опыт овладения профессией, а в дальнейшем рассказать о самом полете и личных впечатлениях, если космонавт приобретет привычку вести дневниковые записи как документ общения с собой. Такая работа требует постоянного напряжения мысли, тренирует мозг, заставляет анализировать свои поступки, промахи и делать выводы, учит думать и сопереживать.

Но дневник дневнику - рознь. Я говорю не о хронике внешних событий, а о процессе осознания того, с чем сталкиваешься и что преодолеваешь, с поиском своего места в жизни. К этому надо готовиться на Земле, так как вести систематические записи на борту себя не заставишь, если не будешь увлечен и способен находить новое ежедневно и ежечасно. С одной стороны, это оправдает твое напряжение, а с другой - облегчит жизнь в дальнем полете. Ведь никто не проанализирует тебя лучше, чем ты сам, тем более трудно обманывать себя в дневнике. Такой документ чрезвычайно важен как память, на него всегда можно опереться, с кем бы ни общался потом. Всех интересует человек: его переживания, взаимоотношения, преодоления, увлечения, слабости, мир каждого, который неповторим. Эту потребность души американцы вменили в обязанность своему космонавту Лерою Чиао, участнику 10-й экспедиции на МКС, считая, что по его дневникам они смогут понять что-то в поведенческих проблемах космонавта в дальних полетах. Но это бессмыслица - ожидать от человека искренности, если он знает, что в его мир вторгнется чужой взгляд. Нельзя свести сложное в человеке к его проекции.

Только увлеченный человек при решении общей задачи всегда будет бороться за результат, если же нет - при первых неудачах откажется от борьбы, найдя себе оправдание. Стоит один раз уступить, потянется другая уступка, и все - больше не будет сил добиваться нового, открывать его для себя и других. Потухнет взгляд и творческий настрой, начнешь скисать и тянуть лямку до конца полета, но это мучительно трудно, в худшем случае это может привести и к психологическому срыву, а значит, к досрочному прекращению полета.

Правда, устремленность в работе нередко вызывает противодействие, желание утрамбовать, подогнать под общие правила. И надо быть готовым к этому, здесь каждый выбирает сам - пойти на поводу обстоятельств или отстаивать себя. Но эти трудности несравнимы с перспективой твоего роста как личности, их неизбежность со временем осознаешь как шелуху недопонимания, которая слетит, утвердив главное - твой характер и индивидуальность. Поднявшись на свою вершину, становишься заметен, кому-то можешь нравиться или нет, но мастерство дает признание, выделяет.

К полету очень важно готовить не только себя, но и семью: к общению с тобой и твоими товарищами, где мы, как экипаж, неразделимы. Это умение понимать близкого человека на расстоянии, чувствовать взаимоотношения на борту, вовремя поддержать шуткой, воспоминаниями, встречей с друзьями, не разделяя, а объединяя, - огромное подспорье в длительных полетах. Оно создает более комфортную среду, защищая от проявления эгоизма, зависти, соперничества.

Для нового поколения космонавтов звездопад закончился - и к лучшему, так как свои звезды придется ковать самим. Это огромный труд, но заслуга будет личной, а не политизированно-наносной. Однако появились другие трудности, связанные с шелестом денег, и здесь важно удержаться от подмены человеческих ценностей чрезмерным прагматизмом. Кроме того, непозволительно затаптывать дорогу в космос, силой влияния превращая профессию в клановую, подобно престижным профессиям на Земле. Иначе мы ломаем дух первооткрывателей, разрушаем благородство соперничества достойных на пути в космос.

Бывает и так, что человек не соответствует достижениям, в которых участвовал, потому что это не было смыслом его жизни, а привлекла романтика. В таком случае он, оставаясь приложением к историческим вехам космонавтики, привыкая к этому, оказывается неспособным к общению на должном уровне со специалистами и обществом. Состояние полета быстро проходит, а внутреннее содержание вдруг оказывается слабым, и, если не зацепился в своем развитии тем, что тебя заинтересовало и увлекло, остается лишь рассказывать о том, что ты когда-то летал, видел, делал. Упустив возможности для приложения сил, которые дает пребывание в отряде, человек приходит в тупик. И тогда его работа как космонавта завершится к 50-ти годам, в расцвете сил, если он не проложил дорогу к своей послеполетной деятельности.

Случается, что в публичных выступлениях некоторые из летавших в космос, чтобы поддержать гаснущий ореол былых свершений, расцвечивают свои достижения небывалыми подробностями и даже склонны осуждать действия своих товарищей. К сожалению, они не понимают, что, привлекая внимание публики таким образом, принижают нашу профессию. Это еще раз подчеркивает важность проблемы отбора космонавтов.

После окончания каждого полета космонавт не знает, когда полетит в следующий раз. Это время может длиться годами, и его надо не упустить, чем-то заполнить. Если не увлек себя творчеством, останется одно - продолжать совершенствоваться в технической и спортивной подготовке. При этом появится масса забот, которые создадут ощущение большой занятости, а на самом деле ты оказываешься в положении ожидающего в очереди на следующий полет, растянутой на годы потерь. В таком случае ты - вечный ученик и ничего нового не привнесешь, какой бы полет ни ждал.

Способствует этому то, что до сих пор нет четкого определения профессии космонавт. К примеру, мореплаватель отличается от моряка тем, что осваивает нехоженые просторы морей и океанов. В понятии "космос" заключена вся Вселенная вместе с нами и нашим миром. Космонавт - тот же мореплаватель, а мы уподобили его моряку. Отталкиваясь от Земли, он уходит в неизведанное, как в свое время землепроходцы, которые прошли Сибирью до Тихого океана. Их описания - уникальные документы, ориентиры в земном пространстве.

К сожалению, неправильная расстановка акцентов в предназначении долговременных орбитальных станций затормозила не только творческий рост космонавтов, но и развитие научных исследований на беспилотных аппаратах. Погоня за увеличением длительности пилотируемых полетов привела к тому, что научный выход станций "Салют", "Мир", МКС оказался низким. Это произошло потому, что до сих пор нет четкого представления, какие эксперименты целесообразно поручать человеку, а какие проводить без него. Ведь человек, подменяя возможности автоматики, не только способствует повышению надежности работы систем станции и научной аппаратуры, но своим присутствием значительно удорожает исследования и снижает чистоту условий их проведения. Неслучайно главный конструктор межпланетных станций "Венера", "Марс", кораблей, доставивших на Землю лунный грунт, Г. Н. Бабакин говорил: "Может быть, я пристрастен, но я не знаю, чего не могут автоматы". Только определившись с кругом задач, недоступных автоматическим аппаратам, поймем, что должен взять на себя человек с уникальным сочетанием пытливого ума и умений, позволяющих ему находить решения в непредвиденных ситуациях, корректируя каждый последующий шаг анализом предыдущих.

Несмотря на то, что в космос уже летают туристы, будет большим заблуждением считать, что профессия космонавта переходит в разряд обычных. Нельзя путать ближний космос, где мы связаны с Землей, с проникновением в его даль. Поэтому те, кто будет удаляться от Земли, никогда не станут рядовыми космоса, и выбирать их предстоит из тех, кто в полетах у Земли докажет свое право олицетворять нашу планету. Таких людей надо готовить уже под эгидой ООН, чтобы они укрепились верой в общечеловеческие ценности, несмотря на свою национальную и государственную принадлежность.

Планируя полеты на Марс, нужно понимать, что Человечество значительно изменилось по сравнению с началом эры освоения космоса, и азартом политических амбиций его не проведешь, как и демонстрацией технических возможностей и выносливости человека. Пока мы не добьемся единства взглядов на будущее, ожидаемый результат не сможет компенсировать ущерб от духа соперничества в стремлении доказать всем свое превосходство. Проникновение человека во Вселенную должно находиться в согласии с развитием общечеловеческого сознания. Иначе своими поспешными устремлениями мы скорее разрушаем жизнь несовершенным разумом, удаляясь от главной цели - жить лучше и спокойнее, а не в вечной погоне, теряя себя как носителей добра и таланта.


Случайная статья


Другие статьи из рубрики «Физика, астрономия, математика, космос»