Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

ГАРРИ - ВУНДЕРКИНД И ГЕНИЙ ИГРЫ. ЭПИЛОГ

Кандидат технических наук Е. ГИК, мастер спорта по шахматам.

Осенью 1980-го я отправился в Баку на международную конференцию по кибернетике. Председательствовал на ней "чемпион мира" по экономике, лауреат Нобелевской премии Леонид Канторович. Забот предстояло немало: лекции, семинары, научные беседы. Но легко представить состояние человека, пишущего о шахматах и попавшего в город, где проживает восходящая шахматная звезда. Идея о встрече с Каспаровым родилась сама собой.

Мне повезло: буквально накануне Гарри вернулся из Германии, где завоевал звание чемпиона мира среди юношей, и уже через два дня в обществе "Знание" выступал перед поклонниками шахмат, своими многочисленными болельщиками. Сюда и привела меня мама гроссмейстера, а позднее, когда вечер закончился, пригласила домой на их бакинскую квартиру.

Обеспечим библиотеки России научными изданиями!

За истекшие годы Каспаров дал не одну сотню интервью. И все же, уверен, та давняя беседа с гроссмейстером-вундеркиндом будет любопытна читателям. Впрочем, многие вопросы ныне потеряли свою актуальность, и я приведу лишь те, ответы на которые интересно прочитать и сегодня, тем более, что это была пора, когда закладывался фундамент будущих достижений и формировался характер творческой личности чемпиона.

- Гарри, расскажите про свои любимые книги (в моем списке этот вопрос значился где-то в середине, но я взглянул на книжные полки, и он вырвался у меня первым).

- Ну и задачу вы мне задали. Вот видите, стоят двести томов "Библиотеки всемирной литературы". Большую часть из них можно перечитывать до самой пенсии. Неслучайно столь печальный вид приняли суперобложки многих книг.

- Может быть, назовете хотя бы излюбленные жанры?

- Первое место, безусловно, занимают исторические романы. Если желаете, перечислю эпохи, особенно волнующие меня: история Рима, Цезарь, древняя история, Средневековье, рубеж XIX и ХХ веков, франко-прусская война, объединение Германии, Первая и Вторая мировые войны. Помню, как в детстве отец читал мне вслух "Подвиг Магеллана" Стефана Цвейга. Когда я в достаточной степени овладел азбукой, перечитал Цвейга сам. А одной из моих первых книг, как ни странно, оказался "Наполеон" Тарле. Пора, кстати, перечитать и ее. В свое время сильное впечатление произвел на меня "Успех" Фейхтвангера. И, конечно, не только своим названием, хотя, садясь за доску, я всегда надеюсь на успех. Вслед за этим романом я проглотил и все собрание сочинений великого немецкого писателя. К числу дорогих мне книг я отнес бы и "Историю Французской революции" князя Кропоткина. Среди любимых писателей также Джек Лондон и Эрнест Хемингуэй. "Старик и море" я прочитал в тринадцать лет. Рассказ так потряс меня, что я поглощал его раз за разом и никак не мог вернуться в состояние равновесия. Человек борется с природой, океаном, а мне все казалось, будто идет смертельное сражение за шахматной доской. И только позднее, когда в руки попала другая великая книга Хемингуэя - "По ком звонит колокол", я избавился от этой навязчивой идеи.

- В отрочестве часто увлекаются фантастикой, детективами, - попытался я перевести беседу на более легкую волну.

- И я не был исключением. Но, признаюсь, после шестого класса несколько поостыл к фантастичес ким романам. А детективы никогда не увлекали меня. Не знаю почему, может быть, оттого, что детективных сюжетов хватает мне в шахматных партиях...

С приключенческим жанром связана у меня одна не очень веселая история. Помню, на турнире в Минске, где я стал мастером, во время какой-то партии заторопился в гостиницу, там меня ждал недочитанный "Граф Монте-Кристо". Тут же последовал обидный "зевок" на доске, и партия быстро закончилась, причем не так благополучно, как эндшпиль в романе Дюма.

- Не раз доводилось слышать: поэзия - вот истинный конек юного гроссмейстера из Баку. Не поделитесь ли своими поэтическими пристрастиями?

- Лучше я прочитаю свои любимые стихи:

Поэт в России - больше,
чем поэт.
В ней суждено поэтами
рождаться лишь тем,
В ком бродит
гордый дух гражданства,
Кому уюта нет,
покоя нет...

Надеюсь, вы догадались - это из пролога к поэме Евгения Евтушенко "Братская ГЭС". Если бы ваш список вопросов был покороче, я бы прочитал вам ее наизусть от начала до конца. Крепко запала в память и другая поэма Евтушенко - "Казанский университет". О его лирических стихотворениях я уже не говорю.

- В "Молитве перед поэмой", которую вы начали декламировать, автор обращается за "помощью" к великим русским поэтам - Пушкину, Лермонтову, Некрасову, Блоку, Пастернаку, Есенину, Маяковскому. Хорошо ли вы знакомы с русской классикой?

- У меня есть немало поэтических альманахов и книг, в которых представлены выдающиеся поэты разных веков. И я проштудировал эти сборники так же основательно, как и свежие выпуски "Шахматного информатора".

- Гарри, почему писатели могут тесно общаться между собой, даже болеть друг за друга, а вот дружеские визиты одного гроссмейстера к другому все чаще становятся исключением?

- Вот вы написали хороший рассказ, и прочесть его для всех будет удовольствие. Удачный же ход шахматиста, особенно его матовая атака, вряд ли доставит радость партнеру. Здесь и ищите корень зла. Увы, конкуренция за шахматной доской порой отражается и на человеческих отношениях. Ничего не поделаешь - гроссмейстеры прежде всего соперники, часто непримиримые. Борьба есть борьба, и различные конфликты неизбежны. Тем более, если речь идет о сильнейших игроках. Все они сосредоточены на узком пятачке, и интересы волей-неволей сталкиваются.

- Верите ли вы, что когда-нибудь сразитесь в матче за шахматную корону с Анатолием Карповым? (Большинство шахматных вопросов я удалил из интервью - уж слишком много воды утекло с тех пор. Но этот, хотя и выглядит теперь наивно, решил сохранить...)

- Увы, такая возможность лежит за пределами моего предвидения. О чем сильно мечтаешь, редко сбывается. Посмотрим, как пойдут дела, как сложатся обстоятельства. Слишком много барьеров еще надо преодолеть, к тому же моя игра зависит от массы причин - от формы, настроения, погоды. Вот годика через два, если в межзональном все сложится удачно, можно будет вернуться к этому вопросу.

- Вы почти перестали проигрывать. Не осталось никаких изъянов в игре?

- К сожалению, недостатков пока хватает.

- Каковы же они?

- Давайте я сначала избавлюсь от них, а уж потом назову!

- Гарри, в чем секрет вашего таланта?

- Не сочтите это за самонадеянность или, наоборот, за ложную скромность, но порой мне кажется, что ходы, которые я делаю на доске, довольно естественны, и их может сделать любой мастер. Нет, определенно не берусь объяснить способности, которые мне достались.

- Но какие-то из них можно попытаться выделить, например память?

- Память моя обладает свойством магнитной ленты - все ненужное быстро стирается. Довольно редко подводит меня интуиция, на нее можно положиться. Что еще? Почти не зеваю, стараюсь не попадать в цейтнот, далеко просчитываю варианты.

- Этими качествами обладают и другие шахматисты, - я рисковал показаться чрезмерно настойчивым. - Но вы удивительно быстро пошли вверх...

- Я много трудился.

- А ваши энциклопедические познания - когда и как вы успели их обрести?

- Я много трудился.

...Беседа утомила нас обоих. Пора было переключиться на отвлеченные вопросы, не требующие большой сосредоточенности, список их еще не был исчерпан.

- Гарри, я вчера прогуливался по бульвару, любовался Каспием и обратил внимание, что на лавочках многие играют в нарды и домино, а в шахматы почти никто…

- А вы пройдитесь по другому, более "интеллектуальному" парку, здесь, в Арменикенде. В хорошую погоду, а она у нас в Баку почти всегда отменная, сотни людей, и молодых и старых, целыми днями не отходят от шахматной доски. Не найдете ни одной свободной скамейки! В детстве я и сам не раз сбегал сюда с уроков. Насколько помню, в этом парке состоялись мои первые шахматные бои со взрослыми.

- А что скажете про другие игры?

- Чтобы немного отвлечься от дебютных изысканий, я иногда переключаюсь на разные настольные игры, например нарды. Правда, особенно не выкладываюсь, но, если серьезно настрою свой мозговой аппарат, соперникам придется туго. Память в любой игре хороший помощник. Но стоит ли эксплуатировать ее по пустякам?

- Как вы думаете, могли бы ваши способности проявиться в иной области?

- Не очень задумывался об этом. Может быть, в точных науках? В младших классах я увлекался математикой, особенно булевой алгеброй. Но всегда ощущал тягу к искусству, и если учесть природную интуицию, то шахматы, пожалуй, самая удачная точка приложения моих творческих сил.

- Мы уже беседовали о литературе. Давайте завершим культурную тему. Театр, музыка, танцы... Ничего, что сразу все в одном вопросе?

- Ну и ответ будет общий. У себя дома стараюсь не пропускать ни одной театральной премьеры. Даму веду не столь уверенно, как мой шахматный наставник Ботвинник - в свое время он танцевал с самой Улановой. Что касается музыки, то предпочитаю легкий жанр, ритмичные мелодии всегда служат фоном во время моих занятий. Под такой аккомпанемент в голову иногда приходят ценные шахматные идеи.

- Гарри, ходят слухи, что вы...

- "Ходят слухи тут и там, а беззубые старухи их разносят по умам", - пропел гроссмейстер хорошо поставленным голосом.

- Вы любите Высоцкого? - воспользовался я его подсказкой .

- Когда я узнал о его смерти, долго не мог прийти в себя. Я готов ставить Высоцкого круглые сутки, десятки его песен знаю наизусть.

(Замечу, что в первых поединках с Карповым, прежде чем отправиться на очередную партию, Каспаров непременно слушал записи Высоцкого, чаще всего "Кони привередливые", и голос любимого барда придавал гроссмейстеру уверенность.)

- Гарри, в ваши планы не входит перебраться из Баку в Москву?

- Мне и здесь хорошо. Такая, знаете ли, консервативная психология...

(Как известно, конфликт, возникший между Азербайджаном и Арменией, трагические события, произошедшие в 1990 году в Баку, привели Каспарова к трудному, вынужденному решению. Вместе со всеми родственниками он покинул город, в котором прошли его детство и юность, к которому прикипел всей душой, и переехал в Москву. Так печально закончился для него бакинский этап жизни. "Такого города больше нет, - сказал Каспаров, когда его позднее спросили про Баку. - Город - это не камни, а атмосфера и люди, которые там родились").

Беседа завершилась, а вместе с ней и мой визит к Каспаровым. Я упаковал свою технику в портфель, расправился с последней гроздью винограда, обменялся прощальными фразами с Кларой Шагеновной и вышел на улицу.

Уже темнело, и Гарри вызвался проводить меня до остановки автобуса. Мы шли по улице, и, поглядывая на своего спутника, я не мог не обратить внимание на его спортивную подтянутость, легкую упругую походку. Недаром плавание, бег и футбол занимали в распорядке дня будущего чемпиона почти столько же времени, сколько и шахматы. А на турнике Гарри мог подтянуться раз двадцать, и вряд ли кто-нибудь из гроссмейстеров составил бы ему конкуренцию в этом состязании.

- Вы в самом деле без всякой подготовки пробегаете "сотку" за 11 секунд? - спросил я у Гарри, когда мы приблизились к остановке. Как бывший спринтер, я знал, что это серьезный результат, близкий к первому разряду.

- Пожалуйста. Можем попробовать хоть сейчас.

Но в руке я держал портфель с магнитофоном и потому счел, что от участия в забеге разумнее отказаться.

Это интервью я взял у 17-летнего Гарри Каспарова осенью 1980-го, когда его шахматная карьера только начиналась. Впоследствии я, конечно, задавал чемпиону мира разные вопросы на его пресс-конференциях, но второе полноценное интервью взял у него спустя четверть века - осенью 2005-го, когда он уже оставил шахматы (хотя в это и не хочется верить).

Когда наша вторая беседа закончилась, я достал из папки фотографию, которую он подарил мне в том далеком, 1980-м.

- Давайте для порядка я распишусь на фотографии и сегодня, - сказал Гарри и поставил число и подпись.

Расскажем кратко о шахматной карьере нашего героя после того, как закончились его вундеркиндовские годы.

Взрослая жизнь Гарри Каспарова началась в 1981 году. Тогда состоялась очередная высшая лига, призеры которой выходили в межзональный турнир. Чемпионат страны во Фрунзе, третий по счету, закончился для Каспарова более чем успешно: вместе с Львом Псахисом он разделил 1-2-е места и завоевал золотую медаль. Энергичный старт в борьбе за шахматную корону был взят. Дальнейшие события происходили так же стремительно. Летом 1982-го Гарри выиграл сильный турнир в Бугойно, а в сентябре победил в московском межзональном. Итак, в 18 лет - Каспаров претендент на шахматную корону.

На олимпиаде в Люцерне, играя на второй доске, Каспаров показал блестящий результат - шесть побед и пять ничьих. Любопытно, что в матче СССР - Швейцария Карпов решил избежать встречи с Корчным, и заменивший Карпова Каспаров одержал фантастическую победу. Это привело к тому, что журналисты присудили ему шахматного "Оскара", первый раз в жизни. На закрытии олимпиады состоялась жеребьевка претендентских матчей, и в четвертьфинале Каспарову достался Александр Белявский.

Матч Каспаров - Белявский начался бурно: партнеры обменялись победами, тем не менее закончился досрочно - 6:3 в пользу бакинца. В полуфинале Каспарову предстояло сразиться с Виктором Корчным. Но власть, сделавшая ставку на Карпова, опасалась восхождения молодого бакинца. Поединок с "невозвращенцем" был сорван. Но в конце концов справедливость восторжествовала. Каспаров сыграл с вице-чемпионом: после напряженного старта, набирая обороты, победил Корчного со счетом 7:4, а в финале одолел Василия Смыслова - 8,5:4,5 и стал претендентом номер один.

Осенью 1984 года стартовал исторический марафон Карпов - Каспаров. Матч в Колонном зале начался для Каспарова катастрофически: в первых девяти партиях - четыре нуля. После долгой серии ничьих 27-ю партию снова выиграл Карпов и повел со счетом 5:0 (ничьи не засчитывались), но сделать решающий шаг он так и не смог. В 32-й встрече Каспаров "размочил" счет, и вслед за очередной серией ничьих последовали две его победы подряд. После 48 партий счет сократился - 5:3 в пользу Карпова, но всем было ясно, что дальше может меняться только цифра справа.

Обеспокоенные ходом поединка партийные и спортивные функционеры рассматривали различные способы спасения Карпова. Они заявили, что здоровье Карпова вызывает тревогу. Затем, 15 февраля 1985 года, состоялась скандальная пресс-конференция Ф. Кампоманеса, на которой он заявил, что все физические ресурсы участников чемпионата исчерпаны, и матч с их согласия завершается без объявления победителя. Разумеется, Каспаров никакого согласия не давал, а на официальном документе стояла только подпись Карпова.

Новый поединок был назначен на осень 1985 года. За три месяца до его начала Каспаров дал слишком откровенное интервью журналу "Шпигель". Кончилось это тем, что за три недели до старта было назначено заседание Шахматной федерации СССР, на котором Гарри собирались дисквалифицировать за его "антигосударственное выступление". Каспарову пришлось обратиться к А. Н. Яковлеву, и его вмешательство спасло положение. 1 сентября в Москве начался матч, в котором через два месяца родился 13-й, самый молодой чемпион мира по шахматам. Им стал 22-летний Гарри Каспаров, победивший Анатолия Карпова со счетом 13:11.

В последующие десять лет Каспаров сумел еще пять раз отстоять свой чемпионский титул. Трижды он играл с Карповым: матч-реванш в Лондоне в 1986 году (12,5:11,5 очка); далее - в Севилье - в 1987-м (12:12) и в Нью-Йорке - и Лионе - в 1990 году (12,5:11,5). Еще три матча Каспаров провел, выйдя из ФИДЕ. Выиграл у Шорта - 12,5:7,5 (Лондон, 1993) и Ананда - 10,5:7,5 (Нью-Йорк, 1995). А в 2000 году уступил Крамнику, к которому и перешло звание чемпиона мира, как ныне говорят, по классическим шахматам.

В составе сборной страны Каспаров - восьмикратный олимпийский чемпион и двукратный чемпион Европы. Он также трехкратный чемпион страны (последний раз - России) и победитель бесчисленного множества супертурниров и матчей. Был период, когда Гарри выиграл десять турниров подряд. Он - обладатель 13 шахматных "Оскаров". На рубеже веков рейтинг Каспарова достиг заоблачной высоты -2851, на 70 единиц больше, чем у Фишера.

С таким послужным списком можно спокойно уходить на шахматную пенсию, и все же сенсационное решение, принятое Каспаровым в марте 2005 года, потрясло весь шахматный мир. Когда идея объединения двух систем розыгрыша первенства мира окончательно рухнула и все попытки Гарри еще раз встретиться с Крамником не увенчались успехом (новый чемпион не сделал ни одного шага навстречу), у Каспарова пропала мотивация садиться за шахматную доску, и, выиграв свой последний турнир, Линарес-2005, он объявил, что покидает большие шахматы, его новое увлечение - политика.

Хотелось бы, конечно, чтобы спортивная биография Каспарова продолжилась и он взял свой ход назад. Поживем - увидим.


Случайная статья


Другие статьи из рубрики «Шахматы»

Детальное описание иллюстрации

Надпись на снимке, сделанную в 1980 году, объяснить легко: автор, с одной стороны, тогда еще активно занимался наукой, а с другой - уже писал (и даже выпускал книжки) и перед началом беседы подарил чемпиону свою юмористическую книжку 'Шахматные досуги'. Вторую подпись под фотографией Г. Каспаров поставил 25 лет спустя.