Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Великие врачи на банкнотах

Открытия пенициллина, групп крови и лекарства против сифилиса принесли своим авторам всемирную славу, так что стоит ли удивляться, что этих великих людей теперь можно увидеть даже на денежных купюрах.  

На некоторых банкнотах Германии, Австрии, Японии и Шотландии можно увидеть портреты четырёх выдающихся исследователей-медиков – Александра Флеминга (1881–1955), Пауля Эрлиха (1854–1915), Карла Ландштейнера (1868–1943), и Хидэё Ногути (1876–1928).

Их работы в области микробиологии и иммунологии в буквальном смысле изменили мир современной медицины (трое – Флеминг, Ландштейнер и Эрлих – были удостоены Нобелевской премии), а созданные ими лекарства спасли и продолжают спасать миллионы людей. Заслуги их столь велики, что было бы странно даже представить, что у кого-нибудь могли возникнуть сомнения относительно того, чтобы их портреты украшали денежные знаки.

Все четверо родились примерно в одно и то же время, но рассказ мы начнём всё-таки с самого старшего – Пауля Эрлиха, и с немецкой банкноты, на которую он попал. Бумажные деньги Германии всегда отличались особой красотой и высоким качеством художественного оформления, и эрлиховская банкнота – лишнее тому подтверждение. Это красно-оранжевая купюра достоинством 200 немецких марок 1989 года выпуска (введена в обращение 1 октября 1990 года). Эрлих изображен на ней на фоне площади Хауптвахе, Императорского собора и других достопримечательностей Франкфурта-на-Майне, где он работал в университете имени Иоганна Вольфганга Гете.

На другой стороне банкноты мы видим микроскоп – один из главных инструментов исследователя-медика. Впрочем, называть Пауля Эрлиха «только медиком» – значит, преуменьшать его научные заслуги, ведь он занимался и химией, и иммунологией, и бактериологией. Так, его труды по изучению восприимчивости тканей организма к красящим и химическим веществам положили начало разработке методов дифференциальной окраски клеток и тканей организма.

С 1891 года он начинает разрабатывать методы лечения инфекционных болезней с помощью химических веществ. В 1907 году Эрлих совместно с Альфредом Бертхеймом синтезировал сальварсан – противосифилитический лекарственный препарат. Другое название сальварсана было «Эрлих 606» – потому что он был 606-м по счету из испытанных ранее средств! Можно представить, какой колоссальный труд предшествовал его созданию. Через два года Эрлих и его ученик Сахатиро Хата успешно применили сальварсан для лечения сифилиса, но перед этим, в 1908 году, Пауль Эрлих и Илья Мечников получают Нобелевскую премию по физиологии и медицине – за работы в области иммунологии.

Карл Ландштейнер родился на четырнадцать лет позже Эрлиха. Ландштейнер тоже не укладывается в рамки какой-то одной узкой дисциплины – он был и врачом, и химиком, и иммунологом; вместе с Эрлихом его считают одними из основоположников тогда еще совсем молодой науки об иммунитете. Но если Эрлих потратил массу сил и времени на борьбу с сифилисом, то Ландштейнер очень много сделал для того, чтобы разгадать природу полиомиелита (детского спинномозгового паралича).

Поначалу поиски возбудителя болезни были напрасны: Ландштейнер искал бактерию, а за время работы патологоанатомом в Венской королевской больнице Вильгельмины (с 1908 по 1911 год) никакой конкретной бактерии в спинном мозге погибших детей ему найти не удалось. Однако спинной мозг умершего ребенка при введении его в брюшную полость макака-резуса вызывал все симптомы полиомиелита. В конце концов Ландштейнер пришел к выводу, что болезнь вызвана вирусом. Вместе с Эрвином Поппером он доказал инфекционную природу полиомиелита, а в 1909 году они впервые выделили вирус полиомелита – полиовирус.

Однако мировую известность Карлу Ландштейнеру принесли не столько работы по полиомиелиту, сколько другое выдающееся открытие – он впервые описал группы крови у человека. Здесь нужно совершить небольшой экскурс в историю. Еще в древности люди заметили, что при потере большого количества крови человек погибал. В таких случаях больному давали пить свежую кровь животного или человека (что, очевидно, ни к чему не приводило).

Первые попытки переливания крови начали практиковать в XVII веке, так что эксперименты с переливанием крови насчитывают не одну сотню лет. Сначала долгое время экспериментировали на животных, потом перешли к людям. Пришло время, когда переливанием крови стали лечить многие заболевания. Но, несмотря на сотни спасенных жизней, никто не мог понять, почему кровь, перелитая от одного человека к другому, в одном случае помогала выздоровлению, а в другом – наоборот, ухудшала состояние пациента. Более того, были случаи, когда переливание крови приводило к смерти больного.

Открытию Карла Ландштейнера предшествовали более ранние исследования его коллег. Так, в 1890 году будущий Нобелевский лауреат Эмиль фон Беринг нашел в человеческой крови антитела, которые появляются после перенесенного инфекционного заболевания или прививки, а затем взаимодействуют с микроорганизмами, против которых они выработаны, и обезвреживают их. Через шесть лет, в 1896 году, было сделано еще одно крупное открытие – явление агглютинации, когда при переливании крови от животного одного вида животному другого вида эритроциты склеиваются, или агглютинируют. Агглютинацию обнаружил еще один будущий Нобелевский лауреат – Жюль Борде, который объяснил наблюдаемый феномен тем, что у животного-реципиента вырабатываются антитела против белков и антигенов животного-донора.

Свою работу Ландштейнер начал с того, что стал изучать действие антител. Он установил, что при добавлении иммунной сыворотки крови в лабораторную бактериальную культуру клетки бактерий слипаются, подобно эритроцитам при переливании. В 1900 году Карл Ландштейнер, в то время ассистент Венского института патологии, взял кровь у себя и у пяти сотрудников, отделил с помощью центрифуги сыворотку от эритроцитов и начал смешивать между собой обе фракции, полученные от разных людей.

Оказалось, что на его эритроциты не реагирует ни один из образцов сыворотки, но при том сыворотка крови одного коллеги склеила эритроциты другого. Это позволило сделать вывод о том, что существует как минимум два вида антител, которые Ландштейнер назвал А и В; соответственно, такое же обозначение получили группы крови с антителами А или с антителами В. В собственной крови Ландштейнер не обнаружил ни А, ни В, так что в результате появилась группа крови 0. Позднее его ученики открыли ещё четвертую группу – АВ. Сейчас международная буквенно-цифровая классификация групп крови выглядит следующим образом: 0, А, В, и АВ. Кроме того, группы крови могут обозначаться римскими цифрами: I, II, III, IV (классификация по Л. Янскому, который был коллегой Ландштейнера и соавтором его статей по группам крови).

Именно за открытие групп крови Ландштейнер и получил Нобелевскую премию, но случилось это только спустя тридцать лет – в 1930 году. В 1946 году ему посмертно присудили американскую премию в области медицинских имени Ласкера, которая считается как бы «второй Нобелевской для США», и Карл Ландштейнер оказался в числе первых награжденных ею. В 2005 году в ходе 58-й сессии Всемирной ассамблеи здравоохранения в Женеве было принято решение о проведении Всемирного дня донора крови 14 июня, в день рождения Карла Ландштейнера. (Стоит отметить, что хотя сейчас мы всецело понимаем колоссальное значение открытия групп крови для медицины и биологии, первоначально ему не придали никакого значения, а по-настоящему оценили только в годы Первой мировой войны.)

В 1923 году Карл Ландштейнер получил предложение переехать в США и продолжить исследования в Рокфеллеровском университете, который в то время он назывался Рокфеллеровским институтом медицинских исследований. Согласившись, в 1929 году он стал гражданином США. Там Ландштейнер совершает ещё одно открытие, тоже связанное с кровью – в 1940 году он и его ученики находят в крови резус-фактор. Про резус-положительные и резус-отрицательные группы крови мы сейчас тоже все хорошо знаем, и также знаем, насколько важна резус-совместимость у родителей – ведь в случае несовместимости у их детей могут развиться тяжёлый болезни.

Ландштейнер родился и половину жизни провёл в Австрии, и австрийцы решили посвятить своему знаменитому земляку банкноту достоинством 1000 шиллингов. Она вышла в обращение 20 октября 1997 года. «Парадный» портрет исследователя изображен на лицевой ее стороне, а на оборотной стороне мы видим его же, но сидящего за микроскопом. Кроме того, на банкноте постарались разместить основные научные достижения Ландштейнера: здесь есть и полиовирус, и обозначение трех видов крови (0, А и В), и стилизованное изображение скопления кровяных телец, появляющегося при определении группы крови, и др.

Японец Хидэё Ногути получил мировую известность за то, что в 1913 году обнаружил бледных трепонем – возбудителей сифилиса – в коре головного мозга больных прогрессивным параличом. Это психоорганическое заболевание сифилитического происхождения (его еще называют болезнью Бейля). Сифилис мы уже упоминали в связи с Паулем Эрлихом – как было сказано выше, прежде чем удалось синтезировать эффективное лекарство против него, пришлось перебрать 606 вариантов соединений.

Поиск возбудителя болезни был, пожалуй, не менее трудоемким: только за последнюю четверть XIX века в числе претендентов на эту роль побывало около 125 различных микробов. Удача в конце концов улыбнулась двум немецким ученым, Ф. Шаудину и Е. Гоффману, которые 3 марта 1905 года открыли бациллу сифилиса и дали ей название бледной трепонемы (спирохеты), названной так потому, что она плохо воспринимает микробиологическую краску.

Доктор Ногути окончательно доказал гипотезу о сифилитической природе прогрессивного паралича, первым получил чистую культуру бледных трепонем, разработал метод окрашивания, позволяющий обнаруживать бактерии в тканях. Занимался он и другими инфекциями: на его счету выделение и идентификация возбудителя болезни Карриона, создание вакцины и лечебной сыворотки против желтой лихорадки, многолетний поиск средства против туберкулезной палочки. Японцы, естественно, гордятся своим земляком: памятник Хидэё Ногути установлен в парке Уэно, в одном из самых известных и посещаемых парков японской столицы, а надпись на нем (на латинском языке) гласит: «Ради счастья человечества».

Но памятник – это ещё не всё. В 2004 году в Японии появилась банкнота достоинством 1000 иен с портретом Хидэё Ногути на лицевой стороне. Банкнота относится к серии Е, что означает, что ее делали с помощью самых современных технологий: здесь есть и изображения с изменяющимся цветом, и скрытый рисунок, и микротекст и т. д. При печати также использовали особую защиту – созвездие Евриона (повторяющийся графический шаблон из пяти «колец Омрона», предназначенный для защиты банкнот от копирования).

Выглядит это как хаотически разбросанные в каком-то участке банкноты кольца одинакового размера (внешний диаметр – 1,2 мм, внутренний – 0,8 мм), как правило, желтого, оранжевого или зеленого цветов. Если денежный знак защищён созвездием Евриона, то некоторые цветные принтеры просто отказываются печатать изображения банкнот: они либо отключаются, либо запечатывают лист черным цветом, либо же могут оставить лист пустым. «Кольцами Омрона» такой знак называют потому, что его разработала японская корпорация Omron. Кстати, такие же кольца есть на тысячешиллинговой австрийской купюре с Ландштейнером, о которой мы уже рассказывали.

А теперь пойдет речь о шотландской банкноте темно-синего цвета достоинством пять фунтов с портретом Александра Флеминга. Она относится к серии из пяти купюр, которую выпустил шотландский Клайдсдейл Банк (Clydesdale Bank) в 2009 году. Хотя Шотландия – это не самостоятельное государство, три шотландских банка (в том числе Клайдсдэйл Банк), имеют право на выпуск собственных банкнот. Официально они не носят название «шотландских фунтов», их номинал обозначен в фунтах стерлингов. В строгом значении термина «законное средство платежа» банкноты шотландских банков таковыми не являются даже на территории Шотландии, тем не менее, их принимают на всей территории Соединенного Королевства.

Серия из пяти банкнот известна как «Всемирное наследие», ее дизайн отражает культурное и историческое наследие Шотландии. Банк принял решение о том, что на одной стороне банкноты будут размещены портреты выдающихся шотландцев, а на другой – шотландские культурные и исторические достопримечательности. И мало кто будет спорить с тем, что Александр Флеминг, родившийся в Шотландии, – действительно выдающийся шотландец, ведь именно он в своё время открыл пенициллин. С работ Флеминга началась эра антибиотиков, а сам пенициллин, по некоторым оценкам, спас около 200 млн жизней – так что стоит ли удивляться, что он до сих считается одним из наиболее важных открытий тысячелетия.

Любопытно, что пенициллин был обнаружен во многом случайно. Согласно одной из версий, Флеминг не отличался особой аккуратностью и не выбрасывал чашки Петри с бактериальными культурами по 2–3 недели. Когда их накапливалось достаточно много, он принимался за уборку, при этом просматривая культуры одну за другой, чтобы не пропустить что-то интересное. Не раз, поднимая крышку чашки Петри, он с досадой убеждался, что культуры стрептококков загрязнены плесенью. И действительно, в лаборатории достаточно было оставить бактериальную колонию на несколько часов без крышки, как весь питательный слой покрывался плесневым грибком.

Однажды на одной из чашек Флеминг увидел странное явление: чашку, как обычно, покрывала плесень, но в отличие от других чашек здесь вокруг колонии бактерий образовалась небольшая площадь, где бактерии не размножались вокруг плесени – между микроорганизмами была как бы буферная зона. После этого Флеминг занялся целенаправленными экспериментами, несмотря на то, что сам факт взаимного отталкивания плесени и бактерий можно было счесть вполне тривиальным – на тот момент об антагонизме между микробами уже кое-что знали.

Статью, посвященную пенициллину, Флеминг опубликовал в 1929 году, но должно было пройти еще немало времени, прежде чем антибиотик начали широко использовать в медицине. Сам Фоеминг вполне понимал значение своего открытия для мировой науки, однако необходимо было научиться очищать новое вещество от посторонних примесей, и только в 1938 году исследователи из Оксфордского университета (профессор Хоуард Уолтер Флори, биохимик Эрнст Борис Чейн и др.), вместе с Флемингом получившие на проведение исследований грант в размере 5 тыс. долларов от фонда Рокфеллера, сумели достичь цели. А в 1945 году Флеминг и его коллеги получили Нобелевскую премию.

На банкноте Флемингу, как и Эрлиху с Ландштейнером, сопутствует микроскоп, который находится справа от его портрета. (Вряд ли стоит напоминать, что без микроскопа никто из них не смог бы сделать свои выдающиеся открытия). Кроме того, поясной скульптурный портрет Флеминга стоит в Мадриде рядом с главной ареной Плаза де Торос де Лас-Вентас. Великого исследователя приветствует бронзовый матадор, и неспроста – вся скульптурная группа появилась здесь по инициативе благодарных матадоров, которые после появления пенициллина стали реже умирать от ран, полученных во время корриды.

Автор: Ольга Воробьёва

Источник: nkj.ru