Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

АКАДЕМИК Ю. А. ИЗРАЭЛЬ: КАКУЮ ПОГОДУ ЖДАТЬ НА ЗЕМЛЕ?

Владимир ГУБАРЕВ

На одном из последних "Чаепитий в Академии" 2001 года писатель Владимир Губарев беседовал с директором Института глобального климата и экологии академиком Юрием Антониевичем Израэлем. Речь шла об одной из важнейших проблем, волнующих человечество: грядет ли глобальное потепление и какие сюрпризы оно принесет в XXI веке? Обсуждался и такой актуальный вопрос: как влияет на климат антропогенное воздействие на природу?

Нынче планета Земля живет неспокойно. Я имею в виду не террористические акты, войны, захваты заложников, акции "Возмездие" и прочие трагедии, которые люди устраивают себе сами. Бог, как говорится, нам судья. Остается только надеяться, что дети и внуки будут разумнее, чем мы. Но вот с планетой, где людям суждено жить всем вместе, происходит что-то неладное: ее будто разъярил кто-то. Может быть, в этом тоже виновен человек?

Внимание ученых сегодня сконцентрировано на климате - одной из важнейших составляющих системы жизнеобеспечения на планете. Они пытаются разобраться, какая судьба уготована Земле, будет ли новое похолодание или, напротив, ждать потепления? Не раз на Президиуме Российской академии наук шел разговор о "капризах" погоды и климата, ведь от ученых общество ждет точных прогнозов. Причем не только на ближайшее будущее, но и на весь ХХI век.

Академик Юрий Антониевич Израэль возглавляет Институт глобального климата и экологии Росгидромета и РАН и одновременно ведет целое научное направление. Он академик - секретарь отделения океанологии, физики атмосферы и географии РАН. Ему по должности положено знать ответы на подобные вопросы. Но интерес к мнению и выводам Израэля вызван еще и тем, что в нашей Академии наук, пожалуй, нет другого ученого, который занимался бы проблемами погоды на Земле столь комплексно, широко и в то же время детально. Именно он заявил, что антропогенные изменения климата - явление очень серьезное, но оно не приведет к глобальной катастрофе. Кстати, сей факт признан мировым научным сообществом: Израэль - вице-председатель Межправительственной группы экспертов по изменению климата, и его авторитет бесспорен.

Весной 2001 года академик Израэль сделал доклад на Президиуме РАН, а в сентябре был в Лондоне на заседании Межправительственной группы экспертов по изменению климата. Так уж получилось, что и в Москве и в Лондоне он участвовал в составлении климатических прогнозов до конца ХХI века.

Наша встреча произошла в здании Академии наук, что на площади Гагарина, сразу же после возвращения Израэля с берегов туманного Альбиона... Не буду скрывать: мы дружны с Юрием Антониевичем, знаем друг друга добрых два десятка лет, вместе работали в Чернобыле, затем публикова ли (впервые в истории!) карты радиационного загрязнения местности в "Правде", бывали на экспериментах, связанных с использованием ядерных взрывов в мирных целях, и, наконец, работали в комиссии по Байкалу.

Я спросил академика:

- Что происходит с климатом? Насколько мы, обыватели, можем судить, творится что-то неладное: то жарища стоит немыслимая, то вдруг среди лета холода. Или всегда так было?

- Определенные представления о том, что происходит, у нас есть. "Проблема климата" - именно так это звучит сегодня - интересует многих крупных ученых, представляющих разные направления науки. Одни весьма успешно занимаются моделированием процессов, которые могут влиять на климат, - эти работы возглавляет академик Гурий Иванович Марчук. Другие анализируют фактическое состояние климата. Вся гидрометеорологическая служба ведет наблюдения за погодой, а климат - это усредненное состояние погоды за год, десять и более лет... В общем, тысячи специалистов занимаются климатом, потому что его изменения влияют абсолютно на все, что происходит на земном шаре.

- Причем, как я понимаю, влияют, оказывается, по-разному?

- Конечно. Надо учитывать климатические условия - это банальная истина. За пренебрежение ею приходится расплачиваться... Я вспоминаю один эпизод из строительства БАМа. Возводили мост через один из притоков Амура. Не приняв во внимание информацию о возможных осадках в горной местности, подняли его над водой всего на три метра, хотя я предупреждал, что его высота должна быть более 14 метров. Не послушались, не стали тратить лишние государственные средства. А весной мост снесло, так как при паводке вода поднялась до той самой 14-метровой отметки. Этим примером я хочу показать, что прикладная климатология, которая дает информацию, необходимую в повседневной деятельности человека, в том числе и строителей, очень нужна. Но, подчеркиваю, сейчас особое внимание мы уделяем антропогенным изменениям климата.

- Если теплеет на планете, это закономерность или случайность?

- Факт налицо. Ученые первыми стали говорить о том, что происходит потепление климата. И, естественно, возник ряд вопросов: что будет происходить в результате повышения температуры; как это повлияет на экономику, на жизнь и здоровье людей, на биосферу в целом? Мы пытаемся на них ответить.

- Теперь я понимаю, почему однажды вы изменили свою судьбу - оставили руководство Гидрометом и создали Институт глобального климата и экологии: у вас появилась возможность обобщать результаты исследований, которые проведены в прошлом и ведутся сейчас...

- В 1978 году произошло уникальное событие в исследовании мирового климата. По инициативе Всемирной метеорологической организации в Египте собралась группа ученых. СССР представляли я и еще два эксперта. Были специалисты из США, Англии, Филиппин (в этой стране весьма активно занимаются проблемами климата). В таком "узком кругу" мы начали обсуждать будущее всемирной климатической программы и после длительных дебатов предложили четыре направления: наука, прикладная климатология, наблюдение и некий новый раздел, название которого можно перевести с английского как "воздействие человека на климат и окружающую среду", иными словами, раздел по изучению изменений климата, которые вызваны антропогенным воздействием. Мы полагали, что из числа факторов, влияющих на климат, необходимо выделить именно антропогенную составляющую, чтобы потом каким-то образом попытаться нейтрализовать ее. Однако этой проблемой долго никто не занимался. Считалось, что антропогенный фактор не влияет на климат планеты, да и специалистов в этой области было недостаточно. В 1979 году прошла первая конференция по изменению климата, но об антропогенном направлении серьезного разговора тогда не было, просто упоминалось о нем и не более. Однако ко второй конференции, прошедшей в 1990 году, ситуация изменилась кардинально. На этот раз речь шла в основном об изменении климата под влиянием антропогенных воздействий. Дело в том, что за два года до этого под эгидой ООН и Всемирной метеорологической организации (ВМО) была создана Межправительственная группа экспертов, которая начала анализировать все исследования, проводимые в мире в этой области. Я работаю в группе со дня основания, а последние пять лет - ее вице-председатель. Мы изучили все доступные данные о последствиях антропогенных изменений и их влиянии на жизнедеятельность человека. Оказалось, что они весьма существенны и не учитывать их нельзя. Это целая научная проблема: ученые должны решить, во-первых, на что влияют антропогенные изменения климата и каков опасный уровень этого воздействия? И во-вторых, что нужно делать обществу, людям, принимающим решения, для того чтобы не допустить негативных воздействий изменяющегося климата на природу и деятельность человека?

- А если это не негативные, а позитивные факторы?

- И это необходимо знать и учитывать! К примеру, через Филиппины регулярно проходят сильнейшие ураганы с ливнями. Ураган все ломает и уничтожает на своем пути, вызывает мощнейшие наводнения. Люди, естественно, страдают, более того - гибнут. Но страна, оказывается, не может жить без таких ураганов - они приносят с собой влагу, без которой джунгли погибнут. А что будет с ураганами при антропогенном изменении климата? Знать это необходимо. Поэтому на упоминавшемся обсуждении проблемы в 1978 году в Египте специалисты из Филиппин были активными инициаторами новой программы изучения климата.

- Теперь, наверное, стоит поговорить о лондонской встрече экспертов. Что вы там обсуждали?

- Мы подводили итоги пятилетней работы. Ее результатом станет доклад, обобщающий наши знания о современном климате, включая прогнозы. Он адресован как ученым, так и руководителям всех стран.

- Из выводов, к которым вы пришли, можно выделить главное?

- За сто минувших лет температура воздуха в Северном полушарии повысилась на 0,6 градуса Цельсия. Казалось бы, совсем небольшая величина, но она весьма заметна: мы четко фиксируем изменение климата в отдельных регионах, иным стало распределение осадков, нарушилась привычная повторяемость экстремальных явлений - наводнений, ураганов, тайфунов.

- Что же нас ждет впереди?

- К сожалению, обрадовать не могу: стихийные бедствия будут случаться чаще, чем в прошлом. Предполагается, что их мощь будет нарастать. Экономической стороной этого вопроса занимается отдельная рабочая группа.

- Она что, определяет, сколько "стоит" то или иное бедствие?

- Не совсем. Речь идет о предотвращении негативных явлений, вызываемых изменением климата. Ведь на каком-то этапе можно перешагнуть ту грань, за которой процессы станут необратимыми, и тогда наступит катастрофа. Рабочая группа должна дать рекомендации, каким образом можно избежать надвигающейся катастрофы и сколько средств для этого нужно.

- Сейчас прогнозов делается много, и, что я заметил, один страшнее другого. Для этого есть основания?

- Проблема климата и его изменений, как естественных, так и антропогенных, исключительно сложна. Чтобы быть экспертом в этой области, надо обладать обширными знаниями и надежными фактическими данными. Между тем те, кто их не имеет, тоже считают себя специалистами, а это существенно затрудняет объективное понимание сути происходящих явлений. Есть люди образованные, но не компетентные в данной области, есть те, кто использует вполне понятный интерес к погоде и климату в своих целях. Они проводят всевозможные встречи и совещания, делают якобы научные доклады, из которых явствует, что в ХХI веке из-за повышения температуры на планете будут затоплены не только Санкт-Петербург, но и Москва. Такого рода прогнозы и пророчества появляются и в средствах массовой информации. Вот почему так важен доклад, подготовленный нами в Лондоне. Его выводы основаны на точных наблюдениях и научно обоснованных прогнозах. Я бы назвал этот документ своеобразной маленькой энциклопедией климата.

- Короче говоря, надо верить только ему?

- Я это могу смело рекомендовать.

- Итак, мы установили, что климат меняется. И что же делать?

- Это второй вопрос, который мы рассматривали в Лондоне. Ответить на него весьма сложно. Предположим, мы знаем, как будет меняться климат в новом веке. Нужно ли что-то предпринимать в связи с этим или нет? Подчас вмешательство человека может усугубить негативные последствия изменения климата, так как мы пока не способны в полной мере оценить наше воздействие на природу. В Лондоне мы, в частности, рассматривали сценарии будущего планеты в зависимости от тех или иных изменений климата. И таких сценариев было сорок! В каждом из них речь шла об энергетике, ее влиянии на развитие человечества.

- Что вы имеете в виду?

- Поясню. Всю энергию мы получаем от Солнца, ее величина практически постоянна. Однако в ХХ веке в результате деятельности человека атмосфера стала "грязнее" (увеличилась концентрация парниковых газов), отчего она поглощает больше тепла. Вследствие этого парниковый эффект усилился. Образно говоря, "солнечная печка" начала греть поверхность планеты чуть больше. Интересно, что влияние парникового эффекта более всего проявляется в так называемом приземном слое атмосферы. Антропогенное воздействие распространяется, конечно, на всю атмосферу, но нас интересует тот слой, где живет человек. В ХХ веке температура в нижнем слое атмосферы повысилась на 0,6 градуса, а прогноз на ХХI век, по оценкам различных сценариев, - рост температуры от 1,4 до 5,8 градуса.

- Они предполагают самые страшные катастрофы?

- И их в том числе. Но есть сценарии, в которых ничего особенного, заметного для землян происходить не будет. Такие варианты возможны, если развивать те виды энергетики, которые не сопровождаются выделением углекислого газа (одного из основных парниковых газов), а также заниматься энергосбережением.

- Вы имеете в виду атомную энергетику?

- Необязательно. Можно говорить и о солнечных батареях, и об энергии ветра, и о биотопливе.

- И все-таки, нас ждет очень жаркий ХХI век?

- В принципе, да. Однако нужно смотреть в будущее спокойно и трезво. Помните, многие предрекали чуть ли не вселенскую катастрофу, когда после войны в Кувейте начали гореть нефтяные скважины? По телевидению показывали страшные кадры пожаров и черное небо над головой. Но когда разобрались и все подсчитали, оказалось, что негативное влияние от горения нефти составляет всего лишь несколько долей процента от суммарного вреда всех выбросов, с которыми мы имеем дело. В регионе это, конечно, было заметно, но в масштабе всей планеты - практически нет.

- Ученые привыкли мыслить общепланетарными категориями, а каждого из нас волнует прежде всего то, что происходит рядом...

- В мире все взаимосвязано, а потому надо идти от общего к частному. Или наоборот. Вот почему проблема изменения климата в региональном масштабе - важнейшая задача.

- Если, к примеру, извержение вулкана происходит где-нибудь в Андах, влияет ли это на климат у нас?

- Конечно. А каково это влияние, нужно считать. После знаменитых извержений вулканов Кракатау (1883), Эль-Чичон (1982), Пинатубо (1991) в течение нескольких лет почти над всем земным шаром висела пелена пепла, и это привело к понижению температуры. Извержение вулкана в любой точке Земли влияет на погоду и климат, но учитывать влияние вулканической деятельности крайне трудно, поскольку ее очень сложно прогнозировать.

- Давайте остановимся лишь на одном сценарии, по которому, по вашему мнению, будет развиваться человечество. Что вам подсказывает интуиция?

- Интуиция и эмоции мало помогают науке. В выработке объективного суждения они могут стимулировать только вдохновение.

- Это уже немало!

- Конечно, но нужны еще знания и позиция ученого, который должен всегда иметь собственную и, по возможности, объективную точку зрения. А поскольку она редко совпадает с мнением властей, стремящихся упростить любую ситуацию, и с мнением общественности, склонной ее излишне драматизиро вать, ученый оказывается под огнем критики с обеих сторон. Такова уж его судьба.

- Прибавка температуры в полтора градуса - вдвое больше, чем было в ХХ веке! Это общая точка зрения?

- Температура будет повышаться, хотя не все специалисты так думают. В экстремальных сценариях рассматривается повышение температуры более чем на пять градусов. На мой взгляд, такое развитие событий маловероятно. Рассмотрим более или менее реальные сценарии, предполагающие повышение температур ы на полтора-три градуса...

- Но полтора градуса - тоже катастрофа?!

-Утверждать это пока нельзя. Сегодня самый острый вопрос: какой уровень температуры и концентраций парниковых газов в атмосфере опасен для климатической системы Земли? Именно он положен в основу Конвенции о предотвращении негативных последствий изменения климата. Этот документ был подписан на конференции в Рио-де-Жанейро десять лет назад. В нем сказано, что необходимо добиться стабилизации парниковых газов на уровне, не представляющем опасности для климатической системы. Я несколько раз выступал против такой формулировки.

- А что в ней плохого?

- То, что необходимо ее научное обоснование. А расшифровка такой формулировки - дело очень тонкое. Но как это ни парадоксально, ответственность в этом вопросе перекладывается с ученых на политиков. Теперь, по мнению многих ученых, именно политики должны решать, какой уровень парниковых газов опасен. Это бессмысленно, потому что большинство политиков понятия не имеют о климатической системе и тем более не могут судить об опасности того или иного воздействия на нее... Ученые должны давать рекомендации политикам, а уж потом те будут решать, что надо делать и какие средства тратить на стабилизацию климатических условий. Допустим, грядет потепление на полтора градуса. Надо понять: хорошо это или плохо?

- Для огурцов в огороде конечно же хорошо. Но для редиски уже не очень - она любит прохладу.

- А как скажется потепление на районах Крайнего Севера? Что будет происходить, к примеру, на Ямале? Предположим невероятное: там будет на двадцать градусов теплее. Пальмы все равно не вырастут. Так что повышение температуры - это вовсе не обязательно благо. Плюсы, безусловно, есть. Прежде всего, для энергетики. Например, повышение температуры на полтора градуса на европейской части России - это экономия полутора миллионов тонн нефти на отопление.

- Может быть, тогда топлива хватит и для Приморья...

- Все кривые температур, необходимые для расчетов топлива на отопительный сезон, есть в распоряжении администрации каждого региона. Когда чиновники кивают на капризы погоды, они, мягко говоря, лукавят: пытаются прикрыть свою безответственность и неумение работать. Между прочим, климатические справочники Советского Союза были лучшими в мире. Академик Михаил Иванович Будыко получил за них Ленинскую премию. К большому сожалению, совсем недавно его не стало.

- Но теперь надо вносить коррективы, потепление же!

- Продолжим поиски "плюсов", которые оно дает. Кроме энергетиков выгоду получат и работники сельского хозяйства: удлинится период вегетации растений, снизится вероятность заморозков в конце мая. Теперь об осадках: их станет меньше. Казалось бы, надо радоваться, но будут засухи. В Поволжье, к примеру, вероятность сильных засух увеличится по расчетам в два-три раза. Так что видите, "плюсы" вполне могут перейти в "минусы".

- Следовательно, пришел черед поговорить о них.

- С потеплением сразу возникает комплекс экологических проблем. Взять хотя бы сибирские леса. Они прекрасно себя чувствуют при 35-градусных морозах, а когда станет теплее, начнут болеть. Так что для предсказания тех или иных последствий потепления нужно знать и учитывать огромное количество факторов.

- Но самые большие неприятности будут связаны, как я понимаю, с вечной мерзлотой?

- Безусловно. Ее протаивание ухудшит ситуацию на огромных просторах России, поскольку в зоне вечной мерзлоты находится около 55 процентов нашей территории. При потеплении будут проседать дома, выходить из строя нефте- и газопроводы. Возможен выход из глубин вечной мерзлоты метана, а он тоже парниковый газ. И уровень моря начнет повышаться. По прогнозам, за сто лет он поднимется на 47 сантиметров. К счастью, этот процесс будет идти медленно, а значит, можно успеть принять меры. В этой связи в 1987 году в Японии был разработан Международный, так называемый Киотский, протокол об ограничении выбросов в атмосферу парниковых газов. В нем определены квоты промышленных выбросов только для развитых стран и стран с "переходной экономикой", таких, как Россия, в зависимости от их территории, численности населения и других особенностей. Большинство стран свои обязательства не выполняют и превышают указанные в документе квоты по вредным выбросам, за исключением стран бывшего Советского Союза. Мы не только выполняем, но и перевыполняем все нормы, так как промышленность у нас "рухнула". К примеру, выбросы двуокиси углерода уменьшились на одну треть. Это колоссальная цифра!

- Президент США выступил против Киотского протокола. По-вашему, он не прав?

- Президент Буш считает, что Киотский протокол несправедлив, потому что не накладывает никаких обязательств на развивающиеся страны, и не выгоден для США: чтобы полностью выполнить свои обязательства, они должны во многих регионах переходить в энергетике с угля на газ, а это дорого! Так что Буш-младший просто повторил то, что говорят ученые. Даже если всю промышленность развитых стран разом остановить, парниковый эффект все равно будет развиваться.

- Мы же намеревались продавать воздух! Даже появились фирмы, пытавшиеся торговать с другими странами квотами на выброс в атмосферу вредных веществ, выделенными России. По-моему, и члены правительства о таком "рынке" говорили...

- По некоторым прикидкам, Россия на продаже квот могла бы заработать более 10 миллиардов долларов. Возможно, и нашлись бы зарубежные партнеры, готовые пойти на такие сделки, но мы автоматически поставили бы свою промышленность под удар - ее развивать при исчерпанном запасе для возможного увеличения выбросов парниковых газов было бы невозможно либо невероятно дорого. Если бы рынок квот заработал без серьезного научного обоснования, это была бы крупная ошибка. Таково мое убеждение. И свою позицию я высказал при встрече Президенту страны. Киотский протокол ограничивает развитие промышленности во всех странах, несмотря на то, что названное в нем сокращение выбросов на 5-7 процентов несущественно влияет на климат. В то же время распределение квот подталкивает страны к их продаже. Я встречался с людьми, чьи умы заняты этим бизнесом. Они даже не вспоминают о климате, он их не интересует. Разговор у бизнесменов очень короткий: "Есть деньги, их надо взять!" Это психология временщиков.

-Президент согласился с вами?

- По крайней мере, свою точку зрения я ему изложил. На встрече в Генуе он предложил коллегам по "восьмерке" провести международную конференцию по климату в 2003 году и пригласить на нее не только ученых-климатологов, но и политиков, экономистов, промышленников, дипломатов, представителей общественности. Надеюсь, что на этом форуме удастся обсудить проблему изменения климата в ХХI веке детально и обстоятельно. Ведь, как ни странно, вопросов к Ее величеству Природе становится не меньше, а больше.

Владимир ГУБАРЕВ.
Из доклада на Президиуме РАН

"Прежде чем рассуждать о климате, надо дать его определение. В широком смысле этого слова термин "климат" определяется как средняя погода, а если более точно - как статистический режим состояния климатической системы (включающей в себя атмосферу, океан, поверхность суши, криосферу и биоту), описанной в терминах средних значений физических величин, характеризующих изменчивость погоды в масштабе времени от нескольких месяцев до тысячи и более лет.

Если говорить о естественном климате без учета антропогенных воздействий на него, то к настоящему времени реконструированы (восстановлены) климатические изменения за последнюю тысячу лет, которые имели колебания в сторону как повышения, так и понижения среднегодовой температуры".

***

"ХХ век - самый теплый за последние 1000 лет. В нем можно выделить повышение среднегодовой температуры в 1940-х годах (за счет ослабления вулканической деятельности) и заметное потепление в последние несколько лет. При этом самыми теплыми в ушедшем столетии оказались 1990-е годы, а 1998-й - максимально теплым годом ХХ века. Ученые фиксируют удлинение безморозного периода, уменьшение толщины морского льда, повышение температуры воды в океане, рост осадков от 0,5% до 1%. Тем не менее не замечены тренды (достоверное устойчивое изменение. - Прим. ред.) протяженности льдов в Арктике и Антарктике, нет сведений о понижении уровня залегания вечной мерзлоты. Повышение уровня Мирового океана не удается объяснить одним лишь тепловым расширением. Так что вопрос об антропогенном потеплении климата на нашей планете на 100 процентов еще не решен".

***

"Изменение климата будет происходить следующим образом. Температура на всем земном шаре к 2050 году повысится на 1,5-3,5 градуса Цельсия. При этом наибольшее потепление будет в Африке и Южной Америке. Там же произойдет и максимальное снижение количества осадков. Ожидается уменьшение осадков и в Европе. Возможное потепление скажется на урожайности сельскохозяйственных культур. Она уменьшится в большинстве государств Южной Америки и Африки и увеличится (в среднем на 10 процентов) в европейских странах, Канаде, США, Китае и России, хотя засухи в отдельных регионах этих стран могут усилиться".

***

"Изменение климата будет происходить следующим образом. Температура на всем земном шаре к 2050 году повысится на 1,5-3,5 градуса Цельсия. При этом наибольшее потепление будет в Африке и Южной Америке. Там же произойдет и максимальное снижение количества осадков. Ожидается уменьшение осадков и в Европе. Возможное потепление скажется на урожайности сельскохозяйственных культур. Она уменьшится в большинстве государств Южной Америки и Африки и увеличится (в среднем на 10 процентов) в европейских странах, Канаде, США, Китае и России, хотя засухи в отдельных регионах этих стран могут усилиться".

***

"Полной ясности относительно роли углекислого газа в изменении состояния климатической системы до сих пор нет. Углекислый газ - это вещество, способное привести к изменению климата (положительному или отрицательному), и обязательный элемент всех биологических процессов, в том числе и формирования биологической массы. Как показывают расчеты, при удвоении содержания углекислого газа в атмосфере за счет резкого возрастания активности биоты можно будет накормить дополнительно более миллиарда человек. Исторический же опыт свидетельствует, что на нашей планете уже была ситуация, когда концентрация двуокиси углерода в десять раз превышала нынешнюю, и именно в тот период природой были созданы огромные запасы угля и нефти".


Журнал "Наука и жизнь" о проблемах изменения климата

Александровский Г. Вода и суша. Схватка двух стихий. - № 3, 2000.

Борисенков Е, докт. физ.-мат. наук, Пасецкий В., докт. истор. наук. Рокот забытых бурь. - №№ 8, 9, 10, 1987; №№ 3, 4, 1995.

Губарев В. Академик Гурий Марчук: взгляд в будущий век. - № 1, 2000.

Губарев В. Академик Г. С. Голицын: волнения моря и Земли. - № 3, 2001.

Израэль Ю., акад. РАН. О важнейших проблемах охраны окружающей природной среды и путях их решения. - № 7, 1985.

Николаев Г. Климат на переломе . - № 6, 1995.

Николаев Г. Союз океана и атмосферы правит климатом . - № 1, 1998.


Случайная статья


Другие статьи из рубрики «Наука. Вести с переднего края»

Детальное описание иллюстрации

Изменение температуры воздуха в Северном полушарии за последнее тысячелетие. Цветные линии построены по результатам реконструкции изменений температуры, полученным исследовательскими группами Велико-британии (оранжевая), Швеции (голубая), США (голубая точечная). Черная линия построена по данным реальных наблюдений.
Вулканы - мощный климатообразующий фактор, поскольку во время извержения в атмосферу выбрасывает ся огромное количество газов, дыма, пепла, вулканической пыли и шлаков, что в конечном счете меняет тепловой режим атмосферы и Земли. На фото - извержение вулкана Толбачик 1975-1976 годов на Камчатке.