Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

ЛЕДОВОЕ ПОБОИЩЕ НА КАСПИИ

А. Симонян, ветеран Великой Отечественной войны (г. Тольятти)

Недавно с большим интересом прочитал в вашем журнале статью академика Ю. Израэля "Какую погоду ждать на Земле?" (см. "Наука и жизнь" № 1, 2002 г.). В ней шла речь о глобальном изменении климата, о влиянии на этот процесс жизнедеятельности человека и о природных катаклизмах разрушительной силы, которые, по мнению многих, происходят все чаще и чаще. И вспомнилась мне трагедия, связанная с необычным природным явлением, свидетелем и участником которой я стал почти 50 лет назад.

Случилось это зимой 1953 года в районе нефтепромыслов Каспийского моря. За несколько лет до этого там началась широкомасштабная разработка морских месторождений нефти. Для строительства гидротехнических сооружений на акватории Каспийского моря в Баку был создан научно-исследовательский и проектный институт "Гипроморнефть", где разрабатывались проекты морских нефтепромыслов Изберг-море, Артем-море, Гюргяны-море, Жилой-море, Челекен-море и известных всей стране Нефтяных камней. В 1947 году на территории Дагестана южнее Махачкалы заработал первый нефтепромысел Изберг-море. Через год эстакады и площадки для бурения скважин начали строить в республике Азербайджан в районе Апшеронского полуострова.

Зимой 1953 года интенсивное строительство и добыча нефти шли уже на всех морских месторождениях. Но тут случилось непредвиденное. Из-за резкого потепления в северной части моря огромные ледовые поля оторвались от припая и гонимые ветром и морским течением поплыли на юг. Такого не случалось на Каспии ни до, ни после этих событий, хотя прошло уже 49 лет.

Первым препятствием на пути ледовых полей было Избергское месторождение. Понимая сложность ситуации, правительство республики приняло решение бомбить льды на дальних подступах к нефтепромыслу и посыпать ледовый панцирь угольным порошком для более интенсивного таяния. Ни то, ни другое не помогло. В первую очередь льды сковали несколько стоявших у причала промысловых катеров. Один из них перевернулся вверх килем, погубив всю команду. Больше людских потерь не было. Затем ледяной панцирь плотным кольцом сжал сооружения Изберг-моря, и началось его разрушение. Эстакады и площадки одна за другой разваливались, как карточные домики. Ледоколов в то время на Каспии не было, да если бы они и были, не смогли бы справиться со стихией.

Помочь руководству нефтепромысла направили главного специалиста "Гипроморнефти" Я. Е. Шкапенюка и меня (тогда я работал главным инженером проекта морских гидротехнических сооружений института "Гипроморнефть") . Только там я понял, насколько необоримы силы природы. Два дня и две ночи мы безуспешно боролись со стихией. На исходе вторых суток все было кончено. На месте нефтяных вышек над льдинами торчали лишь искореженные фрагменты конструкций. Подавленные случившимся и своим бессилием, мы вернулись в Баку, в душе надеясь, что у нас такого случиться не может - все-таки намного южнее. Но уже через два дня стали поступать тревожные метеосводки о движении льдов к Апшеронскому полуострову.

Несколько проектировщиков, в том числе и я, поехали на остров Артема - форпост нефтепромыслов Апшерона - на помощь нефтяникам Артем-моря и Гюргяны-моря в случае возникновения чрезвычайной ситуации. Долго ждать не пришлось. Началось настоящее ледовое побоище, которое продолжалось две недели. Мы постоянно дежурили на обоих объектах. Когда ледовые торосы начинали сносить опоры эстакад, сопровождавшие нас военные пускали в ход толовые шашки. Лед крошился у опор, пропуская часть льдин под них, но тут же начинал давить с новой силой. Слышался характерный скрежет деформируемого металла, пролетные строения уходили под воду, а ледовые поля продолжали свое движение. Мне пришлось увидеть своими глазами, как огромные участки эстакад длиной 300-400 метров с проложенными по ним трубопроводами, силовыми кабелями, со столбами освещения и площадки с действующими скважинами медленно уходили на морское дно. Но мы успели заглушить скважины и не допустили разлива нефти. Так день за днем люди отступали под напором стихии.

>

Когда ледовые поля, уничтожив Артем-море и Гюргяны-море, двинулись в сторону Нефтяных камней, это стало для нас самым страшным испытанием. К тому времени на промысле было построено около 50 километров эстакад, двести площадок, два парка товарных резервуаров, два причала для швартовки танкеров, несколько нефтесборных пунктов, два жилых поселка. На насыпной территории стояла действующая дизельная электростанция. Там же возводился городок из 9- и 12-этажных кирпичных домов. И все это огромное хозяйство оказалось под угрозой уничтожения.

Поначалу не верилось, что льды доберутся до "камушков", ведь до них оставалось ни много ни мало 100 километров. Но метеосводки ежедневно убеждали нас, что трагедия неотвратима и Нефтяным камням не избежать участи других месторождений. Первое, что сделало руководство нефтепромысла, - приняло решение заглушить действующие скважины и отправить на берег весь персонал: буровиков, эксплуатационников, электриков, строителей, медиков. На вахте остались 50 человек из командного состава, бригады пожарных и рабочих, два метеоролога, два радиста и двое специалистов из "Азморнефти". Перед ними стояла задача: не допустить возникнове ния пожара и по мере разрушения конструкций отступать на южную сторону нефтепромысла, где на чистой воде их ждали три торпедных катера Каспийской флотилии.

Наступил самый драматический момент - ледовые поля соприкоснулись с первым объектом. Им оказался парк товарных резервуаров с десятью емкостями по тысяче тонн каждая. Нефти в них, слава богу, не было, накануне ее перелили в танкер и отправили на материк. Под натиском льда заскрежетали первые сваи, но площадка и резервуары устояли. И тут случилось то, что иначе, как чудом, назвать нельзя. Ветер, много дней дувший с востока, мгновенно стих, а потом, быстро набирая силу, задул с запада. Льды остановились ненадолго и поплыли туда, откуда пришли. В это время резко потеплело, и они растаяли, не дойдя до месторождений, которым нанесли огромный урон. Надо было видеть радость людей, не ожидавших такого поворота событий. Они думали, что трагедия на Нефтяных камнях неотвратима.

После ледового побоища у буровиков и строителей наступила горячая пора. Они начали восстанавливать потерянные скважины, эстакады, площадки и другие гидротехнические сооружения. Почти одновременно начался ремонт скважин. За время остановки добычи они забились песком. Ремонтникам приходилось поднимать трубы наверх, развинчивать, извлекать из них сцементированный грунт, а потом снова опускать их в скважину. Хорошо, что на острове Артема скважины не очень глубокие - несколько сотен метров. На Нефтяных камнях они глубже, но там восстановление шло легче, ведь не работали они всего сутки.

Уже через полгода все нефтепромыслы работали. Добыча нефти достигла прежнего уровня и быстро превысила его. Не повезло лишь Избергскому месторождению. Восстанавливать его не стали из-за бедности нефтеносного слоя. Вот какие "сюрпризы" преподносит природа.



Случайная статья


Другие статьи из рубрики «Грозные силы природы»