Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Два драгоценных озера России

Кандидат географических наук В. Маркин.

• Озера Плещеево и Неро, расположенные на Русской равнине, тесно связаны с историей нашего государства • Развитие промышленности и сельского хозяйства делает состояние Плещеева озера все более тревожным. Поможет ли возрождению озера создание Государственного природно-исторического национального парка! • Озеро Неро близко к превращению в болото. Резко оздоровить озеро может добыча сапропеля, — это и удобрение, и лечебная грязь, и кормовая добавка, и сырье для получения многих полезных веществ 0 Есть ли надежда на спасение двух прекрасных русских озер и неразрывно связанных с ними жемчужин русской истории и архитектуры — городов Переславля—Залесского и Ростова Великого!

Огромны запасы воды на нашей планете. Но если вся гидросфера Земли составляет 1,4—1,.5 миллиарда кубических километров, то доля пресной воды ничтожно мала. Она не превышает и четырех процентов, основная же часть — заполняет впадины океанов и морей. В реках, многие из которых поражают нас своей многоводностью, протекает всего одна десятитысячная часть всей воды планеты. Больше всего запасено пресной воды в ледниках. Но эта вода практически исключена из оборота; она омертвлена, законсервирована до той поры, пока ледники не начнут таять. А тогда у края ледников, в неровностях приледникового рельефа возникают заполненные талыми водами озера — хранители значительного количества дефицитной пресной воды.

Всякое озеро в своем развитии проходит четыре стадии. Пока вода чиста, прозрачна и богата растворенным в ней кислородом, озеро считается олиготрофным, то есть недостаточно продуктивным (oligos по-гречески—«малый», trofe — «пища»). В таком озере мало питательных веществ, поэтому и живых организмов в нем относительно немного. Но постепенно нарастает процесс насыщения воды органическими и минеральными веществами, увеличивается объем жизненных ресурсов. Озеро становится эвтропным (ей — «хорошо»). В водоеме расцветает жизнь, и в первую очередь — микроводоросли, вызывающие летом массовое «цветение» воды. Водоросли — основные потребители кислорода — превращаются постепенно в настоящих «хозяев» озера, вытесняя иную жизнь, нуждающуюся в кислороде. Богатство жизни порождает изобилие отходов, гниение которых потребляет кислород в огромных размерах. Год за годом озеро мелеет, зарастает, становится болотом.

Этот естественный процесс идет в течение нескольких тысячелетий, и скорость его зависит от размеров озера, его глубины и проточности. Но так идет, если пренебречь участием человека, чем — увы!—пренебрегать нельзя. Человек, поселившись на берегах озера, активно занимаясь всевозможной хозяйственной деятельностью, ускоряет естественный ход событий во много раз. И делает это очень просто — насыщая воду биогенными веществами через выбросы промышленных предприятий, бытовые отходы и стоки с сельскохозяйственных полей. Крупные города поставляют эти «добавки» в озера в чудовищных размерах.

РУСЬ ПРИОЗЕРНАЯ, ПРИЛЕДНИКОВАЯ...

Большинство озер Русской равнины ведет свою родословную от мощного ледникового щита, покрывавшего Северную Европу еще 10—12 тысячелетий назад. И всем своим обликом, вписанным в типичный ледниковый ландшафт с его моренными грядами и валунами, озера напоминают о суровых временах Ледникового периода. Ему они обязаны своим возникновением. Ну, а потом их развитие пошло по естественным законам, хотя каждое из них ждала своя судьба.

Истинное изобилие озер на Русской равнине, особенно в северной ее части: больших и малых, глубоких и мелких, зрелых, еще достаточно чистых, и стареющих — зарастающих, «цветущих» и гибнущих.

Долгое время не имели наши предки выхода к морю. Но селились они, конечно же, у воды. Особенно удобны были для устройства городов, крепостей и монастырей озера. Они открывали простор глазу, позволяли развивать судоходство, земледелие на плодородных приозерных землях и рыболовство, потому что во всех этих озерах в старину рыбы водилось видимо-невидимо. Кроме того, впадающие в озера и вытекающие из них реки были путями сообщения с соседями. И многие из древних княжеств-государств возникали при озерах: Ростово-Суздальское — при озере Неро, Переяславское — при Плещеевом озере, Новгородское — при озере Ильмень. И по сей день эти озера с примыкающими к ним лесами, болотами и лугами сохраняют свое значение неких природных «оазисов» среди индустриальных и индустриально-аграрных ландшафтов. Они — своеобразные «узлы» связи человека с природой. Это их значение, не всегда достаточно понимаемое, по существу своему нравственно-этическое, быть может, не менее важно, чем народнохозяйственное, о котором у нас говорят чаще.

Много озер на Руси! Но мы обратим внимание на два. Они не самые большие, но, пожалуй, очень дорогие для народа, и поэтому судьба их не может не тревожить. Это ярославские послеледниковые озера Неро и Плещеево, расположенные совсем недалеко от Москвы, прочно вписанные в историю русского государства, а сейчас представляющие собой важнейшие туристические объекты международного значения, но находящиеся, без всякого преувеличения, на краю гибели.

РОДИНА РУССКОГО ФЛОТА

Озеро Плещеево находится у края Клинско-Дмитровской гряды, оставленной древним ледником, на юго-западе Ярославской области. От Москвы — 142 километра. Оно невелико: его площадь — 51,5 квадратных километров. Глубина в центральной части — 24,2 метра, и объяснить ее при небольшой площади не так просто: может быть, это следствие тектонических процессов, может быть, карстовых. Но наличие относительно больших глубин очень важно для озера. Глубина продлевает жизнь его экосистеме, создавая резервы незагрязненной воды.

Озеро проточное: в него впадает 19 речек и ручьев; самый крупный приток — река Трубеж, берущая начало в Берендеевском водораздельном болоте в междуречье Оки и Волги. Длина реки — 32 километра. Вытекает из Плещеева озера одна река — Векса. Большую роль в питании озера играют подземные воды, открывающиеся на дне его ключами.

Часть воды уходит в подземные горизонты. И полный обмен воды в озере свершается за три года. Известно озеро с незапамятных времен. Не менее 30 неолитических стоянок вокруг него. А потом облюбовали его для поселения люди из финно-угорского племени меря. Об этом напоминают сохранившиеся до сего времени топонимы — географические названия. Быть может, и у озера было финское имя, но оно неизвестно. А вот «Плещеево» происходит, по-видимому, от слова «плескаться». Название это вторично, первоначально озеро звали Клещиным, возможно, по имени явно славянского человека Клеща, а может быть, от глагола «клецкать», синонима «плескать». В IX веке появились здесь легкие на ногу новгородцы. Они основали город Клещин как перевалочный путь на своем торговом пути. В 1100 году на левом берегу Трубежа поселились беженцы с Украины, подвергавшейся набегам печенегов. Выходцы из украинского Переяславля, они называли все по-своему: и город — Переяславль (только выпала со временем буква «я»), и реку (Трубеж — приток Днепра), V болото Берендеево (берендеями называли печенегов).

В 1152 году сын Владимира Мономаха князь Юрий Долгорукий, основатель Москвы, перевел город из Клещина в Переславль, обнеся его земляным валом и крепостными стенами. Крепость пригодилась во время татарского нашествия в 1382 году. Правда, переславцы решили проблему сопротивления своеобразно — они покинули город и вышли в озеро на лодках и плотах.

Миновало еще столетие, и Переславль Залесский стал широко известен в централизованном российском государстве. Славу озеру и городу создала небольшая рыбка ряпушка, пришедшаяся по вкусу царской семье и высшему духовенству. Со времен Ивана III (1440—1505) ко двору поставлялась переславская «сельдь». Правда, это совсем не сельдь, а сиг, и принадлежит к благородному семейству лососевых. И не такая уж это диковинная рыбка. У нас она встречается во многих озерах, но только в Плещееве живет особая крупная разновидность. Если вообще ряпушка весит чаще всего 10 — 20 граммов, редко — 50, то в Плещееве — около 100 граммов, а еще в прошлом веке ловили и до фунта. Известен Переславль-Залесский и тем, что именно здесь учился молодой Петр I строить корабли.

В 1688 — 1693 годах на Плещеевом озере он построил учебную «потешную» флотилию. Одно судно из этой флотилии — бот «Фортуна» — хранится в Музее-усадьбе «Ботик».

Роль Переславля-Залесского в отечественном судостроении на этом и закончилась. А вот рыбная его слава продолжалась еще долго. Правда, падение объема уловов вызывало беспокойство уже в XVII веке, и тогда, впервые в России, предпринята была попытка законодательного регулирования рыболовства. В 1668 году из Москвы был прислан образец невода, запечатанный дворцовой печатью — так был ограничен размер ячеи. А через шесть лет от царя местному воеводе Василию Кротиеву пришел указ: «А буде твоим недосмотром рыбные ловцы учинят сельдя ловити частым неводом, и тебе за то быть в опале, а старосте и рыбным ловцам — в смертной казни...» В следующем году был «учинен» запрет рыболовства на два года, который восстановил поголовье ряпушки, а для последующей добычи введена была предельная норма.

Так пробудился первый интерес к экологии Плещеева озера, вызванный пока только лишь тревогой за падение уловов «государева значения». Особенно заметным стало уменьшение рыбной продуктивности в середине XIX века. Первым, кто всесторонне обследовал в 1888 году состояние озера, был О. А. Гримм, издатель журнала «Вестник рыбопромышленности», один из организаторов Императорского общества рыболовства и рыбоводства. Вслед за ним, в 1G93 году, Российское общество акклиматизации командировало своего сотрудника Ф. Ф. Каврайского специально с целью выяснения не только вопросов о соблюдении правил рыбного промысла, но и того, какой вред приносит озеру появившаяся в Переславле промышленность.

Одну из глав своего отчета Ф. Ф. Каврайский так и назвал: «Фабрики и их влияние на озеро и реку Трубеж». В ней рассмотрен «вклад» в общее загрязнение воды каждой из трех переславских фабрик, занимавшихся окраской тканей и пряжи. Химический анализ стоков произвел известный химик профессор И. А. Коблуков. Он обнаружил в стоках фабрики целый букет вредоносных веществ. «Городские власти, — как писала в 1880 году газета «Русский курьер», — изыскали способ к ограждению фабрикантов от несправедливых нареканий...», предписав им «нечистоты красильных заведений» не спускать в реку, а вывозить за город. Первоначально никто и не думал выполнять зто благое пожелание, но потом вопрос рассмотрел Губернский земский собор и принял решение «рекомендовать Переславскому удельному ведомству принять меры предохранения Трубежа и других притоков от загрязнения».

По существу это было первое экологическое постановление в России. «Необходимо регулировать фабричные спуски, портящие реку и отчасти озеро, — говорилось в нем. — С этой целью... или устроить сток фабричных вод не в реку, а отводить их в иное место, или, что удобоисполнимее, не только добросовестнее фильтровать, но и обезвреживать сточные воды».

Прошло сто лет, но только лишь считанные годы тому назад сток современных, еще более вредоносных химических предприятий Переславля был повернут вокруг озера в реку Вексу, вытекающую из озера. К тому времени, однако, на дне горемычного Трубежа уже отложился солидный слой «химии», погребенной там навечно.

А в наше время сюда добавились стоки с колхозных и совхозных полей, где широко применяются пестициды и гербициды, да еще и отходы свиноводческих комплексов, понастроенных на самом берегу. К тому же часть воды из Берендеева болота, питающего Трубеж, была отведена do Владимирскую область, и приток воды в Плещеево озеро заметно уменьшился. А тут еще химический завод добился разрешения на регулярный забор воды из озера для своих нужд — 48 тысяч кубометров в сутки. И черпают, черпают плещеевскую воду, как бы и не замечая, что уровень ее понижается, а приток воды по долине Трубежа практически остановился — чрезвычайно медленно, почти незаметно течет эта река, все больше смахивающая на болото.

За 100 лет заметно уменьшился размер переславской ряпушки, сократилась продолжительность ее жизни. Но главное, каждый год сужается пространство, в котором может жить эта холодолюбивая и чувствительная к содержанию в воде кислорода рыба: сверху ее теснит повышающаяся температура воды, снизу — расширяющаяся придонная зона, зараженная сероводородом. Случается, что стая ряпушки сгрудится в совсем небольшом объеме пригодной для нее воды. Улов тогда бывает удачным. Но это и вызывает тревогу: что же будет дальше?

В последнее время явилась надежда, хотя пока еще очень слабая. В конце 1985 года было принято постановление Совета Министров РСФСР «О мерах по сохранению природно-исторического комплекса Переславля и озера Плещеева в Ярославской области», а в сентябре 1989 года — «О создании Переславского Государственного природно-исторического национального парка». Пока это в основном «бумажная экология» — практических действий мало: не хватает средств, нет кадров. И все же образование национального парка нельзя не признать важнейшим событием в экологической истории Плещеева озера и неразрывно с ним связанного древнего русского города Переславля-Залесского.

Надежду на возрождение озера поддерживает и появление в Переславле Международного экологического полигона, организованного на базе Института программных систем АН СССР.

В общем-то не так уж безнадежно положение Плещеева озера. По мнению ученых, его спасает достаточно большой приток вод подземных источников. Куда хуже обстоит дело с соседним озером Неро...

КЛЮЧ К СПАСЕНИЮ ОЗЕРА — НА ДНЕ ЕГО

Озеро Неро (первоначальное название — Каово) расположено на северо-востоке от Плещеева; оно на 3,5 квадратных километров больше по площади, однако из-за малой глубины (в среднем — не больше 1 метра) воды в нем содержится всемеро меньше. Возникло оно так же, как и Плещеево, — из послеледникового (или чуть более раннего) разлива талых вод: возраст озера определен в 20 тысяч лет. Но сохранилось оно намного хуже. На озерной набережной уже несколько лет стоит фундаментальный транспарант: «Купаться в озере запрещено!» На лодке прокатиться можно, да и рыба еще ловится, хотя последнее время очень частыми стали заморы в конце зимы. Зимой кислорода в воде озера остается едва полтора миллиграмма на литр — вдесятеро меньше, чем в Плещееве. Рыба гибнет.

В отличие от Плещеева, сохранившего еще некоторые черты олиготрофности, Неро принадлежит к классическому типу эвтрофированного водоема и близко к превращению в болото. Около 80% акватории озера уже занимают высшие растения. Озеро почти полностью заросло. В очень плохом положении находится озеро Неро, в намного худшем, чем Плещеево, но как ни странно, надежд на спасение у него, пожалуй, больше. Но надо торопиться — время стремительно гасит их, одну за другой.

Чем же знаменито это в общем-то небольшое озерцо, одно из многих тысяч подобных на Севере России? Почему его нужно спасать?

А знаменито озеро Неро прежде всего городом Ростовом Великим, которому в 1992 году исполняется 1130 лет. Впервые он упомянут в летописи в 862 году. Как и берега Плещеева озера, окрестности Неро заняло первоначально племя меря. Потом пришли славяне, племена слились, положив начало формированию одного из очагов русской народности.

В X веке Ростов становится центром Северо-Восточной Руси, Ростово-Суздальского княжества. При князе Юрии Долгоруком, основавшем Москву и Переславль — Залесский, Ростов был «титулован» Великим, а Ростово-Суздальское княжество расширилось и расцвело.

Сын Долгорукого — Андрей Боголюбский стал великим князем во Владимире, но Ростов, хотя и оказался он на периферии, не был им забыт: князь Андрей начал строить в Ростове белокаменный Успенский собор, превратив город в некий духовный центр, и эту роль город выполнял довольно долго. Близ стен его родился Сергий Радонежский, вдохновитель победы на поле Куликовом. Не менее известен был .митрополит Дмитрий Ростовский, сподвижник Петра I, в честь которого назван и тот южный Ростов, что на Дону.

Невелик размерами Ростов Великий, но духовное его значение для народа и страны нашей отвечает названию. Дважды противостоял он чужеземным нашествиям — татаро-монгольским ордам Батыя и польско-литовской интервенции. Выстоял. И сохранил свой неповторимый архитектурный облик, свои духовные святыни. Но вот с середины прошлого столетия озеро, давшее жизнь городу, стало испытывать нарастающее антропогенное воздействие. Сумеет ли оно выстоять, пока не ясно.

Еще в 1877 году на неблагополучное положение озера Неро и стоящего на его берегу города Ростова, имевшего тогда 9500 жителей, обратила внимание Городская дума. Купец и археолог-любитель А. А. Титов, гласный Городской думы, писал тогда в местной прессе: «Город Ростов в гигиеническом отношении поставлен в крайне неблагоприятные условия... Прадеды прадедов наших оставили правнукам много серебра и злата, что в том пользы — они в XIX веке расточили доставшиеся им ... богатства, употребив оные на дела непроизводительные. В глубокое озеро, наполненное рыбой, они свозили из города нечистоты и мусор, засорили его. Это глубокое и богатое водой озеро они сделали мелким, вырубив на берегу его леса ради своих грошевых расчетов...»

В Городской думе наметили мероприятия по проведению в городе водопровода и осушению болот. Что-то было сделано, но в целом и по сей день мало что изменилось. А добавилось источников загрязнения за сто с лишним лет изрядно. В настоящее время в Ростове таких поставщиков загрязнения существует по крайней мере 11. Некоторые из них, как консервный завод в Поречье и кофецикорная фабрика, работают с дореволюционных времен. Последнее предприятие на протяжении всего времени своего существования выбрасывало в окружающую среду вредные органические вещества, а очистных сооружений не имеет до сих пор. На льночесально-прядильной фабрике «Рольма», работающей с начала века, в 1980 году введена система очистки, но вряд ли она помогает полностью избавиться от отходов фабричной котельной, работающей на мазуте. Несовершенна очистная система весьма и весьма вредоносного асфальтобетонного завода.

Крупнейшее в Ростове предприятие — оптико-механический завод — снабжено системой, рассчитанной на очистку 18 кубических километров стока, а фактический его объем — 30. Притом сток содержит широкий набор тяжелых металлов — железо, никель, медь, хром, цинк. Зимой 1988 года произошел прямой сброс отходов оптического производства в реку Шимю, в которых содержание хрома, по данным центральной заводской лаборатории, превысило ПДК в 670 раз.

Так обстоят дела в городе, который считается бриллиантом в «Золотом кольце России». Вывод, сделанный купцом Титовым, был категоричен: «Через триста лет ни одного жителя не останется и когда-то цветущий город, именовавшийся Ростовом Великим, превратится в унылую пустыню». Пока прошла только первая сотня лет.

Город еще существует. И туристам есть, что в нем смотреть, и даже вроде бы не очень уж мешают густо цветущие пруды в окружении дремучих зарослей бурьяна и крапивы в самом центре города. Кто-то может быть даже считает, что такие «уголки дикости» только дополняют или как-то оттеняют впечатления от благородной старины. Однако стоит вспомнить свидетельство столетней давности, ведь «дикость» эта представляет собой прямой плод цивилизации, и город, как писал Титов, болевший сердцем за него, «испытывает на себе всевозможные лишения и неприятности, происходящие от недостатка хорошей воды...»

Так где же спасение?

Удивительно то, что оно — в самом озере. Как уже говорилось, природой предопределен жизненный цикл озера. Озерный век — необратимый путь к смерти. Но п то же время запрограммирована и возможность возрождения озера, омоложения его, а может быть, и бессмертия. Однако вот это уже — при непременном участии человека.

В процессе жизни озеро накапливает на дне огромные толщи отложений с включенными в них переработанными органическими остатками. Чем старше озеро, тем больше толща этих отложений и тем больше в них минеральных и органических веществ. Тысячелетиями текущий процесс создает своеобразное вещество, имя которого сапропель (см. «Наука и жизнь» № 1, 1982).

Это желеобразная пластичная и липкая масса, в верхних слоях по консистенции напоминает сметану, а в нижних — легко режется ножом. Окраска — самая различная: коричневая, темно-олипкоиая, темно-серая, черная, зеленоватая, голубоватая, розоватая, красноватая. Все зависит от присутствия тех или иных минеральных веществ. Выделяют различные типы сапропеля: органический, органоглинистый, зольный. В различных соотношениях в самропелях содержатся гумус и множество микроэлементов, представляющих собой, по существу, витамины Д, В, В2, Вз, В6, В12, Е, А, С и Р. Богатые органикой сапропели — прекрасное удобрение, лечебная грязь, биостимулятор, кормовая добавка, а кроме того — сырье для химико-технологической переработки и получения смолы и парафиноподобных веществ, жидкого топлива и разнообразного технического материала. Объем сапропеля озера Неро оценивают в 250 миллионов кубометров. Мощность толщи его на дне доходит до 40 метров. Это целое богатство.

Еще в середине прошлого века замечено было, что жители ростовских деревень черпали со дна черную жижу и удобряли ею свои огороды. Поэтому, собственно, и возникла слава огородов вокруг озера Неро. В самом деле, овощи тут удаются замечательные. Издавна выращивают у Ростова зеленый горошек, цикорий, капусту, огурцы. Все это было известно.

В 30-е годы нашего столетия лаборатория сапропелевых отложений Академии наук СССР начала исследования сапропеля озера Неро. Обоснование работ звучало так: «В связи с предполагаемым использованием отложений этого озера для сельского хозяйства, бальнеологии и, возможно, химической технологии». К сожалению, до сих пор дело ограничивается только «предполагаемым использованием», поскольку промышленные разработки сапропеля озера Неро так и не начаты. Несколько раз к ним подступались, проводились экспериментальная добыча и экспериментальное использование добытого материала в различных целях. Но ни одно из этих начинаний не было доведено до конца.

В 1949 году энтузиаст сапропеля агроном А. В. Смирнов опубликовал статью «Об использовании илистых отложений озера Неро», в которой выступил с рекомендациями по организации их добычи. Он же руководил опытными разработками, проводившимися в 1950-х и 60-х годах. Эстафету принял А. И. Фомин, и по сей день возглавляющий сапропелевую лабораторию Института гидрологии и мелиорации имени Костякова. Им разработана технология добычи сапропеля с использованием землесосных снарядов.

Рассчитаны оптимальные размеры отстойников, в которые накачивают ил и где он отстаивается, избавляясь от излишней влаги. Предусмотрена возможность промораживания сапропеля зимой для последующего использования на'полях. Предложен и опробован способ непосредственного намыва сапропелевой пульпы на поля. Добавка сапропеля существенно повышает урожай практически любых сельскохозяйственных культур, как зерновых, так и огородных. Но, пожалуй, еще важнее, что добыча сапропеля выполнила бы спасительную роль по отношению к озеру. Углубление его дна и удаление с него основного потребителя кислорода резко оздоровило бы озеро. Сейчас на берегу озера идет строительство двух цехов по добыче и переработке сапропеля. Оно организовано объединением «Союзсельхозхимия» совместно с коммерческими предприятиями. Хорошо бы, чтобы здесь были использованы рекомендации ученых, многие годы отдавших исследованию озера и разработке эффективной методики его оздоровления.

Пока сапропель продолжает нарастать, уменьшая глубину озера на 3—5 миллиметров Каждый год, отбирая у воды и рыбы, в ней живущей, все больше и больше кислорода. Стремительно приближается тот день, когда можно будет сокрушенно перед всем миром признать: озеро Неро, десять веков отражавшее в своих водах башни и купола соборов Ростовского Кремля — одного из старейших на Руси, перестало существовать. Вместо него — камышово-тростниковое болото с перспективой превращения в огромный солончак.

Два озера, сохранившие в себе как бы воспоминание о ледниковом периоде и первых людских сообществах, возникших на берегах приледниковых озер, прочно вписаны в историю народа, его духовного становления и утверждения. Спасение этих озер, находящихся на краю гибели, — задача глубоко нравственная.


Случайная статья


Другие статьи из рубрики «Человек и общество»

Детальное описание иллюстрации

Карта-схема распределения растительности в озере Неро составлена по данным на 1956 год. Другой пока нет. Но если учесть, что за истекшее время загрязнение озера стоками промышленных предприятий не уменьшилось, да еще добавились поступления ядохимикатов с близлежащих полей, то можно с уверенностью сказать, что изменения, произошедшие с тех пор, были не к лучшему. 1—тростник обыкновенный, камыш озерный, телорез, рогоз широколистый и dp: Z—разрозненные заросли: 3—погруженные растения; 4—граница зоны, где нет растений.