Во Владимире нашли печати жены Всеволода Большое Гнездо

Мария Всеволжая была не только матерью двенадцати детей, но и основательницей Успенского Княгинина монастыря.

Во время раскопок в северной части средневекового Владимира сотрудники Института археологии (ИА) РАН обнаружили две свинцовые печати княгини Марии Всеволжей. Она была женой владимирского князя Всеволода Большое Гнездо, матерью его восьми сыновей и четырёх дочерей, а также основательницей Успенского Княгинина монастыря.

Всеволод Большое Гнездо недолго княжил в Киеве (1173 г., совместно с племянником), затем в Переславле-Залесском (1175–1176 гг.), а после смерти Михаила Юрьевича, своего брата, утвердился во Владимире (1176–1212 гг.). При нём расширились границы княжества, укрепились позиции владимирского князя в Рязани, Муроме, Новгороде, Киеве и Чернигове, в общерусских политических делах и на международной арене. Всеволод был организатором походов на Волжскую Булгарию (в 1183, 1185 и 1205 годах), а также на тепру (1205 г.) – народ, живший в бассейне Костромы. При нём велось активное строительство в Переславле-Залесском, Суздале и Владимире. За множество детей летописцы XV века дали князю прозвище Большое Гнездо. Вместе с княгиней Марией Всеволжей они стали родоначальниками большой ветви Рюриковичей – правителей северо-восточных русских княжеств, в том числе московских князей, под властью которых объединилось Русское государство.

Марию выдали замуж за Всеволода не позднее 1175 года, а умерла она в 1206-м. Её младшую сестру в летописи назвали «ясыней» – осетинкой, так что и сама княгиня могла происходить из этого кавказского народа. Мария была инициатором создания Успенского монастыря, заложенного Всеволодом в 1200 г. В 1201 году там погребли её сестру, в 1205-м – дочь, а на следующий год – и саму княгиню.

Летопись сохранила пространный рассказ о пострижении Марии в монахини после семи лет тяжёлой болезни. В Княгинин монастырь её провожали «со слезами многими» князь Всеволод, сын Георгий и дочь Всеслава, владимирский епископ Иоанн, бояре и горожане. Рассказ выдержан в жанре похвального слова: в нём отмечалось благочестие княгини, основание ею монастыря, покровительство духовенству, милостыня нищим и больным, терпение в болезни. Из летописи следует, что Мария пользовалась значительным уважением в княжеской семье и владимирском обществе.

«Женщины редко упоминаются в летописях, но имени Марии Всеволжей отведено в древнерусских источниках особое место: о ней говорится не только как о жене великого князя и матери его многочисленных детей, но и как о значимой личности. Её напутствие на смертном одре сыновьям, в котором она призывает их жить в мире, не враждовать между собой и следовать заветам Христа, исследователи ставят в один ряд с «Поучением» Владимира Мономаха», – отмечает Пётр Гайдуков, советник директора ИА РАН.

Печати нашли во время охранных раскопок на улице Володарского, которые велись на месте будущей гостиницы. Под руководством Сергея Милованова и Николая Баранова археологи вскрыли около 400 квадратных метров. К горизонту второй половины XII – начала XIII века относятся две усадьбы и участок улицы между ними.

Обе буллы оттиснуты одной парой матриц. На одной стороне печатей находится изображение святой Марии в полный рост, с крестом, который она держит в правой руке у груди. По сторонам фигуры размещена надпись «АГIЯ – МАРIЯ», вокруг – точечный ободок. На другой стороне булл – изображение святого Дмитрия. Он тоже показан в полный рост, в правой руке держит копьё, а в левой – щит. По сторонам от святого – надпись «О[агиос] Д – МИТР», вокруг – точечный ободок.

Известны ещё три печати, которые оттиснуты теми же матрицами, что и буллы из Владимира. Одна из них происходит из Новгорода, вторая – со средневекового поселения Могутово в Московской области, третья – из Александровского района Владимирской области. Две последние находки обнаружили грабители: одну из них передали в Государственный исторический музей, другая находится в частной коллекции.

С середины XII века и до второй четверти XIV века печати Рюриковичей оформлялись по единым правилам: изображались два святых, в основном в полный рост; на одной стороне помещали покровителя самого князя, а на другой – его отца. Таких печатей известно уже более тысячи.

На женских печатях на одной стороне изображали святую покровительницу княгини, а на другой – покровителя её отца или мужа. Известно около 20 типов таких булл, но установить их принадлежность довольно сложно: мы не всегда знаем крестильные имена княгинь, их мужей и отцов, а также место находки.

Большинство печатей со святой Марией и святым Дмитрием, как мы видели, происходит с территории Северо-Восточной Руси, а две из них – из Владимира, где находился княжеский двор и усадьбы людей, приближённых к князю. Дмитрий – крестильное имя Всеволода Большое Гнездо, его святым патроном был Дмитрий Солунский. Этому князю принадлежит ещё одна печать, которую нашли в том же раскопе, – с изображениями святого Дмитрия и святого Георгия (последний был покровителем отца Всеволода, Юрия Долгорукого). Сочетание этих обстоятельств позволяет надёжно установить принадлежность печатей княгине Марии Всеволжей.

Свинцовые печати когда-то скрепляли не дошедшие до нас документы. Факт их находки говорит о том, что княгиня сама участвовала в оформлении административно-правовых документов. Такое нечасто случалось в практике княжеского управления.

По материалам пресс-службы и сайта ИА РАН