Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Робот слагает музыку

Глеб Анфилов

Спустя полгода на страницах «Докладов Академии наук СССР» в разделе «Кибернетика и теория регулирования» появилась статья Зарипова под заглавием «Об алгоритмическом описании процесса сочинения музыки». Представил ее к опубликованию известный ученый, академик С. Л. Соболев. Наверное, впервые за свое существование самый маститый из всех наших научных журналов напечатал несколько нотных строк. И они были рождены не живым порывом человеческого вдохновения, а научным знанием, вложенным в машину, и стремительным каскадом автоматических электронных всплесков. Позднее в одной из своих статей Зарипов назвал эти мелодии «Уральскими» напевами.

И робот будет служить

Теперь, после опытов Зарипова, мы вправе с большим уважением посмотреть на кибернетических роботов-композиторов. Как-никак, но они научились не только плагиату и лженоваторству, но и аккуратной гармонизации и даже составлению сносных мелодий.

Значит ли это, что машина-композитор когда-нибудь будет в состоянии заменить человека-композитора? Каковы перспективы машинного сочинения настоящей, большой музыки?

Может быть, в далеком будущем, проделав колоссальный исследовательский труд, удастся вкладывать в машину сложнейшие алгоритмы и учить ее конструировать музыку так, как создавал ее когда-то тот же Палестрина, или Бах, или Моцарт.

Уже в наши дни есть инженеры (не музыканты!), которые предлагают такое: заставить машину переводить литературное произведение на... «музыкальный язык». Скажем, привести «литературный алгоритм» Пушкина в соответствие с «музыкальным алгоритмом» Чайковского, найдя их с помощью машины, и заново превратить «Евгения Онегина» из поэмы в оперу! Под грустные стихи машина, подражая знаменитому музыканту, напишет грустные мелодии, под бодрые и шутливые места текста — автоматически сконструирует веселые напевы и созвучия. Фантастика, бред? Кто знает! Некоторые инженеры-кибернетики говорят об этом без тени улыбки и всерьез предполагают таким способом «продлить творческую жизнь» великих композиторов. Если бы Чайковский не успел написать музыку к «Пиковой даме», машина-де сделала бы это «в стиле Чайковского». Точно так же она могла бы «писать, как Чайковский», новые оперы, концерты, симфонии на какие угодно другие поэмы, повести, романы.

Что и говорить, исполнение такого замысла было бы громадным научным успехом. Даже частичная удача, даже небольшая «похожесть» машинной музыки на человеческую, взятую за образец, значили бы, что наука достаточно глубоко раскрыла творческую систему того или иного композитора (кстати сказать, и саму работу по разгадке этой системы, по приготовлению алгоритма можно было бы поручить машине).

Однако и этот немыслимо сложный эксперимент едва ли приобрел бы музыкальную ценность. Есть нечто сокровенное, в чем машина органически не способна подняться до уровня своего создателя, и по той простой причине, что в человеческом существе далеко не все исчерпывается голой кибернетикой, пусть даже архисовершенной. Ведь машина — только робот, устройство, по самой сути своей подчиненное людям.

Нет, подлинный художник каждое новое свое произведение создал бы не так, как блестяще «обученный» механизм. Ибо, человеческое счастье — счастье труда, подвига, любви, как и горе, и тоска, и трагизм — достояние только людей. Ибо человек — дитя Вселенной.

Ученый мыслит силлогизмами, художник — образами, писал в свое время Белинский. Композитор мыслит звуковыми образами. Создание музыки — это один из видов мышления художественными образами. Процесс этот необычайно сложен, и, конечно, подлинного композитора-творца, художника, знающего дорогу к человеческому сердцу, машина не заменит никогда.

Настоящий композитор творит свои произведения не по шаблонным, однажды заданным законам, а всякий раз по-новому. Его манера, стиль, настроение неуловимо меняются от произведения к произведению, от части к части, от одной музыкальной фразы к другой. Перемены эти, хоть и доступные математическому выражению, не поддаются никакому предвычислению: ведь человек черпает их в непрерывно меняющейся жизни. И чем крупнее, талантливее композитор, тем яснее сидит он современность, тем глубже и тоньше изменения, вносимые им в музыкальную традицию.

***

И все же музыкальный робот обещает массу любопытного.


Случайная статья