Сказочный Буян в Белом море

Чем Соловецкие острова привлекает туристов, как туда пришли лоси и чем на острове занимаются социологи — рассказывает доктор биологических наук Александр Новосёлов, директор Института социально-экономических и ресурсных исследований Федерального исследовательского центра комплексного изучения Арктики УрО РАН.

— Александр Павлович, с чего начались ваши исследования на Соловках?

— Исследования на Соловках имеют свою предысторию. Архипелаг Соловецкие острова входит в природное наследие ЮНЕСКО – это уникальный природный и историко-архитектурный комплекс. Здесь за долгое время был накоплен достаточно большой фактический материал и опыт работы, которые привели нас к пониманию, что исследования должны включать долгосрочный мониторинг всех ключевых звеньев природного комплекса Соловков. И наш Центр имеет сейчас возможность проводить исследования в рамках отдельного государственного заказа. Мы с удовольствием эти работы взялись выполнять, потому что природный комплекс Соловков обширный, включает экологические системы совершенно разных уровней: болотные, лесные, луговые, озёрные, причем озёра объединены в уникальнейшую, единственную в мире озёрно-канальную систему. Эти каналы ещё в незапамятные времена вырыли монахи как с целью обеспечения монастыря пресной водой (начальное озеро озёрно-канальной системы так и называется – Питьевое), так и для облегчения разносторонней хозяйственной деятельности монастыря.

Природный комплекс Соловков тоже достаточно представительный: от многообразия флоры на луговых, болотных и лесных экосистем до широкого разнообразия островной фауны, включающей даже морских млекопитающих. Имеются в виду белухи (не путать с белугой – осетровой рыбой Волжского бассейна), которые на Соловках чувствуют себя достаточно хорошо и являются объектом туристического интереса.

Три года назад в Правительстве были разработаны комплексные программы, и их выполнение было поручено Архангельскому Научному Центру (ФИЦКИА УрОРАН), а также Карельскому научному центру РАН и нашему Северному Арктическому федеральному университету. Мы проводим исследования природного комплекса, определяя рекреационные нагрузки и осуществляя его мониторинг, Северный Арктический федеральный университет занимается экологическим состоянием посёлка Соловецкий с его антропогенными проблемами, которых там достаточно, а Карельский научный центр занимается прибрежной частью: это бухта Благополучия и вся прибрежная зона Соловков.

— Бухта Благополучия действительно соответствует своему названию?

— Она такая только по своему историческому и смысловому значению. Структура прибрежных зон Соловков такова, что при морских плаваниях рыбаки и паломники заходили туда и облегченно вздыхали: «Слава Богу, добрались!» Там достаточно сложная гидрологическая ситуация, и погодные условия обычно непростые. Поэтому люди испытывали облегчение, заходя с моря в бухту. Ну а в смысле экологических проблем ситуация, к сожалению, далека от благополучной.

Сколько Соловки существуют, очистных сооружений здесь как не было, так до сих пор и нет, а все бытовые стоки посёлка с его достаточно развитой инфраструктурой, со значительным ежегодным паломнико-туристическим потоком – всё сливается в Белое море, прямо в бухту Благополучия. Очистные сооружения строятся уже достаточно длительный период времени, и вроде в 2027 году должны быть введены в эксплуатацию. А пока… Бухта не очень промывная, поступающая органика накапливается в больших количествах, в жаркий летний период (особенно июль) она начинает традиционно «благоухать». Но это та проблема, которой занимается Карельский центр РАН. Наша задача – мониторинг природного комплекса Соловков со всем его многообразием экосистем, биоты.

Александр Новосёлов. Фото Андрея Афанасьева.

— В чём уникальность экосистем Соловков?

— Да во всём. Начнём с того, что здесь находится уникальный ботанический сад: там произрастает значительное количество растений, которые больше нигде у нас на Севере не встречаются. Это интродуцированные виды, которые у нас обычно не растут, но тут прекрасно прижились. По архивным источникам, монахи когда-то даже арбузы выращивали.

— Почему эти виды прижились? Я слышала, что на Соловках какой-то особенный микроклимат.

— Думаю, тут действительно играют роль какие-то микроклиматические особенности. Климат здесь теплее и мягче, чем должно быть в этих северных широтах, в ста километрах от Полярного круга. Например, в прибрежных водах Соловков обитает локальная популяция уникальной соловецкой сельди, которая, на взгляд морских ихтиологов, является родственницей тихоокеанской малопозвонковой сельди. Такой в Белом море больше нигде нет. Она значительно отличается от обычной беломорской сельди и по внешнему виду, и по размерно-морфологическим признакам, и по вкусу.

— Как вы это объясняете?

— Для меня лично это загадка, как и многое на Соловках. Возможно, всё дело в сложной гидрологической структуре Белого моря, благодаря чему на Соловках сформировался микроклимат, который способствует повышению биологического разнообразия. Это наблюдается и по беспозвоночным животным. Наши сотрудники находят аналоги южных видов моллюсков и насекомых. Чем это объяснять? Могу одно сказать: Соловки во всём уникальны.

— А что ещё интересного есть на Соловках?

— Давайте вернемся к озёрно-канальной системе. Монахи объединили островные озёра в единую систему, чтобы удобнее было между ними передвигаться, из логистических соображений. Скиты были раскиданы по разным участкам Соловков, и этот единый водный путь значительно облегчал передвижение. Труда действительно вложено очень много, поскольку берега каналов сплошь выложены камнями для укрепления.

В последнее время на островах стало много лося, которого раньше тут не было. Настолько много, что это вызывает у нас озабоченность, потому что лось начинает выедать молодой, подрастающий лес. Ориентировочная численность по результатам зимних учётных съёмок последних двух лет – порядка 90-100 особей только на Большом Соловецком острове. Это много. И это одна из реальных сегодняшних проблем.

— Откуда же они взялись?

— По всей видимости, пришли по льду с материка. А за ними потянулись волки. Уже есть свидетельства, что они успели вывести волчат, так что численность их будет только расти.

— Что с этим делать?

— Видимо, надо подключать Министерство природных ресурсов, решать вопросы с регулирование численности этих животных, для этого есть свои подходы и методы. Будем надеяться, что вопрос благополучно разрешится как для сохранности лесных экосистем Соловков, так и для лося.

Лоси на Соловецких островах. Фото Ивана Мизина.

В последние десятилетия возникла ещё одна проблема, связанная с уникальностью архипелага: растущий поток паломников и туристов. Обычно на Соловки во все времена людей привозили не очень добровольно, а сейчас происходит наоборот. Отсюда и ещё одна серьёзная проблема, к решению которой подключены социологи ФИЦКИА УрО РАН – нужно определить рекреационные возможности природного комплекса Соловков, выявить возможные, реальные, допустимые и критические нагрузки и вести долгосрочный мониторинг этих процессов. Это реальная задача нашего Центра в рамках многолетнего государственного задания.

— Получается, гостей намного больше, чем лосей и волков, вместе взятых...

— Безусловно. Понятно, что это безусловное право людей – ездить и смотреть красивейшие места страны. На Соловках действительно есть что посмотреть, но при этом востребованных туристических маршрутов немного, и места, которые привлекают людей, тоже можно пересчитать по пальцам. Понятно, что люди не поедут сюда по болотам бродить – все едут в Ботанический сад, на Секирную гору, на Заяцкие острова, на лабиринты.…

Каменный лабиринт на острове Большой Заяцкий. Фото: Andrew Shiva, Wikimedia Commons, CC BY-SA 4.0

— Я была в детстве на Соловках и хорошо помню эти конструкции. У меня было предвкушение, что сейчас нас приведут в такой лабиринт Минотавра, мы будем бродить, держась за какую-нибудь ниточку. Оказалось, что это просто камешками выложенные по кругу фигуры…

— На Соловках велась и ведётся очень серьёзная научная работа по исследованию первобытной археологии Беломорских островов и изучению домонастырских древностей Соловецкого архипелага. Исследования ведутся под руководством кандидата исторических наук сотрудника Соловецкого музея-заповедника Александр Анатольевич Мартынова. Издан целый ряд книг по поводу сакральных и исторических находок на Соловках. Помимо лабиринтов, это «Переговорный камень» – историческая реликвия, связанная с временами, когда Соловки были неприступной крепостью, которую никто не мог покорить.

— Это не легенда?

— Это исторический факт. На этом камне всё это написано, текстовая часть сохранилась. Это один из обязательных пеших маршрутов, по которому люди ходят. Естественно, покрывающая почву растительность при этом неизбежно вытаптывается. По природному комплексу в целом могу сказать следующее: рекреационная деятельность пока что ничего не разрушает, в настоящее время природный комплекс Соловков не испытывает чрезмерных рекреационных нагрузок. Но количество паломников и туристов порядка 60 тысяч человек в год – это тот предел, выше которого, видимо, подниматься нельзя.

— А что будет, если станет больше?

— Могут начаться необратимые изменения. Природный комплекс уже не будет успевать восстанавливаться после наступления серьёзных стадий регрессии. Надо понимать, что туристический сезон там краток: можно сказать, отличная погода там только в июле. Плюс какое-то количество неплохих дней в июне и в августе в виде короткого «бабьего лета». В остальное время там непросто. Даже лето отягощено обилием комаров и «гнуса», затем осень: промозглая, слякотная, туманная, ветреная. Затем весьма непростая зима. Это даже не сибирская зима, мягкая, снежная, морозная. Здесь постоянно ветер, продувающий насквозь, постоянно туман, дожди… Понятно, что в условиях лагеря это был совсем не курорт. Не случайно же на Соловках находилась тюрьма.

— Самая страшная тюрьма в России!

— Да. Причём имеющая свою давнюю историю, связанную с историей государства Российского. Достаточно сказать, что там похоронен последний кошевой атаман Запорожской Сечи Пётр Кальнышевский, который в XVIII веке в возрасте 85 лет был сослан в монастырь и провёл почти 25 лет в одиночной каменной камере. После освобождения отказался покидать Соловки и умер в возрасте 112 лет и причислен к лику святых. В общем, понятно, почему наш Центр и продолжает там работать. В прошлый год у нас состоялось туда девять экспедиций, в этом году восемь. Ездят туда наши ботаники, лесоведы, зоологи, орнитологи, ихтиологи и малакологи (специалисты по пресноводным моллюскам), и «мошковеды», и социологи…

— Что делают социологи?

— В прошлом году провели гигантскую работу как раз по учёту и оценке туристического и паломнического потока. Зачем люди едут, кто эти люди, что хотят там получить? Гендерный, возрастной состав, образование, цели, возможности – всё это было учтено.

— Какие тут главные проблемы, на ваш взгляд?

— Главная проблема в том, что на небольшой площади оказываются люди с самыми разными интересами и жизненными принципами. Ежегодно посещают Соловки и иностранцы. С чем сталкиваются все приезжающие сюда паломники и туристы? Надо хотя бы элементарно указатели поставить, потому что люди высадились на Соловках и не знают, куда идти. Вроде места немного, а сориентироваться сложно. По туристическим маршрутам дефицит мусоросборников, туалетов, стендов с картами и схемами маршрутов, справочной информацией об объектах туристического или религиозного интереса, а также маршрутных указателей по всем маршрутам. Абсолютным лидером оказалась проблема качества дорог – большинство респондентов заявило о необходимости их ремонта, реконструкции или создания по пути основных туристических маршрутов.

Если уж это объект мирового уровня ЮНЕСКО, то надо этот уровень как-то блюсти. Ну и, конечно, нужно что-то делать с бухтой Благополучия. На острове очень нужны очистные сооружения, тогда экосистема постепенно восстановится. Сейчас же она самостоятельно не справляется и самоочищения не происходит.

Соловецкие озёра. Фото Ксении Титовой.

Белое море само по себе ценными водными биологическими ресурсами обеднено, поэтому и промысла в прибрежной зоне в настоящее время нет. Соловецкие озера тоже не отличаются высокой рыбопродуктивностью. Ещё в середине XIX века архимандрит Досифей писал о том, что «15 монахов едва налавливали за неделю на братскую уху». В то же время, на акватории Соловков ведётся активная добыча морских водорослей: анфельции и фукуса, которые являются превосходным сырьём для пищевой, фармацевтической и косметологической промышленности. Ещё один безусловный «бренд» Соловков – мыс Белуший. Это единственное в России место, где непосредственно за белухами и их детёнышами можно наблюдать с берега, не причиняя им особого беспокойства. Соловецкие озера уникальны и по своим гидрологическим и гидрохимическим качествам. Некоторые из них – это так называемые миромиктические озёра, где водные слои в силу сложных гидрологических процессов не перемешиваются. Таких озёр в мире совсем немного, в том числе есть и у нас на Соловках. Так что этот небольшой архипелаг в Белом море – действительно удивителен и прекрасен, совсем как сказочный Буян. И относиться к нему надо соответственно – ответственно и бережно.

Материал подготовлен в рамках пресс-тура в Архангельскую область, организованного АНО «Национальные приоритеты» и проектным офисом «Десятилетие науки и технологий».